Приглашение к размышлению

Приглашение к размышлению

№129 (30916) 21 ноября 2019 года
4 полоса
Автор: Виктор ВАСИЛЕНКО, член Союза журналистов СССР. г. Белгород.

За последнюю четверть века в России было не так уж мало написано книг и создано фильмов, отмеченных явственным неприятием постсоветской действительности. Однако в подавляющем большинстве таких произведений эта действительность предстаёт как некая данность, неизвестно как и почему возникшая, а герои либо стремятся приспособиться к ней, либо если и выступают против неё, то против каких-то отдельных проявлений социального зла. У них не появляется не то что стремления радикально изменить жизнь, но даже мысли об этом. Признаться, не люблю читать эти книги и смотреть такие фильмы, поскольку они оставляют ощущение беспросветности.

Но недавно мне посоветовали ознакомиться с романом молодого писателя Андрея Тимофеева с красноречивым названием «Пробуждение», пояснив, что он в чём-то существенном противостоит подобным произведениям. Прочёл — и полностью согласился с такой оценкой.

НА МОЙ ВЗГЛЯД, в романе вполне недвусмысленно передана мысль, что эти «лютые времена смуты» возникли не сами по себе — они следствие уничтожения социалистического Советского Союза. Об этом прямо говорится на описанном митинге, посвящённом Дню Великого Октября. К пониманию этого постепенно приходят и молодые герои повествования — кто осознанно, например, Андрей, опираясь на жизненную позицию уже умершего отца, настоящего коммуниста, а кто пока ещё больше интуитивно. Конечно, для многих процесс осмысления происшедшего продолжается.

Но главное — Тимофеев поставил в центр своего повествования парней и девушек, которые уже пришли или идут к стремлению бороться с установившимися в России порядками. И не потому, что эти порядки мешают лично им существовать достаточно благополучно в обывательском представлении (среди них студенты и выпускники вузов, имеющие неплохо оплачиваемую работу), а потому, что они обрекают народ на жалкое прозябание и чреваты гибелью нашей страны. Эти ребята — как искры во мраке ночи российской действительности.

А ночь очень мрачная. Молодых людей, нашедших для себя верный путь во тьме, пока мало. Автор прямо противопоставил им других — например, Бориса и Рому, каждый из которых выглядит как «полномочный представитель» своей социальной группы. Борис понимает сущность происходящего в России и на Украине, но считает себя «свободным человеком», а потому не приемлет идеи участия в борьбе, поскольку она якобы ведёт к подчинению «навязанным мыслям». В действительности же Борис просто циник, который вопрос: «Свету ли провалиться или мне чаю не пить?» — давно решил в пользу чая.

Рома — украинец, учившийся в Москве и вернувшийся сюда, потому что здесь заработки выше, нежели в «нэньке», что, впрочем, не мешает ему выставлять себя «патриотом Украины». В споре с товарищем о событиях в Донбассе он заявляет: «Почему в твоём понимании русский патриотизм — это хорошо, а украинский — плохо?» Но со временем выясняется, что Рома равно не любит как Россию, так и Украину, их «нецивилизованные» народы, и находит он вожделенный рай в Таиланде. Да, так тоже бывает.

Кроме того, в романе присутствует безликая масса людей, которые — кто из «идейных» соображений, кто просто загнан нынешней жизнью в такое положение — полностью погружены в заботы о своём материальном благополучии и ничего другого не знают и знать не желают. В книге чувствуется звучание мысли, что такая духовная летаргия народа — трагедия России. К примеру, Варвара, одна из самых политически активных среди сверстников, называющая себя коммунистом, горит желанием «вложить меч в народную руку». Увы, рука эта пока отталкивает меч…

В центре романа — Владимир Молчанов, недавний выпускник вуза. По ходу чтения я поймал себя на недовольстве автором: он не раз упоминает о студенческих годах Володи, но ни разу не упомянул о том, какой вуз тот окончил. А потом я понял, что это не просчёт, а расчёт писателя: разве имеет значение, какую специальность получил парень, если он зарабатывает деньги тем, что в частном информационном агентстве монтирует рекламные ролики? Зарабатывает, кстати, очень неплохо: может позволить себе без большого напряжения для своего банковского счёта пожертвовать 40 тысяч рублей на гуманитарную помощь для жителей Донбасса.

