«За всё вокруг нести ответ»

«За всё вокруг нести ответ»

№62 (30994) 24—27 июля 2020 года
4 полоса
Автор: Руслан СЕМЯШКИН, член Крымского рескома КПРФ. г. Симферополь

Петрусь Бровка, 115-я годовщина со дня рождения которого приходится на эти дни, был во всех жизненных ипостасях советским человеком. Он необычайно гордился советским строем и не представлял себя вне его системы координат. «Я счастлив и горд, что я советский человек!» — писал он в одной из своих статей, в которой воспевал грандиозные успехи родной Белорусской ССР в деле социально-экономического и культурного строительства, развернувшегося на её прекрасной земле в 60—70-е годы прошлого столетия.

Не мыслил своей жизни он и без Коммунистической партии, в рядах которой пребывал четыре десятилетия. «А ничего ближе сердцу я не знаю, чем наша родная Коммунистическая партия. Всю жизнь с нею. Она для меня и родная мать, и крепкая семья, надёжная защита и строгий судия». Так многозначительно воспринимал крупнейший поэт, писатель, переводчик и общественный деятель Советской Белоруссии, народный поэт БССР, академик АН БССР, лауреат Ленинской и двух Сталинских премий, Герой Социалистического Труда, кавалер четырёх орденов Ленина, орденов Октябрьской Революции, «Знака Почёта», Красной Звезды, Дружбы народов, лауреат Государственных премий БССР Пётр Устинович Бровка высокое звание коммуниста.

РИНЦИПИАЛЬНО ВАЖНО и то, что и художником он был исключительно партийным. И произведения его, посвящённые партии, революции, бессмертному гению Ленина, Советской власти, трудовым свершениям, борьбе за мир, не были декларативными. Всё написанное им на гражданско-патриотическую тематику писалось не по заказу, как нередко пытаются оклеветать литературный процесс советского времени сегодняшние либералы и антисоветчики, а шло от его беспокойного сердца, от тех первых воспоминаний о революционных событиях, пришедших в его деревушку Путилковичи Ушачского района на Витебщине, где он родился 25 июня 1905 года, от того первого увиденного и услышанного им, двенадцатилетним пареньком, красного комиссара, от тех сельсоветовских и комсомольских буден, от той кипучей деятельности, которой загорелся работник Полоцкого окружкома комсомола, от всей последующей гражданской и творческой работы, от всего пережитого на войне и в годы восстановления разрушенного войной народного хозяйства, от увиденного за рубежом, от пережитого в зрелые годы, когда поэт станет и крупным общественно-политическим деятелем, многолетним депутатом Верховного Совета СССР.

Потому-то и воспринимается его гражданская высокохудожественная лирика не просто как наказ, как призыв, но и как неподдельное рассуждение человека зрелого, многое повидавшего, как вечный поиск, как стремление к построению общества социальной справедливости, где главным мерилом будет человек, духовно и нравственно приподнятый, возвышенный, наполненный неизбывными соками всепобеждающего оптимизма, веры в свои безграничные силы, в свой интеллект, в великую и организующую роль труда. С этой никогда не покидавшей поэта убеждённостью он и обозначает авторский взгляд на облик современного ему коммуниста, думается, не потерявший своей значимости и в нынешние времена:

Быть коммунистом —

Это значит

За всё вокруг нести

ответ

И помнить:

Те, кем путь твой начат,

Всегда с пристрастьем

смотрят вслед.

Быть коммунистом —

Значит верить,

Что достиженья —

не предел.

Быть коммунистом —

День свой мерить

Шкалой грядущих дней

и дел.

Быть коммунистом —

Шелест стяга

Повсюду слышать

над собой.

Быть коммунистом —

Твёрдость шага

Не потерять в беде

любой.

Быть коммунистом —

Значит новым

Воспламенять умы,

сердца.

Быть коммунистом —

Быть готовым

Стоять за правду

до конца.

Быть коммунистом —

Видеть ясно

Бессмертье ленинских

идей.

Быть коммунистом —

Быть всечасно

Борцом за братство

всех людей!

