ЮНОША И ВОЛНА

ЮНОША И ВОЛНА

№50 (30837) 16 мая 2019 года
4 полоса
Автор: Руслан СЕМЯШКИН, член Крымского рескома КПРФ.

Такого читательского интереса, любви, признания удостаивался не каждый профессиональный литератор. Далеко не каждый оставил после себя и такое внушительное печатное наследие. Да и так плодотворно работать на писательской стезе могла только действительно неординарная, подлинно талантливая, наделённая даром глубокого проникновения в мир художественных образов личность. Уникальна и сама биография классика латышской советской литературы. Выходец из бедняцкой среды, Вилис Лацис, получив рабочую закалку, смог стать, без преувеличения, первым по значимости писателем в буржуазной Латвии и крупнейшим писателем, государственным и общественным деятелем огромной многонациональной страны. 115-летний юбилей со дня рождения столпа советской литературы, одного из самых выдающихся мастеров реалистической прозы призывает нас вновь обратить к нему свои взоры.

С РАННЕГО ДЕТСТВА будущему писателю пришлось немало повидать и многое пережить. Ему было всего восемь лет, когда его родители-бедняки вынуждены были покинуть рыбацкий посёлок Ринужи и в «поисках счастья» отправиться в далёкую Сибирь. Та первая поездка оказалась для семьи Лацисов неудачной, и они вынуждены были вернуться в Латвию. Но вскоре началась Первая мировая война, и в Прибалтийский край вторглись германские войска. Судьба беженцев заставила семью рижского портового рабочего Тениса Лациса вновь пуститься в дальний путь. На этот раз пристанищем для них становится Алтай.

На календаре — грозный 1917 год. Юный Вилис поступает в Барнаульскую учительскую семинарию и работает посыльным в редакции газеты «Заря Алтая». После Октябрьской революции, в начале 1919 года, семья Лацисов переезжает в Бийский уезд, в посёлок Латвийский, где пятнадцатилетний Вилис становится секретарём поссовета. К этому времени относятся и его первые публикации — несколько небольших стихотворений, фельетоны и корреспонденции о местной сельской жизни в сибирской латышской коммунистической газете «Сибирияс циня».

В 1921 году Лацисы возвращаются в Латвию. Буржуазная республика ставит молодого человека перед непростым жизненным выбором: где применить свои силы, какой выбрать жизненный путь, дающий возможность не просто накормить, но и вывести в люди? Как и многим его сверстникам, ему мечталось и грезилось о морских путешествиях и романтике мореплавания. Но для того чтобы поступить в мореходное училище, необходимо было иметь практику службы на судах. Не обладая таковой, Вилису пришлось пойти по стопам отца и устроиться портовым рабочим. Тогда же выходил он с рыбаками и на лососевый промысел, а зимой работал на лесозаготовках.

По прошествии двухгодичных мытарств Лацису наконец удаётся устроиться кочегаром на пароход, осуществлявший грузовые рейсы в Великобританию и Францию. Однако сбывшаяся мечта принесёт ему горькое разочарование: работа на судне окажется отнюдь не легче, чем в порту или на лесозаготовках. Знакомство с зарубежными капиталистическими странами убедит его в том, что простому рабочему человеку живётся в них так же тяжело, как и в Латвии. В 1926 году, после прохождения обязательной воинской службы, Вилис вновь уходит в море, и на этот раз ему удастся побывать в портовых городах Германии, Бельгии, Дании, Англии.

В конце 1920-х годов он вынужден вернуться к работе в порту. Будучи уже вполне сформировавшимся молодым человеком, познавшим все тяготы труда, повидавшим многие «прелести» буржуазных «демократий», глубоко переживая всё увиденное, Вилис Лацис приходит к осознанию необходимости взяться за перо, при этом не предполагая, чем стремление к писательству может для него обернуться. Его тяга к творчеству оказывается сильнее всех барьеров. Выкладываясь по полной на работе, вечерами и ночами, наперекор усталости, он начинает писать.

Для тех лет это был исключительный случай. Портовый рабочий, не имевший ни громкого имени, ни должного образования, ни финансовых средств, ни поддержки влиятельных людей, и, что самое главное, у него практически не было никаких шансов на опубликование своих произведений, решается писать и упорно, настойчиво вступает на это незнакомое ему непростое поприще.