Повествование начинается с того, что Владимир фактически случайно оказывается на организованном неким движением «Суть» митинге в поддержку права крымчан самим решить свою судьбу, а завершается тем, что он уезжает в сражающийся Донбасс. Напрашивается вывод, что путь от первого ко второму — это и есть гражданское пробуждение героя. В общем, оно, конечно, так. Только путь этот отнюдь не прямолинеен; на нём, в традиционном стиле российской дороги, как поётся, «семь загибов на версту». Причём здесь всё существенно осложняется непростой функцией этой самой «Сути», возглавляемой смутной личностью по фамилии Кургузов. Провозглашает себя это политическое движение коммунистическим, а на самом-то деле всё оборачивается хитрой подтасовкой.

ВЛАДИМИР многим напоминает классический тип русского интеллигента. Судьба Родины и народа для него, в отличие от таких, как упомянутые Роман или Борис, не пустой звук. Но при этом он склонен к рефлексиям. Любой сколько-нибудь важный шаг вызывает в нём игру воображения: «А что, если…», причём не раз это воображаемое «если» воспринимается им как реальность. Порой Володя напоминает мне героя одной давно прочитанной повести, который тоже был склонен к подобному и как-то, иронически заметив сам себе: «Если бы да кабы, да во рту росли грибы», вдруг поймал себя на том, что ощупывает языком рот — не выросли ли грибы на самом деле?

В большинстве случаев Володя делает важные для его жизни шаги не чётко осознанно, а подчиняясь эмоциям. Так, вспыхнувшее в нём чувство к Варе превращает его из случайного гостя в «ячейке» незнакомого движения в её участника. В организации, как ему кажется поначалу, он вроде бы нашёл идейную опору и чувство подлинного товарищества, которых ему бессознательно не хватало в жизни. На митинге 7 ноября он размышляет: «…нет, не только из-за Вари я пришёл сюда, а потому что сам чувствую необходимость быть с этими людьми, стоять в одном ряду, плечом к плечу, защищать наш город, как ополченцы в Донецке защищают свой… И было радостно от того, что вечером я расскажу об этих своих мыслях Варе, и это понравится ей».

Но время движется, и вот он не пошёл в суд по «ювенальному» делу, как ему поручили (посчитав в духе «а если», что его приглашают просто за компанию). Разумеется, ему надо было по-товарищески сделать замечание, но ребята из «ячейки», судя по всему, по инициативе её лидера Паши, который не упускает случая продемонстрировать своим, какой он умный да правильный, устраивают ему унизительную «проработку». Устраивают сразу после праздничного митинга, в кафе, куда они зашли, чтобы отогреться и перекусить. Это так действует на Володю, что он почувствовал себя, по собственным словам, «потухшим». «Я же не врал, я искренне пытался быть с ними, за что же мне тогда всё это...» Предстоящая двухнедельная школа уже не вызывает у него интереса, а представляется «тюремным заключением». И в самый последний момент Владимир отказывается ехать, что приводит к разрыву Вари с ним.

Всё же, несмотря на разрыв их отношений, герой поначалу хочет пойти на очередное собрание «ячейки». Но потом начинает представлять: «а если там не поверят в его искренность?» И рождается решение отправиться в Луганск, продиктованное злостью на эту воображаемую обиду: «…обида уже залила мне душу — если не поверят, то кому это нужно, не слишком ли жирно им будет… И почему, собственно, вспоминая о войне, я обязательно должен думать о Кургузове. Нет, тогда уж лучше просто бросить всё и уехать на Донбасс». А потом, уже сидя в автобусе, он представил себе, что может погибнуть, как погибли трое ребят из «Сути», отправившиеся туда раньше, и в ужасе бежал…

Но в конце концов Владимир нашёл в себе мужество преодолеть этот страх и уже вполне сознательно отправился в сражающуюся непризнанную республику.

