Дело Летова живёт и побеждает

23 октября омская панк-рок группа Felice Rivarez начала большой гастрольный тур. Запланировано было 13 городов, а закончить собирались 8 ноября в Петербурге.

Первый концерт в Екатеринбурге музыканты отыграли, как говорится, на ура. Публика осталась довольна выступлением, музыканты — горячим приёмом зала.

24 октября состоялся концерт в Перми. Правда, завершить его не дали. В зал ворвались полицейские, уложили всех лицом в пол.

  Рассказывает вокалист и автор текстов группы Felice Rivarez Кузьма Чесновский:

— Никаких бумаг, никаких обвинений нам не предъявили. Спрашивали фамилию-имя-отчество, про должность в группе, ставили в растяжку, в грубой форме допрашивали, смотрели телефоны, потом заставили петь Гимн России. Свои действия вообще никак не объяснили. Считаю, что это скорее была какая-то запугивающая акция. Спрашивали также про наши политические взгляды. Мы сказали, что мы больше про творчество, но нельзя игнорировать происходящее вокруг, поэтому мы поднимаем социальную тематику.

Ситуация повторилась 25 октября на концерте в Тюмени. Опять «маски-шоу», опять проверка и фотографирование паспортов. Причём, как и в Перми, на пол укладывали не только музыкантов, но и слушателей.

— В Тюмени сели совет держать — все решения в коллективе принимаются коллегиально. Решили, что никуда не поедем до выяснения причин происходящего, — продолжает Кузьма. — Ехать в неизвестность, когда в двух городах подряд укладывают лицом в пол, глупо. Да ладно бы только нас! Слушателей тоже. На наш взгляд, нечестно подвергать людей риску. Они заплатили деньги, чтобы послушать музыку, а их одеждой протрут пол. Не хотелось подставлять под повышенное внимание со стороны «органов» и организаторов концертов. А вскоре мы узнали, что в Уфе администрация города запретила наш концерт: об этом нам написали организаторы мероприятия. Так что до выяснения причин мы не планируем гастролировать. В первую очередь нам необходимо разобраться, как дальше быть, как обезопасить себя от такого внимания со стороны «органов». Сейчас работаем над этим.

Ситуация несколько прояснилась, когда 28 октября в ТГ-канале некоего Виталия Бородина появился пост, больше похожий на донос:

«В это непростое время у нас под носом, в глубоком тылу, поднимает голову самый настоящий леворадикальный экстремизм… Название этой группы взято не откуда-нибудь, а отсылает к имени революционера Феличе Ривареса из романа «Овод» — подрывника государственных устоев… Композиции «Eat the Rich» («Ешь богатых»), «Забастовка», «Вихри враждебные» и «Передел» — это не просто музыка. Это прямая, агрессивная пропаганда классовой борьбы, диктатуры пролетариата… В сегодняшних реалиях это не что иное, как попытка расколоть наше общество изнутри и создать подпольные радикальные ячейки… Силовым органам и контрольным ведомствам нужно присмотреться к этому коллективу и в случае наличия оснований внести треки группы Felice Rivarez (в первую очередь «Eat the Rich» и «Передел») в Федеральный список экстремистских материалов за разжигание социальной розни… Мы не позволим раскачивать Россию под аккомпанемент леворадикальных электрогитар…»

И так далее, и тому подобное.

Кто такой Виталий Бородин? Сам он называет себя главой Федерального проекта по безопасности и борьбе с коррупцией (ФПБК). Как можно узнать из открытых источников, политическая карьера Бородина началась с работы в «Молодёжном антикоррупционном проекте», некогда запущенном партией «Единая Россия». В 2017 году он основал и возглавил Федеральный проект по безопасности и борьбе с коррупцией (ФПБК). В общем, похоже, Бородин — один из тех «специально обученных» околополитических функционеров, которых используют для наиболее грязных дел.

После 2022 года Бородин принялся писать публичные доносы на наиболее популярных либеральных деятелей шоу-бизнеса. Этим и прославился, стал частым гостем на ТВ-экране. Однако в последнее время есть ощущение, что накал «отмены» либеральных релокантов постепенно сходит на нет, кое-кто из них даже начинает потихоньку возвращаться. И вот теперь у Бородина новый «враг».

По сравнению с популярностью предыдущих «объектов разоблачения» Felice Rivarez была гораздо меньше разрекламирована: у ребят нет денег, чтобы оплачивать эфиры на центральных каналах. Молодая, талантливая, но, по сути, любительская группа. В соцсетях они представляются так: «Независимый музыкальный проект из Омска. Пацаны с периферии, которые лупят авторское творчество в разных жанрах и поют о проблемах рядового россиянина». Поэтому публичный донос Бородина больше похож на установку «сверху» — «попугать левых», что очень хорошо укладывается в нарастающую тенденцию «борьбы с коммунизмом».