Естественно, что в атмосфере затхлой капиталистической повседневности рассчитывать на успех начинавшему писателю не приходилось. И всё же, несмотря на то, что Вилис не находил поддержки в редакциях журналов и газет, надежды на опубликование своих произведений он не терял. Лацису повезло: работавший тогда в журнале «Домас» («Мысли») известный прогрессивный писатель, будущий классик латвийской советской литературы Андрей Мартынович Упит находит возможным опубликовать его новеллу «Женщина». Он же, знакомясь с написанными Лацисом рукописями, советует ему обратиться к большой по объёму и формам прозе, так как, по его мнению, именно в романе лучше всего смогут проявиться литературные задатки и способности молодого автора.

Это было первое личное знакомство двух крупнейших латышских писателей. Много лет спустя, вспоминая ту встречу, Андрей Упит характеризовал Вилиса Лациса как молодого, энергичного человека, полного протеста против латышской буржуазной литературы того времени, не желавшей ставить перед обществом острые социальные проблемы, волновавшие широкие читательские массы. «Это был не осознавший себя реалист», питавший интерес к «изуродованной личности» человека, искренне веривший в возможность освобождения родной страны от оков капитализма.

Тогда же, начиная литературный путь, одновременно с Лацисом-писателем формируется и Лацис — общественный деятель. В 1928 году он вплотную соприкасается с Коммунистической партией Латвии, начинает выполнять отдельные партийные поручения, усердно занимается самообразованием, изучает марксистскую литературу.

Подвергавшаяся постоянным нападкам и преследованиям, Компартия Латвии, по существу, находилась в подполье. Более десяти лет Лацис был коммунистом без официальной принадлежности к партии и вступил в неё лишь в конце июня 1940 года, в дни провозглашения нового курса сближения Латвии и СССР. Но ЦК ВКП(б) вынес более конкретное решение: считать годом вступления не 1940-й, а, принимая во внимание многолетнюю революционную деятельность, постоянную связь и помощь партии, засчитать партийный стаж с 1928 года, с момента установления взаимоотношений с КПЛ.

ЛИТЕРАТУРНЫЙ ТРУД для Лациса не стал отвлечённым и приятным времяпрепровождением. Взявшись за него, остро ощущая в себе классовый инстинкт, желая высказать свою боль, отстоять своё человеческое достоинство, он, не стремясь кому-либо подражать и не научившись мыслить отвлечёнными литературными категориями, нисколько не заботясь о том, как воспримут его профессиональные литераторы и критики, буквально всего себя отдаёт писательству. Начиная с 1929 года он публикует роман за романом, что по тем временам было чем-то из ряда вон выходящим.

Каждая новая книга получает широкий общественный резонанс. Тиражи романов, а также газет и журналов, печатавших Лациса, необычайно растут. Писатель находит своего преданного читателя в лице рабочего человека, которому его проза понятна и близка. Буржуазная же критика выбирает тактику замалчивания.

В начале 1930-х годов публикуется его трилогия «Бескрылые птицы», в которой впервые в латышской литературе так правдиво и основательно изображена жизнь рабочих в «демократической» Латвии. Эта трилогия, имевшая грандиозный успех, была всё же написана в условиях жёсткой цензуры, а потому некоторые наиболее острые моменты писателю пришлось ретушировать. Так, не призывая напрямую к революционной борьбе, в романе «По морям» (трилогия «Бескрылые птицы»), в котором изображена жизнь зарубежных рабочих, мысль о необходимости борьбы звучит, тем не менее, вполне явственно и убедительно. Главный герой трилогии Волдис Витол, оппонируя тем, кто в безработице обвиняет машины, вытесняющие рабочего человека как лишнего и ненужного, прямо говорит: «Надо уничтожать не машины и тех, кто их изобрёл, а тех, кто эти машины присвоил как частную собственность… Надо сделать машину достоянием всего народа…»

Эти слова и по прошествии более чем восьмидесяти лет после их написания, в условиях капиталистического строя, пришедшего на постсоветское пространство, остаются актуальными. В беспристрастном отображении капиталистического мира и заключаются непреходящая современность и злободневность довоенных романов Вилиса Лациса. Ведь при том что жизнь изменилась и сравнивать буквально то время с днём сегодняшним нет оснований и необходимости, природа самого капитализма, как явления и формации, осталась прежней.

«Бескрылые птицы» были созданы на основе непосредственных наблюдений писателя, пережитого и прочувствованного им собственного жизненного опыта. Но это не художественное автобиографическое повествование, и Волдиса Витола никак нельзя отождествлять с самим автором.