Автор прощается с героем на перепутье. Его дальнейшую судьбу предугадать трудно. Разумеется, Владимир уже не сбежит из Донбасса — человеческое достоинство ему не позволит. Но он может, преодолевая страх, промучиться там какое-то время, достаточное, чтобы сохранить лицо, и уехать. Может погибнуть. А может стать закалённым борцом, твёрдо знающим не только против чего он борется, но и за что, убеждённым, что зло преодолимо.

ЗНАЧИТЕЛЬНОЕ место в романе занимает рассказ о молодых людях из «ячейки» кургузовской «Сути», в которую вошёл Владимир. И рассказ этот тоже не раз вызывает мысль об упущениях автора. Выделю два взаимосвязанных, на мой взгляд, момента. Несколько героев, говоря словами Володи, сказанными о себе, «сильно загорелись христианством». Но в чём сущность учения Христа, не упомянуто ни словом. Ребята из «ячейки» именуют себя коммунистами. Но, опять же, понять, в чём сущность марксистского коммунистического учения, из книги невозможно.

Но, может быть, это не просчёт писателя, а приём, позволяющий нам, читателям, понять, что хотя имя движения — «Суть», но члены его о многих важнейших явлениях имеют самое поверхностное представление.

«Горят христианством» сам Владимир, Катя и Варя. Однако у них всё ограничивается чисто культовыми обрядами — отстоять службу в церкви, помолиться дома перед иконой, раскрасить яйца к Пасхе и т.п. Неужто за это сильные мира сего возненавидели Христа настолько, что обрекли на смерть? Да если бы суть учения была в этом, Он, как писал два века назад английский поэт Уильям Блейк, «не возмущал бы синагог,/ не гнал торговцев за порог,/ и кроткий, как ручной осёл,/ Кайафы милость бы обрёл». Никак не могло подобное «христианство» сделать учение Христа в определённое время знаменем борьбы за социальное переустройство общества. Энгельс в работе «О первоначальном христианстве» писал, что уже в XIX веке идеологией рабочих-коммунистов было «восстановление первоначального христианства, подвергающегося прогрессирующему вырождению».

Но идеологией борющегося пролетариата стало коммунистическое учение Маркса—Энгельса. Однако и о нём у пошедших за «ловцом душ» Кургузовым представление смутное. К примеру, тот самый Паша, которого товарищи считают самым грамотным в политическом отношении, видит путь решения нынешних проблем России отнюдь не в том, чтобы нести социалистическое сознание в протестное движение, а в том, чтобы «создать альтернативный политический класс, новую национальную элиту». Хотя, если бы он был знаком с марксизмом даже только на уровне «Манифеста Коммунистической партии», он бы знал, что смена политических «элит» сама по себе не может привести к радикальному переустройству общества. Маркс и Энгельс прямо предупреждали, что рабочий класс (и уж тем паче «новая национальная элита») «не может просто овладеть готовой государственной машиной и пустить её в ход для собственных целей». История убедительно доказала справедливость этого положения: ни одна из попыток левых сил осуществить переустройство общества в социалистическом духе с использованием буржуазной государственной машины не удалась.

Впрочем, то, что запутавшиеся ребята из «Сути» не имеют сколько-нибудь глубокого представления о коммунистическом учении, вполне закономерно. В том, что говорится в «Пробуждении» о собраниях «ячейки» и политучёбе в рамках «осенней школы высших смыслов», даже не упоминается об изучении работ Маркса, Энгельса, Ленина, Сталина. Зато у всех ребят — книги Сергея Владленовича, то бишь Кургузова. Значит, для лидера движения «высший смысл» — исключительно он сам.

КУРГУЗОВ безраздельно царит в умах членов движения. Он сам себя всячески «насаждает». Владимир, впервые попав на собрание «ячейки», сразу отмечает, что мнение лидера здесь высший аргумент в защиту истинности того или иного утверждения: «…отовсюду слышалось «Сергей Владленович говорил…», «а вот Сергей Владленович…» — имя это обладало магической силой».