Правда, пост-донос неожиданно для автора произвёл обратный эффект. Под ним — больше двух тысяч комментариев и во многих… благодарность за рассказ о группе: «Раньше о Felice Rivarez не слышали, теперь будем слушать».

А секретарь МГК КПРФ, депутат Госдумы РФ седьмого созыва Денис Парфёнов написал в своем ТГ-канале:

«Лучшей рекламы и придумать трудно. Спасибо господам-реакционерам за экспрессию и высокопарную апологетику системы. Довести верноподданническую критику левых до абсурдного комизма — это уметь надо».

Так что же за группа такая — Felice Rivarez?

Вот что рассказал нашему корреспонденту Кузьма Чесновский:

— Играем с 2020 года. Начинали с панк-рока. Потом постепенно ушли в пост-панк. В последнее время аранжировки стали тяжелее. С самого начала у нас была цель: создавать контркультуру в противовес популярной культуре, которая выхолащивает все идеи. Изначально образ рок-звезды — это образ нон-конформиста. Этот образ был извращён и превращён в некоего персонажа, который много что себе позволяет: ездит на крутой машине и употребляет всё, что нельзя употреблять. Система умеет всё переваривать, выхолащивается сама суть. Но сцена — это в первую очередь площадка для того, чтобы высказаться. Панк и пост-панк в своё время были музыкой, сломавшей индустрию шоу-бизнеса. Парни на четырёх аккордах могли высказать свои проблемы. Панк появился как альтернатива группам типа «Пинк Флойд», в которых играли дети из обеспеченных семей. Они имели доступ к музыкальному образованию, упражнялись в очень сложных музыкальных партиях. Это всё здорово, но массовой музыкой, в которую получили доступ рабочие ребята, стал панк-рок. У нас в Омске есть замечательное наследие — Егор Летов…

— Которого сейчас официоз тоже приватизирует и выхолащивает…

— Да, и этот образ система активно переваривает. Пытаются выхолостить и образ Летова, который говорил: «Я всегда буду против». Этому принципу, пожалуй, он был верен всю жизнь.

— То есть вы в чём-то — продолжатели «Гражданской обороны»?

— Не только. Влияние на нас оказывали и Егор Летов, и «Секс пистолс», и «Рамоунз», и десятки других групп, которые мы слушали. Поэтому, когда мы начинали, нам хотелось писать нормальный протестный рок. Конечно, в рамках закона, мы всегда двигались в легальном поле, никакой подпольщины, никакой излишней радикальщины. Но всё-таки хотели высказать то, что важно для простого рабочего человека, у которого кредиты, ипотека, социальные проблемы. Об этом почему-то не принято петь. Большинство исполнителей сейчас поёт про себя, про то, какие они замечательные, какой у них успешный образ жизни, какие у них лоснящиеся женщины и дорогие автомобили. На мой взгляд, для культуры это не представляет интереса. Нельзя пытаться выдать свои переживания за что-то уникальное, не присущее никому другому. На самом деле люди все очень похожи. У всех похожие проблемы, и нам хотелось про них спеть. Но спеть с сильной позиции. Был в России такой панк-коллектив, ныне внесённый в список иноагентов и эмигрировавший, — «Порнофильмы»*. В 2020 году, когда мы начинали, они пели: «Нас так просто ломать, мы наивные слабые нытики». А нам хотелось спеть, что мы не слабые нытики, что мы так-то сильные, просто временно не организованные. Спеть про проблемы нашего поколения и вообще нашего современного общества.

— Как появилось название группы?

— Мы перебирали варианты названия. «Овод» — любимая книга моей мамы. Я прочитал её в 19 лет, и она произвела на меня большое впечатление. Феличе Риварес — очень яркий образ. Это борец, но культурный человек, он пишет едкие статьи в газеты о проблемах простого народа. Вариант показался достаточно нетривиальным и незаезженным.

— Сейчас публично много плачут, что, дескать, молодёжь не читает.

— Как сказать. В любом книжном магазине «Овод» есть, значит, книгу покупают.

— Это классика.

— Не только. Мы получили множество откликов от тех наших слушателей, кто благодаря нам прочитал эту книгу. Многим нравится. Мы взяли такое название и тем самым потихоньку популяризируем это произведение.

— То есть у вас читающие и музыканты, и поклонники?

— Да, наша целевая аудитория — это думающая и читающая молодёжь. Я очень рад тому, что нам удаётся её аккумулировать. На концерты приходят люди не пустые, не просто, чтобы башкой потрясти и попить пива. Приходят, чтобы познакомиться друг с другом, и после нашего отъезда могут появляться какие-то новые творческие инициативы. Кроме того, мы стараемся подтягивать малоизвестных исполнителей, наших друзей, единомышленников.

Тут нужно сделать небольшое отступление.

Рефрен одной из песен группы — «читать и делать»:

«И ты, как Че,

читай и делай...

Давай, как Че,

читать и делать...