Позже, отвечая на вопрос об автобиографичности своих произведений, в статье «Немного о моей работе» Вилис Лацис напишет: «… свой биографический материал я разбрасывал направо и налево во многих своих произведениях! Автобиографический материал можно найти в книгах «Бескрылые птицы», «Сын рыбака», «Семья Зитаров», «Буря» и в других моих произведениях, но ни в одном из них нет чисто автобиографического персонажа».

Герои произведений Вилиса Лациса — это талантливо обобщённые литературные образы, в которых воплощены типичные черты, характерные для многих людей того времени. В основе этих образов находится жизненная правда, так как «действительность, конкретные наблюдения, — отмечает сам В. Лацис, — это исходная точка, старт, откуда писатель отправляет в путь своих героев». И для того чтобы этот старт был успешным, Вилис Тенисович всегда скрупулёзно трудился над литературной обработкой конкретного жизненного материала и преломлением его через свою собственную призму художественного восприятия.

Не стоит забывать и то, что герои писателя были представителями определённой исторической эпохи и определённой социальной среды. В. Лацис был твёрдо убеждён и чётко придерживался той линии, что «первая и главная задача писателя — создать правдивую картину той эпохи, свидетелем и участником которой является он сам», так как «правильно, исторически правдиво и глубоко изображая свою эпоху и жизнь людей, писатель в то же время помогает её создавать, влияет на неё, движет её вперёд». Эти рассуждения были написаны писателем уже в советское время, но такой взгляд на писательское ремесло был присущ ему и в самом начале творческого пути.

Над романом «Сын рыбака» писатель работал в 1933—1934 годах. В этом одном из самых известных своих романов Вилис Лацис в очередной раз выступает как мастер остроконфликтного сюжета, в раскрытии которого чётко определяет тех, кому отданы его авторские симпатии. Так, в явном противоборстве с отрицательными персонажами, олицетворяющими мир капитала, главный герой романа, рыбак Оскар Клява из небольшого рыбацкого посёлка становится выразителем необходимости перемен, нового уклада жизни, за которые нужно бороться.

ПИСАТЕЛЬСКАЯ самобытность Лациса наиболее ярко проявилась в создании и типизации образов положительных героев. Уже на начальном этапе творческого процесса он всегда стремился свои общественные идеалы, своё мироощущение воплотить в положительных героях — физически сильных, выносливых, мужественных, кристально чистых и честных, нравственно и духовно здоровых, стремящихся, выражая чаяния трудового народа, изменить жизнь, сделав её справедливой, счастливой, мирной и созидательной.

Своих героев и сюжетные линии В. Лацис преподносит с определённой публицистичностью. Оправданность необходимости публицистических отступлений он обосновывал тем, что предельная точность донесения того или иного общественного явления, конкретных исторических условий не просто нужна для большей реалистичности художественного повествования, но и полезна при показе собственного отношения автора к поставленным им самим проблемам.

После выхода «Сына рыбака», в короткий временной срок успевшего выдержать три издания и достигшего небывалых для буржуазной Латвии тиражей, при том что сама книга, как товар, стоила тогда достаточно дорого и была многим не по карману, Вилис Лацис становится самым известным и популярным писателем Латвии и впредь получает материальные возможности для занятия литературной деятельностью на профессиональной основе. Это позволяет ему всецело сосредоточиться на писательском труде. Во второй половине 1930-х годов, оставаясь верным призванию писателя-реалиста, он напишет ряд остросоциальных романов о жизни в капиталистической республике и о глубоких противоречиях между разными слоями общества.

Судьба же романа «Сын рыбака» была поистине звёздной. Дважды, в 1939-м в буржуазной Латвии и в 1957 году в советское время, роман был экранизирован. Многократно он ставился и на театральных сценах. Был переведён на десятки языков, и суммарный тираж его издания исчисляется явно не одним десятком миллионов. В СССР роман «Сын рыбака» был читаем и любим многими поколениями советских граждан, усматривавших в нём не только реалистический сюжет из жизни довоенной Латвии, где человеку труда приходилось бороться за само своё существование, но и своеобразную, наполненную динамично развивающимися событиями романтику моря и тех сильных, мужественных людей, живших в этом суровом приморском крае.

Казалось бы, к Вилису Лацису приходит необычайный и внушительный успех, он становится известным писателем и вполне обеспеченным человеком. Можно спокойно жить и в условиях буржуазно-националистического государства, а если к тому же не перечить властям, так вообще считай, что жизнь удалась. Но этот путь был для него неприемлем. Выходец из рабочей среды, патриот своего края, он стремился не только к личному успеху, но и к тому, чтобы изменить жизнь народа, рабочих, крестьян, тех, кто составлял абсолютное большинство граждан Латвии.