Особое отношение у Бровки было и к Владимиру Ильичу Ленину. Это имя он впервые услышал в 1917 году. С ним в сознании, в сердце, на устах прошагал он по жизни. О том, как соприкоснулся он с вождём, как Ленин стал светочем его юности и помог ему определиться с выбором жизненного пути, рассказывал поэт и в поэме «Всегда с Лениным»:

Я помню, средь нищих

наделов,

В лесу, в деревушке

глухой,

Меж прочих меня

разглядел он,

Мальчишку

с пастушьей сумой.

Услышал я Ленина

слово,

Букварь получил

и тетрадь,

Окреп и по первому

зову

Пошёл я по жизни

шагать.

Кто счастье такое

изведал,

Кто этой дорогою шёл,

Тот помнит ревкомы,

комбеды

И нашу любовь —

комсомол.

Вовеки запал

не иссякнет,

Что каждому в юности

дан.

Мы в реки сливались

по капле

И в партию шли —

в океан.

Этой незримой слитностью с образом Ленина, наполненной глубоким жизненным смыслом и искренним желанием активно участвовать в процессах по справедливому переустройству мира вместе с созданной им партией проникнута вся поэма, написанная поэтом в 1956 году и вошедшая позже, в самом начале шестидесятых, в его, пожалуй, самую лучшую книгу стихов «А дни идут…», за которую в 1962 году он был удостоен Ленинской премии.

Поэма «Всегда с Лениным» стала одним из наиболее значимых и ярких поэтических шедевров советской литературной Ленинианы. Бровке в ней удалось талантливо представить то всеобъемлющее, грандиозное по своему размаху, непреходящее значение бессмертного гения Ленина, живущего в каждом дне, деле, начинании, на всех континентах, в сердцах и судьбах всех прогрессивных людей планеты. «Всегда с Лениным» — самим названием говорит нам мастер, что вождь сопровождает нас по жизни: в учёбе, в становлении характера, в определении трудовой стези, в труде как величайшей преобразующей силе, в борьбе за светлые идеалы, за добро, мир, справедливость.

Призывал поэт и к тому, чтобы мы не отставали от Ленина, были на него похожими, стремились к тому, чтобы жить так же пламенно, героически, стремительно и последовательно, как жил Ильич. Подчёркивал Бровка величие и простоту вождя. Писал он и о том, что Ленина мы видим и слышим везде, он действительно всегда с нами:

Живой, он, в мечтах

и деяньях,

Исполнен великих

забот,

Идёт он по светлой

Гаване,

По джунглям Вьетнама

идёт.

Он всюду восторженно

встречен,

Не счесть им

исхоженных троп.

Раздумьем большим,

человечьим

Крутой озаряется лоб.

Он в братской Софии —

болгарин,

Он в Минске у нас —

белорус.

И созданный им

легендарен

Сердец и народов

союз.

Его и не выделишь

сразу,

Такой, как и все,

человек.

Но мудрость,

но солнечный разум

Его отличают от всех.

Когда более шестидесяти лет назад Бровка писал эту потрясающую поэму о Ленине, он и представить даже не мог, что после того, как его самого не станет и пробежит ещё чуть более десятка лет, имя Ленина подвергнется оголтелому очернительству, что прекратит своё существование Советский Союз, что некоторые из тех, кого он пестовал и отмечал как талантливых белорусских советских литераторов, в одночасье перекрасятся и станут антисоветскими строчкогонами, напрочь позабыв всё то, чему их в том числе напутствовал и он — белорусский советский классик.

Отрадно при сём отметить лишь то, что родная Бровке Белоруссия окажется единственной из бывших советских республик, где антисоветизм не возведут до высот государственной политики, где от советского прошлого не станут отказываться и открещиваться и, что особо важно для каждодневной жизни её граждан, сохранят народно-хозяйственный комплекс, не отдадут его на откуп вездесущим дельцам, не превратят всё созданное трудом белорусов, великолепно воспетое Бровкой, в частные вольницы и, что ещё хуже, в руины капитализма.