А ведь Сергей Владленович имеет, скажем так, достаточно своеобразные взгляды. К примеру, на митинге 7 ноября он так говорит о своей конструктивной программе: «справедливость и целостность». Только ведь лозунг справедливости без социально-экономической конкретизации, которая в его высказываниях отсутствует, ничего не значит. Уже много десятилетий его выдвигают политики самых разных направлений. Скажем, аргентинский правый политик Хуан Перон шёл к власти под лозунгом «Хустисиализма» (от слова justicia — справедливость). Более того, став президентом, он воплощал в жизнь свою программу социальных реформ, но при этом оставался от коммунистов не менее далёким, нежели Муссолини, которого весьма чтил.

Отмечу, что занятия «школы» проходят в помещениях принадлежащего Кургузову завода. И в романе упоминается о его рабочих. Но встречаем мы их отнюдь не на политучёбе, а стоящими у дверей цеха и не без любопытства наблюдающими за ребятами, приехавшими учиться. Казалось бы, трудно найти более благоприятную ситуацию для того, чтобы вносить в представителей рабочего класса социалистическое сознание. Но, судя по всему, такая мысль не приходит ни Кургузову, ни его молодым последователям.

К сожалению, среди героев «Пробуждения» нет современного Павла Власова (напомню, героя романа М. Горького «Мать», пережившего более века назад своё гражданское пробуждение под влиянием большевиков). Но я бы не спешил ставить это в упрёк писателю. Ведь герой Горького — не вымысел писателя, он взят из реальной жизни своего времени, а в нынешней жизни в левом движении спрос на «Павлов Власовых» намного превосходит предложение. Но, быть может, Андрей Тимофеев просто не там искал?

Впрочем, у меня сложилось ощущение, что автор сознательно избегает идеальных героев и идеальных решений встающих перед персонажами проблем.

На первый взгляд, близки к идеалу отношения Андрея, наиболее последовательного в своих убеждениях, ради которых он готов пожертвовать и материальным благополучием (чтобы иметь больше времени для работы в организации, он переходит на полставки), и семейным счастьем, и Катей. Его подруга поначалу пытается увести Андрея от гражданской активности. Кончается это разрывом. Но они по-настоящему любят друг друга, и когда мы встречаем их через некоторое время, они снова вместе, и Катя стала полноправным членом «ячейки», ведёт общественную работу и ценится у товарищей достаточно высоко.

Казалось бы, вот пример, как под идейным влиянием Андрея произошло «перевоспитание» его подруги. Однако потом мы понимаем, что Катя, боясь потерять любимого, только притворяется, а на самом деле идеи, которые для Андрея важнее всего, ей по-прежнему чужды. Так что и эта линия романа завершается многоточием.

В повествовании трудно найти ответы, которые могли бы стать рекомендацией к поведению человека (единственный категорический ответ: когда под угрозой будущее страны, недопустимо оставаться равнодушным к её судьбе), автор преимущественно ставит вопросы, над которыми необходимо задуматься молодым людям. И не только молодым. Но и это сегодня очень важно.

Если роман дойдёт до широкого круга молодёжи (а в интернете он уже распространяется читателями), то наверняка будет способствовать духовному и политическому пробуждению тех, от кого во многом зависит судьба России.