МЕЖДУ ТЕМ сделаем небольшое отступление и вернёмся к фразе: «и вполне обеспеченным человеком». Несмотря на то, что сам Лацис о финансовых вопросах не любил распространяться, есть основания полагать, что значительную часть своих внушительных доходов от процесса опубликования книг он, продолжая жить достаточно скромно, направлял на поддержку подпольной деятельности Компартии. Разумеется, эта помощь носила закрытый, тайный характер. До конца своих дней эту тему писатель деликатно умалчивал, не афишировали её и бывшие подпольные руководители КПЛ. Суровые правила подполья, постоянная потребность конспирации многому их научили. Достоверно известно лишь то, что Лацис оказывал постоянную материальную помощь своим двоюродным братьям-коммунистам, в конце 1930-х годов находившимся в тюремных застенках.

Летом 1940 года в Латвии создаётся народное правительство, в котором писателю доверяют пост министра внутренних дел, а со времени свержения буржуазной диктатуры и вхождения республики в состав Советского Союза Вилис Лацис становится Председателем Совета Народных Комиссаров Латвийской ССР. Начинается новый и самый счастливый период его жизни.

В ГОДЫ Великой Отечественной войны Вилис Лацис, будучи Председателем Совнаркома Латвийской ССР, вместе с товарищами по государственной работе находился в Москве. Он занимался созданием латышских воинских частей Красной Армии, принимал участие в руководстве партизанским движением в оккупированной Латвии, часто бывал на фронтах. Совместно с руководством ЦК Компартии республики занимался решением многих конкретных народнохозяйственных задач.

Несмотря на напряжённую работу в должности руководителя правительства республики, требовавшую полной самоотдачи, сил и времени, писатель не бросает литературный труд. В годы Советской власти он пишет лучшие свои произведения — эпопеи народной борьбы «Буря» и «К новому берегу», удостоенные в 1948 и 1951 годах Сталинских премий. Эти широкие художественные полотна были изданы на многих языках мира, а также инсценированы и экранизированы.

В них писатель показывает все важнейшие исторические события, связанные с движением латышского народа к социализму, рассказывает о его непростой, драматичной борьбе. Остаётся он верным и своей главной художественной теме — жизнь народа, человека труда он показывает на фоне эпохи во всей противоречивости тех социальных конфликтов и того созидательного пути, который открывался с приходом Советской власти.

На 2-м Всесоюзном съезде советских писателей, состоявшемся во второй половине декабря 1954 года, народного писателя Латвийской ССР Вилиса Тенисовича Лациса избирают членом правления Союза писателей СССР. Тогда он был в числе самых известных, читаемых и любимых авторов Союза. Значительным был его авторитет и в самом Союзе писателей, среди коллег по правлению.

Пост Председателя Совета Министров Советской Латвии Вилис Лацис занимал в общей сложности практически без малого двадцать лет и оставил его только в конце 1959 года. За эти два десятилетия, пережив войну, преодолев тяготы восстановительного периода, Советская Латвия во всех отношениях преобразилась и превратилась в экономически развитую республику. Заложенный в те годы фундамент реальной, а не надуманной, с явным душком сегодняшнего провластного национал-шовинизма, государственности позволяет современной капиталистической Латвии до сих пор как-то выживать и имитировать своё развитие.

Многие годы Вилис Лацис был членом ЦК и Бюро ЦК Коммунистической партии Латвийской ССР, а на XIX, XX, XXII съездах КПСС он избирался кандидатом в члены ЦК КПСС. С 1954 по 1958 год Лацис являлся Председателем Совета Национальностей Верховного Совета СССР.

О том, каким человеком в повседневной жизни был Вилис Лацис, о его непосредственных человеческих качествах рассказывал народный писатель Латвийской ССР Зигмунд Скуинь: «По натуре Вилис Лацис был истым тружеником — писал ежедневно. Точен бывал до минуты. И никогда не опускался до празднословия, не похвалялся увиденным и пережитым, ему было глубоко чуждо чванство. Всегда сдержанный, внешне спокойный, он говорил негромко, без эмоциональных акцентов. Был он статным, физически крепким и видным. Любил бокс и футбол и, если позволяло время, приезжал на стадион посмотреть наиболее интересные состязания. Неумолим и бескомпромиссен бывал он, когда речь касалась принципиальных вопросов. Не любил выступать в роли адвоката, рассыпаться в похвалах и комплиментах, однако там, где это было необходимо, высказывался со всей прямотой, даже если это расходилось с общепринятыми взглядами».