Продолжим же разговор о самом Бровке и его творчестве. Следует более подробно сказать и о поэтическом сборнике «А дни идут…», прекрасно переведённом на русский язык Я. Хелемским. Он всецело наполнен автобиографичностью. И это не случайно. Бровка ещё тогда, когда начал писать свои юношеские, несовершенные, незрелые, но идущие от души стихи, к творческому процессу относился очень серьёзно. Он переживал, отчего, кстати, не сразу и начал знакомить своих молодых товарищей с тем, что было им написано. Так, предельно скрупулёзно, соизмеряя каждую мысль, каждое слово, он творил и в последующие годы.

Переживания же и волнения к нему приходили из жизни. Голодное босоногое детство, кипучая комсомольская молодость, удивительная белорусская земля, её природа, люди, первые учителя на профессиональном литературном поприще — великие Янка Купала и Якуб Колас, затем — война, страшное людское горе, огромные потери, тесно переплетавшиеся с горем личным, никогда впредь его не покидавшим, героическое сопротивление врагу, мирный созидательный труд, богатые по содержанию впечатления от посещения советских просторов и зарубежных стран.

ВСЁ ЭТО БЫЛО для него по-своему значимо. Всё оставило в его душе неизгладимый след. Потому-то пережитое, а не придуманное и взятое из чужих жизней и ставит он во главу своего творчества. Пришло время оглянуться назад, неустанно напоминает нам Бровка. Вспомнить, погрустить, задуматься, ответить на некоторые вопросы, не дающие душевного покоя. Именно таков лейтмотив этой книги, заслуженно отмеченной самой престижной наградой Родины и вошедшей в копилку лучших советских образцов поэзии.

В сборнике немало откровенных признаний в любви к родной республике. Поэт переполнен этой любовью. Она перерастает у него в чувство, выраженное в форме посвящения, присяги на верность. В стихотворении «Присяга сердца» поэт произносит такие слова:

Как благодарен

я чёрному хлебу,

Чистой воде

из холодной криницы,

Лесу зелёному,

Синему небу,

Светлой речушке, что в

поле струится; <…>

Людям с открытой

и щедрой душою,

Чьей многолетнею

дружбой горжусь,

Краю, который повсюду

со мною,

Краю, который зовут —

Беларусь!

Автор знакомит нас не только с детством и юностью, первыми сознательными дорогами в жизни; куда, на мой взгляд, значимее разделы, в которых Бровка выступает как советский полномочный посланник, участник Конгресса сторонников мира в Стокгольме и делегат от БССР на сессии XIV Генеральной Ассамблеи ООН, как борец за мир, как интернационалист, как страстный противник войны, о которой он, её участник, ответственный работник редакции фронтовой — Западного фронта — газеты «За Советскую Беларусь», напрямую связанной и с Центральным штабом партизанского движения, знал не понаслышке.

Так, в сборнике в конце пятидесятых годов и появляются его впечатления из Стокгольма и Нью-Йорка, а несколько позже, в 1960 году, им пишется поэма «Голос сердца», которую он посвящает памяти своей матери. Посвящение это навеяно горем, несмолкаемой болью: мать поэта и его ближайшие родственники, жители родной деревеньки Путилковичи, сожжённой фашистами дотла, погибли в раскалённых печах Освенцима.

«Голос сердца» — поэтическое повествование, на первый взгляд, всецело наполненное личными переживаниями, которые при этом не могут не тронуть и стороннего человека, причём и десятилетия спустя после описываемых поэтом событий. Да и вообще, поэму нельзя читать, не сопереживая Бровке, его сыновней боли. Строки эти берут за живое, переворачивая всё внутри, заставляя содрогаться от ужасов фашизма, негодовать:

Думал я — горе

притихнет с годами,

Боль отойдёт,

зарубцуется память.

<…>

Был я недавно

в Освенциме, мама,

След твой найти

я пытался упрямо. <…>

Как издевались они

над тобою!

Шла ты, седая,

под градом побоев.

По снегу шла, как

по углям, шатаясь,

Падая наземь, опять

поднимаясь… <…>

Я из барака, из мрака

на волю

Вышел, шатаясь

от гнева и боли.

С мыслями долго

пытался собраться.

Так и дошёл я

до страшного плаца.

Печь и четыре трубы

закопчённых.

Тут и кончался маршрут

заключённых.