Просмотров: 423

Другие статьи номера

Нечаянная радость
РАННЯЯ субботняя электричка была, как всегда, переполнена. Да и то сказать: дачная. Состав с очередной столичной железнодорожной станции двигался медленно. И вдруг женщина, сидевшая рядом, отвлекла меня от газеты возгласом: «Смотрите, на стене граффити-поздравление с Октябрём!»
Разобраться в том, кто же «слева»
В Омском обкоме КПРФ прошло обсуждение романа Андрея Тимофеева «Пробуждение», опубликованного на страницах 3-го и 4-го номеров журнала «Наш современник» за 2019 год. Автор возглавляет Совет молодых литераторов Союза писателей России, а этому его роману очень повезло. Он обсуждался на прошедшем недавно XIX форуме молодых писателей в Ульяновске, теперь же благодаря одному из ведущих обозревателей газеты «Правда» Виктору Кожемяко обсуждается на страницах нашей газеты, в наших партийных организациях.
Голодные огнеборцы

Пожарные Литвы пригрозили забастовкой

ЖИТЕЛИ республики выделяют из многочисленных структур пожарных. Опрос, проведённый социологами, показал: уровень доверия им составляет 91%. Однако это не отражается на материальном положении этих людей, они, можно сказать, едва сводят концы с концами. Пожарные опасаются, что из-за дефицита средств им не выплатят зарплату за предстоящий декабрь. Дефицит в пожарной отрасли был сформирован уже в текущем году, с учётом подобной тенденции планируют бюджет-2020.

Экономику отправили в свободное плавание
Провозгласив своей целью углубление рыночных реформ, руководство Узбекистана продолжает ликвидировать рычаги государственного регулирования экономики. Этому служат отмена госзакупок сельхозпродукции и ускоренная приватизация. Такая политика уже привела к росту зависимости от иностранных кредиторов.
Сообщает Синьхуа
КИТАЙСКАЯ ЯРМАРКА морской экономики — 2019 в городе Шэньчжэнь провинции Гуандун на юге КНР продемонстрировала передовые технологии по освоению и исследованию морей, вызвав широкий интерес специалистов и населения страны.
Учатся чему-нибудь и как-нибудь
В Голландии партии, входящие в парламентскую коалицию, приняли решение об отмене некоторых требований к будущим студентам педагогических академий, которые затем станут преподавать в начальной школе, сообщает агентство «Регнум» со ссылкой на газету «Телехрааф».
Пульс планеты
СТОКГОЛЬМ. Прокуратура Швеции закрыла предварительное расследование в отношении Джулиана Ассанжа по делу об изнасиловании и не будет добиваться его экстрадиции, сообщила прокурор Ева-Мари Парсон, отметив, что опрашивать основателя сайта компроматов «Викиликс» не собирается, поскольку его показания не помогут пролить свет на случившееся девять лет назад. Однако экстрадиции австралийца, с апреля находящегося под стражей в британской столице, по-прежнему требуют США, где ему грозит заключение сроком на 175 лет. Слушания по этому делу состоятся в лондонском суде в середине декабря.
«Горячий» ноябрь

На протяжении последних двух недель политическая ситуация в стране в значительной мере подогревается массовыми акциями протеста

В ДЕНЬ РАБОТНИКОВ сельского хозяйства, который отмечался 17 ноября, возле офиса президента Украины в Киеве прошла акция протеста против открытия рынка земли, на которую собрались общественные организации, блогеры и просто граждане. Люди держали плакаты: «Нет — продаже земли!», «Референдум по земле!». В пикет встали и комсомольцы, хотя организаторы старались отказаться от участия в протесте политических партий, чтобы избежать политического противостояния.

С прискорбием сообщаем

ЦК КПРФ с прискорбием сообщает о кончине члена ЦК КПРФ, первого секретаря Брянского обкома КПРФ, руководителя фракции КПРФ в Брянской областной думе Степана Николаевича ПОНАСОВА и приносит соболезнования родным и близким покойного.

Помним и чтим

В Ростовской области отметили 100-летие Первой Конной армии

19 ноября ростовские коммунисты и комсомольцы, жители донской столицы поклонились памяти дедов и прадедов — героев Гражданской войны. Они возложили цветы к памятнику легендарной Первой конной армии «Тачанка-Ростовчанка», расположенному на южном въезде в город Ростов-на-Дону. Здесь, на Левобережье Дона, по линии Маныч — Батайск — Азов в январе 1920 года шли бои Первой Конной армии под командованием С. Будённого с отступающими частями армии генерала А. Деникина.

Все статьи номера