Последний роман писателя «После грозы» невелик по объёму. Лацис писал его в непростых условиях, сознавая, что силы и сама жизнь на исходе. Но вопреки физическим трудностям, в живой канве романа никак не чувствуется угасания мысли автора, наоборот, в нём проявляются новые грани творчества подлинного мастера реалистической прозы.

ЛИТЕРАТУРНОЕ наследие Вилиса Лациса действительно впечатляет. На его родном латышском языке оно составляет 26 увесистых томов. Велико оно и в переводе на русский язык. Написанные крупным планом широкие и захватывающие панорамы народной жизни и в наши дни не потеряли своей свежести, привлекательности и актуальности звучания. Более того, сегодняшнее восприятие проблематики романов Лациса, постижение сильных и цельных натур его героев получают особый, ярко выраженный контекст. Суть его в том, что писатель показал нам две диаметрально противоположные стороны: жизнь Латвии при буржуазном профашистском режиме и расцвет республики в условиях социализма, преимущества которого очевидны и не подлежат сомнению. Поэтому, кстати, молодому российскому читателю скорее будут понятны досоветские романы писателя, рассказывающие о знакомых ему буржуазных порядках и условиях, нежели его советские эпопеи, рассказывающие о советском времени, в котором 20—25-летнему читателю жить уже не довелось. В этом балансировании на грани двух систем развития общества и заключается злободневность прозы В. Лациса.

Крупнейшему писателю многонациональной советской литературы и общественному деятелю, кавалеру семи орденов Ленина В.Т. Лацису было суждено рано уйти из жизни. В свои последние годы он тяжело болел, однако, превозмогая боль, работал. И даже тогда, когда зрение не позволяло писать самому, мысли излагал под диктовку. Многочисленные письма, а писатель отвечал всем адресатам и читателям, будь то начальник смены цеха электроснабжения Невинномысского химического комбината или учащиеся, члены литературного кружка школы №27 г. Барнаула, датированные 1962—1963 годами, чаще всего приходили читателям не в рукописном написании, а отпечатанные на машинке и лишь подписанные Лацисом. Однако приходили они обязательно и в оперативном порядке: невнимание к читателю В. Лацис считал недопустимым. И эта, на первый взгляд, незначительная деталь очень тонко характеризует ту глубину и масштабность личности писателя, вся жизнь которого была всецело отдана народу.

Фигура Вилиса Лациса не оказалась в числе забытых. И по прошествии почти трёх десятков лет после развала СССР имя его на союзных просторах помнят, книги, им написанные, пускай и не часто, читают и перечитывают, в библиотечных фондах произведения его не подверглись массовому списанию и уничтожению.

И даже на малой родине, в буржуазной Латвии, вынуждены считаться с этим именем, которое, правда, новые власти страны всячески пытаются отделить от политики. Дескать, великий писатель, бесспорно, был, а вот о государственной и партийной деятельности его говорить не стоит. Такая казуистика, такие нравы и трактовка собственной истории…

Великий писатель продолжает жить. Жить в нашей памяти, наших сердцах и сознании. Завершить же этот очерк хотелось бы проникновенными словами Зигмунда Скуиня: «На могиле Вилиса Лациса стоит бронзовый памятник — юноша и волна. А может, это вовсе и не волна, а крыло. Современный вариант мифа об Икаре.

Здравствуй, Вилис Лацис, перелившийся в этот славный памятник. Теперь вы оба бесконечны — Ты и Твой справедливейший критик — Время».