И всё же лейтмотив поэмы жизнеутверждающий. В родной деревушке поэта устанавливают памятник, увековечивающий подвиг народных героев. Видит в нём он и свою сожжённую в Освенциме мать. Ей и всему миру Бровка напоминает то, что тревожит его сердце солдата, коммуниста, гражданина:

Мама, и ты там,

поднявши платочек,

Машешь рукою:

«Я с вами, сыночек!»

Мы присягаем, былые

солдаты, —

Ворога больше

не пустим до хаты!

Нынче стремимся мы

звёздам навстречу,

К людям идём

с дружелюбною речью.

К ним обращаем мы

снова и снова

Наше открытое, доброе

слово,

Слово, как солнце

в предутренней шири:

— Мир во всём мире!

Мир во всём мире!

Шестьдесят лет назад была написана эта сильнейшая по своему эмоциональному восприятию поэма. Но разве потерял актуальность страстный призыв Бровки о мире? Разве нет сегодня «горячих точек» на карте мира? Нет, ничего по сути не изменилось… Уникальное поэтическое творение Бровки можно вновь брать всем нам, коммунистам, прогрессивно мыслящим людям доброй воли, на вооружение.

Петрусю Бровке, как и всякому «настоящему поэту», пришлось пройти через муки творчества. Первые стихи, как вспоминал Бровка, он пытался создавать «под Маяковского» — столь велико было влияние на него поэтического дара великого поэта-трибуна. Обращал свой взор он и на поэзию Я. Купалы и Я. Колоса, которых ему первые его критики, комсомольцы, ставили в пример. Смотри, дескать, у них-то лучше получается. Но со временем эти сравнения и вынужденные оглядки на старших товарищей по перу отошли в сторону: появился свой стиль, стал просматриваться главный герой, коим, собственно, и был он сам, обозначились структура и форма стиха. В зрелые годы были написаны лучшие его поэтические стихи и поэмы, сборники: «Весна Родины», «Катерина», «Кастусь Калиновский», «Надя-Надейка», «Могила бойца», «Будем сеять, белорусы!», «Беларусь», «Поэма про Смолячкова», «Хлеб», «Думы про Москву», «Народное спасибо», «Брат и сестра», «В родном доме», «Дорога жизни», «Пахнет чебрец», «А дни идут…». В этих произведениях есть какая-то особая простота, помноженная на авторскую сдержанность. О серьёзном, большом, важном, а порою и судьбоносном он умел сказать просто, доходчиво, без отвлечения на крайности и замысловатости языка, но не в ущерб поэтичности, красоте, эмоциональности.

О ПРОСТОТЕ, но не примитивизме в поэтическом творчестве Бровка рассказывал и в статье «Сила поэзии», опубликованной 8 июня 1968 года в «Правде». В ней, в частности, поэт говорил: «… Подлинное искусство, то самое, которое «в грамм добыча, в год труды», по результату — всегда просто, то есть ясно. Оно может быть очень сложным по содержанию, во многих своих великих созданиях оно требует от читателя подготовки намного большей, чем непосредственное восприятие, непосредственное переживание той же лирической песни, например… Путей к истине множество, путей трудных и всегда индивидуальных. Но если простота без сложности, которую она призвана аккумулировать, — это мнимая простота, примитив, то сложность без простоты, в которой она запечатлевается, есть или игра в сложность, или драма художника, не нашедшего истину и растерявшего себя».

Публицистические выступления были не редкими для Бровки, особенно в зрелые годы. Публицистическую статью и литературную заметку, достаточно часто появлявшиеся в белорусских республиканских и центральных газетах и журналах, Бровка воспринимал как действенную возможность оперативно высказаться по некоторым вопросам, донести до читателя своё отношение к ним, расставить акценты и обратить читательское внимание.

Добрые товарищеские отношения сложились у Бровки и с «Правдой», которой он направлял свои лучшие и поэтические, и публицистические вещи. И «Правда» их печатала. Как известно, главная газета страны не обходила своим вниманием лучших литераторов. Они были в арсенале её постоянных авторов.