Как Робеспьер читать

 и делать!

Как Люксембург,

читать и делать.

Как Ким Ир Сен,

читать и делать,

И, как Фидель,

читать и делать!

Как Хо Ши Мин,

читать и делать!

И, как Ильич,

читать и делать, делать,

 делать...»

Эти же слова стоят статусом на ВК-странице у самого Кузьмы.

А в соцсетях уже вовсю издеваются над доносчиками-запретителями. Дело в том, что сюжет романа Этель Лилиан Войнич разворачивается на фоне борьбы разрозненных итальянских земель за освобождение от австрийской оккупации. Феличе Риварес борется не против «государственных устоев», а против иноземного владычества. Католическая церковь в тех событиях занимала, по сути, компрадорскую позицию. Но наши «охранители» в истории, как правило, не разбираются. Как и в литературе. Дай им волю, они запретили бы всю классику — и русскую, и мировую. Пушкина — за «оскорбление чувств верующих». Радищева и Лермонтова — за «антигосударственные высказывания». А уж под «разжигание социальной розни» можно подвести каждого второго классика.

И если уж речь зашла о литературе, то невозможно было не задать вопрос о текстах:

— В песне музыка — это только часть, вторая часть — стихи. Если судить по тому, что опубликовано на странице группы в соцсети «ВКонтакте», у вас достаточно левые взгляды.

Кузьма после недавних событий вынужден отвечать очень аккуратно:

— Да, я являюсь человеком левых взглядов. Парни у нас в основном про музыку, мы можем что-то пообсуждать, но я бы не стал их однозначно идентифицировать как сторонников левых взглядов. За себя могу сказать, что мне симпатичен Советский Союз, сама идея социализма. И классиков я читал — Ленина, Маркса. Во мне это всё откликается. Мне симпатична идея более справедливого устройства мира.

И тут нужно добавить вот что. Во время «акций устрашения», как рассказывают пострадавшие от них участники, у них искали татуировки-свастики. Видимо, в полиции тоже не совсем понимали, в какую аудиторию их отправили. И вообще — какие претензии к этой рок-группе. Полиция не обнаружила ни свастик, ни запрещённых веществ — ни у кого (это — на рок-концерте!).

Особо нужно выделить и момент принудительного хорового пения Государственного гимна. Наверное, для либералов это и может быть некой «воспитательной акцией». Но коммунистически настроенные молодые ребята — это настоящие патриоты. Правда, не такие, какие нужны власти.

— Допускаю, что кому-то не нравится то, что мы поём, — говорит Кузьма Чесновский. — Нарушений закона в нашем творчестве нет. Но кому-то, вполне вероятно, может почудиться угроза. Бородин написал, что мы — угроза для России. Но какой России? Той, в которой живёт Бородин, где есть господа и «все остальные», где происходит много несправедливости? Для меня Россия это в первую очередь её народ. Трудовой народ. Люди, которые своими руками прокладывают здесь электричество, газ, строят дома, создают все материальные блага. И если мы поём про их проблемы, то мне кажется, что это мы ближе к народу и к России. Но вполне вероятно, что кому-нибудь это не нравится, и он написал какие-нибудь доносы. Но полицейские нам ничего не объяснили, просто сорвали гастроли. Видимо, это им и нужно было.

— То есть пока вы концертов не даёте?

— Да. Но мы не намерены останавливать нашу деятельность. Пока не дают выступать, будем писать песни, будем работать в Сети, снимать ролики, стримить. Найдём пути для реализации творческой энергии. И ещё хочется выразить огромнейшую благодарность нашим подписчикам. Вчера мы закрыли сбор средств на покрытие долгов. Нам помогли компенсировать убытки от сорванного тура. Я перед туром залезал в кредит: оплачивали билеты, вносили предоплату в клубы, брали деньги под сувенирную продукцию — её реализация обычно помогает окупать тур. Но нас не оставили с долгами, очень выручили. Мы действительно увидели солидарность. Поддерживают нас люди из разных городов. Это очень приятно.

Стоит добавить, что и до несостоявшегося «большого осеннего тура» группа Felice Rivarez была популярна в интернете, по крайней мере, для провинциального коллектива. На стриминговых площадках, где ребята размещают свои записи, у каждой — по 200 с лишним тысяч прослушиваний в месяц. Благодаря поднятой после событий в Перми и Тюмени шумихе эти цифры начали резко расти.

«Душу обросшую

дочиста брея

Четырёхстопным

русским хореем,

Громче колотит

за рёбрами слева,

Мы наполняемся

гроздьями гнева.

Свежим побегом

из трещин асфальта

Вольная песня

последнего скальда.

Жилятся руки

с разбитыми кистями

Я осыпаюсь

нотными листьями».

Из песни группы

Felice Rivarez

«Пассионарность».

Фото Марии САВИНСКОЙ.

* Лидер рок-группы Владимир Котляров признан иноагентом.