Просмотров: 1835

Другие статьи номера

Утомлённые до смерти, или «Герои демократии»
Информационные сообщения о случаях массовой гибели людей в Индонезии, увы, давно стали привычными. В стране с самым большим мусульманским населением в мире, где активно действуют группировки исламских фундаменталистов, часто происходят теракты, сопровождающиеся десятками жертв. Ещё больше жизней уносят постоянные природные катаклизмы: наводнения, оползни, землетрясения, цунами, извержения вулканов, обусловленные климатически-географическим положением крупнейшего островного государства планеты. Однако новость о многочисленных смертях среди сотрудников местных избирательных участков, скончавшихся от… сильного переутомления в ходе организации и проведения всеобщих выборов, повергла в шок.
Пульс планеты
ВИЛЬНЮС. Во второй тур президентских выборов в Литве, назначенный на 26 мая, вышли экономист Гитанас Науседа и экс-министр финансов Ингриде Шамоните. Параллельно в стране состоялись два референдума. Первый — о сокращении числа депутатов сейма (вызвано уменьшением численности населения республики), второй — о введении двойного гражданства — связан с брекзитом: в Великобритании проживают около 200 тысяч литовцев. Между тем одним из итогов первого раунда президентских выборов стала отставка премьер-министра Саулюса Сквернялиса, вначале подсчёта голосов шедшего вторым после Науседы, но в итоге уступившего Шамоните и не попавшего во второй тур.
Эх, дороги…
РЕМОНТ ДОРОГ в нынешней Латвии — проблема из проблем. В значительной степени он финансируется средствами из европейских фондов. Однако в последнее время объём средств для этих целей резко сокращается, сообщает интернет-портал lsm.lv.
«ДНР — результат творчества масс»
В Донецке прошли торжественные мероприятия по случаю празднования Дня Республики. Ровно пять лет назад, 11 мая 2014 года, на референдуме подавляющее большинство жителей Донецкой области высказались за создание суверенного государства. В честь этого события в столице ДНР прошли шествие, митинг, праздничный концерт, в которых участвовали около 40 тысяч человек. Ведущая роль в празднестве принадлежала представителям Коммунистической партии Донецкой народной республики.
Новая власть застряла на пороге

В минувший вторник, 14 мая, перед зданием Верховной Рады в Киеве проходил весьма немногочисленный пикет, участники которого требовали проведения инаугурации новоизбранного президента Украины Владимира Зеленского.

АКЦИЯ выглядела как робкая попытка неких сил сподобить депутатов хоть на какие-то действия.
МФК КПРФ установил «вечный» рекорд

ПОЖАЛУЙ, за всю историю участия нашей команды — МФК КПРФ — в чемпионатах российской Суперлиги по мини-футболу невозможно припомнить столь сенсационного начала борьбы за медали — стадии плей-офф турнира по итогам регулярного чемпионата. Сразу два фаворита — теперь уже экс-чемпион страны «Газпром-Югра» и «Синара» (Екатеринбург) — выбыли из борьбы уже в самом её начале, по итогам четвертьфиналов.

Месть за второе место

14 мая, после майских каникул, Госдума вернулась к работе. Представители четырёх парламентских фракций в строгой очерёдности подходили к микрофону, чтобы выкристаллизовать злобу дня.

У КАЖДОЙ политической партии, безусловно, своё видение того, что сегодня волнует общество. Тема солидарности трудящихся «красной нитью» пронизала выступление представителя КПРФ Александра Ющенко, который, отметив значение Первомая как символа борьбы трудового народа за свои права, за социальную справедливость, подчеркнул, что сегодня происходит тихое возвращение в «лихие 90-е».
«Черносотенцев вызывали?»
Опасные симптомы этого нарыва на «коже» Екатеринбурга проявились сразу, как только стало известно о строительстве в центре уральской столицы «собора во имя Святой Великомученицы Екатерины». Грандиозный храм планируется сдать в 2023 году, к 300-летию города.
Роддом нужно сохранить
В Государственной думе РФ состоялся «круглый стол» на тему «Проблемные аспекты модернизации здравоохранения в Москве (на примере закрытия роддома №10, расположенного в районе Зюзино)». Правительство России ставит задачу удвоить затраты на модернизацию здравоохранения, подчёркивает приоритетность социальной сферы, объявляет «Десятилетие детства», и в это же самое время по всей стране, в том числе и в Москве, повсеместно закрываются больницы, поликлиники, роддома. В частности, только в столице за последние пять лет закрыли уже 10 роддомов (в том числе роддома №72, 67, 14, 16, 18, 10); в ноябре 2018-го их число пополнил роддом №10 в районе Зюзино.
Посол перестарался

Накануне 1 мая был освобождён от должности посол России в Белоруссии Михаил Бабич. Он пробыл на своём посту всего восемь месяцев. Случай в дипломатической практике небывалый.

И ЧТО УДИВИТЕЛЬНО. Пресс-секретарь президента России Дмитрий Песков объявил: в Кремле довольны работой Бабича. Выходит, уволили за то, что хорошо работал? Абсурд. Подобные объяснения обычно пускают в ход, чтобы скрыть истину.

Все статьи номера