Работал Бровка и в жанре прозы. Ещё в 1932 году написал он повесть «Каландры», расказывающую о трудовых буднях коллектива Добрушской бумажной фабрики. Тогда для написания этой книги молодому литератору пришлось более полугода жить на писчебумажной фабрике «Герой труда». Он буквально сжился с интересами и заботами её работников. Обогатившись практическими знаниями и сопереживанием за будущее фабрики, писатель взялся за перо.

Такой же принцип вживания в судьбу описываемых событий был применён и при написании романа «Когда сливаются реки». «Я был в Москве в какой-то творческой командировке, — вспоминал Бровка. — Жил уже около месяца. Как-то утром читаю в газете «Правда» сообщение о том, что латыши, литовцы и белорусы решили на берегу озера Дрисвяты построить межколхозную гидроэлектростанцию. Меня это очень взволновало… После этого я поехал на озеро Дрисвяты, где прожил несколько месяцев. Когда этого показалось мне мало, я поехал в институт этнографии в Ригу. Потом — в такой же институт в Вильнюс. Знакомился с бытом, с народными песнями. Беседовал с латышскими и литовскими писателями. Собирал материал по крохам, долго и терпеливо. И, уже собрав, пожив на строительстве, сел за письменный стол».

Роман «Когда сливаются реки», писавшийся Петрусем Устиновичем с 1952 по 1956 год, прославляющий дружбу народов (кстати, и в реальной жизни построенную сообща межколхозную электростанцию так и назовут «Дружба народов»), был тепло встречен как массовым читателем, так и критиками. И те и другие отмечали его большое эмоциональное восприятие, реалистичность в представлении национальных черт трёх народов, новизну в подаче образа советского человека-труженика.

Говоря о прозаическом наследии Бровки, нельзя не сказать и о цикле подкупающих своей жизненной правдой рассказов и повести «Донька-Даниэль» о жизни белорусской деревни первых послеоктябрьских лет. Написаны они им были в начале семидесятых годов минувшего столетия и на русском языке впервые опубликованы в 1973—1974 годах в журналах «Дружба народов» и «Неман». Как и в былые годы, Бровка не изменил своему творческому подходу: произведения эти пишутся на автобиографическом материале и в застенчивом, жадно тянущемся к знаниям пареньке Феде без труда угадывается сам автор. Он тепло вспоминает работу в волостных военкомате и исполкоме, прекрасных и добрых людей, протянувших ему руку и помогавших делать первые шаги в большую, манящую своей неизвестностью жизнь.

ПОЧТИ ДВАДЦАТЬ ЛЕТ руководил Бровка писательским Союзом Советской Белоруссии и был многолетним членом правления Союза писателей СССР. Жители республики неоднократно делегировали его и в состав высшего законодательного органа Союза ССР. С 1967 по 1980 год Бровка был главным редактором Белорусской Советской Энциклопедии, носящей в настоящее время его имя. Не счесть тех встреч, собраний, заседаний, конференций, симпозиумов, съездов, пленумов, в которых пришлось принимать ему участие как на республиканском, так и на всесоюзном уровнях. В союзном центре и республиках Бровку и в официальных кругах, и в писательских сообществах прекрасно знали и уважали. Простые же читатели, коих было сотни тысяч, его любили. Любил и он их, отзывался на письма, старался посодействовать, помочь…

Тёплые, дружеские и товарищеские отношения связывали Бровку и со многими виднейшими представителями многонациональной советской литературы. Он действительно умел дружить. Его открытое сердце не знало каких-либо преград, которые могли бы помешать ему быть рядом с теми, кто ему был дорог, кого он безмерно уважал и ценил. И таких было немало. Не забывал он, конечно, и своих учителей. Всех и не назовёшь, о ком Бровка тепло отзывался, кого вспоминал он на страницах своих книг. Выделю же из всего этого сонма выдающихся людей имена Я. Купалы, Я. Коласа, К. Крапивы, А. Фадеева, М. Шолохова, М. Исаковского, М. Светлова, А. Прокофьева, М. Рыльского, А. Малышко, А. Твардовского, А. Венцловы, П. Цвирки, С. Токи.

Большое значение уделял Бровка и литературной смене. Внимательно следил за литературными новинками, был активным наставником и организатором, несколько позже просто участником совещаний с молодыми писателями и поэтами. Для них признанный мастер не жалел слов, не скупился на сравнения с днём минувшим, не утаивал примеры из собственного литературного опыта.

На склоне лет не раз приходилось выдающемуся белорусскому советскому литератору размышлять не только над собственным пройденным литературным путём, но и задумываться над дальнейшей судьбой многонациональной советской литературы. Её, конечно же, не замалчивая имевшихся в развитии литературного процесса проблем, Бровка рисовал в ярких цветах…

В ПОДТВЕРЖДЕНИЕ того, как поэт понимал творческое мастерство, приведу его слова, нисколько не устаревшие и сегодня: «Несмотря на то, что в литературе я уже более полувека, мне всё-таки затруднительно сформулировать чётко: что же такое писательское мастерство, как определить его рамки и границы. Да это, видимо, и невозможно. Единственное, что я могу сказать, исходя из личного опыта: мастерство не приходит сразу…

Литература — очень трудоёмкое дело, для труда литератора нужен большой изначальный запас культуры. И запас этот следует пополнять ежегодно, ежедневно в течение всей жизни. Ибо только так поможешь формированию своего поэтического лица. Поэтическое же лицо и мастерство — неотделимы…

Работаю я по такому принципу: пишу о том, что меня волнует. И тут, на мой взгляд, главным является знание жизни. Здесь я не открываю ничего нового. Об этом говорили и наши классики, об этом нам всё время напоминает партия. И это так…

Главное, надо чувствовать пульс жизни… Надо побольше общаться с жизнью. Жизнь обогащает больше всего. Если пропустишь — потом уже не найдёшь…»

Петрусь Бровка, один из самых звонких и голосистых поэтических певцов Советской Белоруссии, прожил непростую, очень насыщенную жизнь. Пережить пришлось многое, мог он и сломаться, не выдержав напора обстоятельств и сложных жизненных коллизий, но ему помогал надёжный внутренний стержень, не покидавший его и в самых трудных ситуациях. Поэт знал и понимал, какой народ его породил, отчётливо осознавал он и то, под началом каких великих созидательных сил он стал поэтом и гражданином. Неиссякаемая вера в коммунистические идеалы и была тем компасом, благодаря которому он преодолевал большие и извилистые расстояния. Согревала его и огромная любовь к родной Белоруссии, которая и в наше время продолжает хранить светлую память о нём. В республике живут все учреждения и мемориальные места, связанные с его добрым именем. Продолжает свою работу Государственный литературный музей им. П. Бровки. Поэт не забыт, он по-прежнему востребован своими соотечественниками.

Хочется верить, что и в России, которую он искренне любил и без которой не представлял жизни своей республики, братского белорусского народа, это прекрасное имя не забудут. Читайте Бровку, он современен, произведения его окрыляют и зовут в добрый путь.

Просмотров: 456

Другие статьи номера

«Душой живу больше в Охотине…»
«До чего хорошо в деревне! Конец мая, и уж летняя жара. Сад и всё кругом в свежей зелени. За рекой, в Фёклином бору, кукует кукушка. Приятели мои, приехавшие погостить, ушли купаться. Внизу, за моим садом, речка Нерль; там тихо на бережку, на зелёной траве, где ольховые деревья, прозрачная вода. В ней отражается и лес, и небо, жёлтые купавки точно горят на реке. Как пахнет травой, водой, летом!.. Сижу я на ступеньках крыльца моего деревенского дома и мою в банке запачканные в красках кисти для живописи. За загородкой малиновый сад, пышно-зелёный. Звонко и весело щебечут малиновки. Затихает душа…»
Батальонная разведка
С 28 августа 1942 года на весь период Сталинградской битвы, то есть на долгих пять месяцев, ответственность за боевые действия в Тракторозаводском районе Сталинграда командование фронтом, представители ГКО и Ставки возложили на полковника Горохова — командира спешно выдвинутой к Тракторному заводу 124-й отдельной стрелковой бригады. Она стала боевым ядром, непреодолимой для врага твердыней на самом северном фланге 62-й армии и всего Сталинградского фронта.
Азиатский Поединок
Афганистан переживает всплеск боевых действий, а диалог Кабула с талибами зашёл в тупик. Это соответствует интересам США, которые готовы, скорее, расколоть страну, чем дать ей превратиться в мост между Ираном и Китаем.
Детей толкают на опасную стезю
От 109 тысяч до 326 тысяч несовершеннолетних латиноамериканцев могут из-за последствий карантина, введённого в связи с распространением коронавируса, выйти на рынок труда, присоединившись к уже занятым там 10,5 миллиона. Согласно исследованию экспертов Экономической комиссии ООН для Латинской Америки и Карибского бассейна (ЭКЛАК) и Международной организации труда (МОТ), многие семьи региона оказались в критической финансовой ситуации, что побуждает малолетних граждан искать работу. По оценкам организаций, рост детского труда в регионе составит от 1% до 3%.
Пульс планеты
ПЕКИН. Власти Китая назвали беспрецедентным закрытие своего генконсульства в американском Хьюстоне и пообещали дать соответствующий ответ. Принятое 21 июля решение Вашингтон объяснил тем, что КНР совершает кражу американской интеллектуальной собственности в крупных масштабах, нанося гигантский ущерб экономике США. Комментируя события, МИД Поднебесной назвал произошедшее «беспрецедентной эскалацией» и заявил, что Пекин не оставит подобное без последствий. «У США гораздо больше диппредставительств и сотрудников, работающих в Китае», — указали в дипломатическом ведомстве.
Отказ от минских соглашений

Как сообщили 22 июля из министерства иностранных дел Донецкой народной республики, украинская сторона заблокировала работу Контактной группы в ходе обсуждения тем политического блока минских соглашений.

«ВЕСЬ конструктив работы Контактной группы закончился, как только представители республик потребовали у официальных представителей Киева прокомментировать принятое 15 июля 2020 года Верховной радой Украины постановление №3809 «О назначении очередных местных выборов в 2020 году (25 октября 2020 г.)», четвёртый пункт которого полностью противоречит минским соглашениям», — разъясняется в сообщении.

Три фронта героизма
26 июля Куба торжественно отметит очередную годовщину Дня национального восстания. Он связан с событиями 1953 года. Именно 26 июля 1953 года, за несколько минут до рассвета, группа молодых повстанцев во главе с Фиделем Кастро штурмовала казармы Монкада в городе Сантьяго-де-Куба. Однако силы были слишком неравными. Выступление молодых революционеров потерпело поражение, чудом удалось спастись лишь небольшой группе повстанцев во главе с Фиделем. Это отважное выступление в дальнейшем открыло кубинским патриотам путь к последующим победам над ненавистным режимом Батисты и освобождению страны в первые дни 1959 года.
«Обязательства, которые лежат на компартиях»

К 100-летию II конгресса Коммунистического Интернационала

За 24 года деятельности III, Коммунистического Интернационала состоялось семь его конгрессов. Можно с полной уверенностью утверждать, что самым выдающимся из них, до сих пор способным оказывать влияние на международное коммунистической движение и образующие его партии — на КПРФ в том числе — был II конгресс. Он сформулировал круг обязательств, которые лежат на партиях, претендующих на право носить имя коммунистических, указал на их социальную базу, точно определил главного внутреннего врага коммунистического движения — и глобального, и каждой страны. И, конечно же, это был конгресс ленинский — и потому, что Владимир Ильич руководил его работой, и потому, что это было зримое воплощение его великих идей.

Кто заложил «мину замедленного действия» под СССР
Для каждого здравомыслящего человека является очевидным, что разрушение в 1991 году в результате контрреволюционного переворота Союза Советских Социалистических республик стало трагедией, оказавшей негативное воздействие на развитие событий не только на постсоветском пространстве, но и во всём мире.
Включите свет!
ПРОБЛЕМУ с подачей электричества жители села Гамиях Новолакского района Дагестана испытывают вот уже 30 лет. Можно сказать — с развала СССР. Село расположено в предгорной части республики, где постоянно дуют сильные ветры, а местные линии электропередачи не соответствуют нормам. Из-за хронических перебоев с подачей света в домах трёх центральных улиц регулярно перегорают бытовые электроприборы.
Все статьи номера