И один в поле фельдшер
В интернет попало видео, вызвавшее настоящую бурю возмущения. Неизвестный оператор-любитель в Оренбурге снял из окна, как женщина-фельдшер буквально волочит за шиворот пациента к машине «скорой помощи» прямо по асфальту, рядом стоит мужчина, по-видимому шофёр, и безучастно на всё это взирает. Трагичность ситуации умножилась многократно сообщением о том, что больной впоследствии скончался в больнице. Тысячи гневных комментариев обрушились на «врачей-убийц» с требованием показательно покарать, с пожеланиями гореть в аду и самим оказаться на месте несчастного.
ПРЕЖДЕ чем давать простор эмоциям, предлагаю разобраться в случившемся. И совсем не затем, чтобы защитить фельдшера или отвлечь внимание от глобальных проблем на мелкое происшествие. Речь реально идёт о том, жить нам и нашим близким или не жить, спасут нас или бросят умирать, как последнюю подзаборную собаку.
Для начала рассмотрим поведение водителя. Как впоследствии оказалось, им был 67-летний пенсионер, который только вышел на работу после операции. Кроме того, даже будучи здоровым, в его прямые обязанности входило бы переносить больных, если бы ему платили «санитарские». Но «оптимизация» здравоохранения повсеместно ликвидировала подобные надбавки, оставляя помощь в переноске на усмотрение шофёра — проявлять ему сердобольность или нет. Так кто виноват в том, что на такую собачью работу за такие смешные деньги не идёт никто, кроме пенсионеров?
Но самый главный вопрос: кто виноват в том, что фельдшер в одиночестве должна нести больного? Это результат всё той же пресловутой «оптимизации», по которой экипаж «скорых» сокращён до двух человек, из них один — шофёр. На практике в случае необходимости вас спасать будет один фельдшер. Скорее всего, это будет усталая, больная пожилая женщина. Но может приехать и молодая, хрупкая от недоедания, возможно, даже беременная недавняя выпускница медучилища. Она не только должна будет делать вам одной рукой искусственное дыхание, другой — ставить капельницу, третьей — делать инъекцию, а четвёртой — снимать кардиограмму, но и обязана перенести вас хоть с сотого этажа до машины «скорой помощи». В приказе минздрава №100 говорится лукаво: фельдшер должен «обеспечить переноску». То есть пока пациент умирает, фельдшер должен каким-то образом быстро мобилизовать кого-нибудь крепкого телосложения из родственников и соседей, которые, во-первых, находятся в данный момент дома и, во-вторых, согласятся нести носилки. А если таких не найдётся?
Нам говорят, что все преобразования в здравоохранении производятся с оглядкой на организацию медпомощи в развитых странах. Очередное наглое враньё. В Германии, например, высококвалифицированные специалисты-медики обязаны оказывать экстренную медицинскую помощь, а транспортировкой занимаются совсем другие люди. Поэтому на вызов приезжают двое крепких ребят-спасателей (они же пожарные) с таким же крепким и молодым водителем, а врач прибывает на другой машине со всеми необходимыми медикаментами и оборудованием и занимается исключительно спасением человека. Понятно, что с транспортировкой больного там нет никаких проблем.
Итак, что мы имеем на возмутительном видео из Оренбурга? Женщину-героиню, которая, заменяя собой четырёх здоровенных парней, срывая спину и надрываясь, в одиночку спасает жизнь пациента, вес которого явно превышает её собственный. Прямо как на войне. Но сейчас ведь не 1941 год, а улицы большого современного города — не поле боя. Отдельно замечу, что трудовое законодательство РФ вообще запрещает женщинам поднимать груз весом более 10 килограммов! Или фельдшеры-женщины у нас считаются не гражданами России и не женщинами? Да и как в представлении «оптимизаторов» здравоохранения один человек способен нести носилки?
Отдельного упоминания, конечно, достоин и безызвестный оператор, который, вместо того чтобы ринуться помочь, дотошно снимал весь этот кошмар и затем с возмущением разместил видео на просторах интернета. Но оставим это на его совести…
И вот вместо памятника при жизни героическая фельдшер получает потоки оскорблений, а также осуждение собранных на срочное совещание коллег и выговор в трудовую книжку. Пристыженный пенсионер-водитель увольняется. Главный врач станции «Скорой помощи» Оренбурга Сергей Бедных со словами о том, что не имеет морального права занимать эту должность, покидает свой пост по собственному желанию. При этом все истинные виновники происходящего — «оптимизаторы» здравоохранения, протирающие штаны в министерствах и ведомствах, остаются в своих комфортных кабинетах продолжать начатое. Вот кто работает действительно «эффективно»: сокращение идёт ударными темпами во всей стране. Не только в Оренбурге нет ни одного полностью укомплектованного экипажа «скорой помощи», но, по словам московских «скоропомощников», даже в столичном миллионном районе в ночь дежурят лишь два экипажа с одним фельдшером. Так что жители, сами того не сознавая, ежедневно играют с судьбой в смертельную рулетку: приедут — не приедут, спасут — не спасут, вынесут — не вынесут, довезут — не довезут…
Чиновники ловко манипулируют общественным мнением, перекладывая с себя ответственность на рядовых врачей. Вот два мнения с противоположных сторон «баррикады», куда искусственно поставлены медики и их пациенты.
— Фельдшер и водитель «скорой» не хотели нести умирающего мужа сами. Муж дворничихи помогал, и они взялись, и я. Так и несли. Жутко, — рассказывает попавшая в кошмарную ситуацию женщина.
— Ни водитель, ни бригада не обязаны выносить больного. Их функция — лечить. Аппаратура «скорой» весит 19 кг. Жёлтый чемодан (укладка линейной бригады) — 8 кг. Это по этажам, без лифта, сутками, — доносится с другой стороны.
Думаете, какие проблемы на фоне всего этого волнуют руководство «Скорой помощи» и вообще здравоохранения? Ни за что не догадаетесь!
Например, профсоюз медработников «Действие» сообщает, что уже второй год администрация станции «Скорой помощи» Уфы заставляет сотрудников выездных бригад облачаться в неудобную обувь из кожзама, предназначенную для грузчиков, в которой летом невыносимо жарко, а зимой скользко. Мало того, теперь устраиваются настоящие облавы на тех, кто не носит неудобные ботинки во время дежурств. Линейно-контрольная служба подкарауливает медиков в стационаре или на вызове и, не обнаружив на их ногах казённых башмаков, составляет акты. Затем «провинившегося» вызывают на врачебную комиссию (причём нередко в выходной день работника) и, как правило, выносят дисциплинарное взыскание, лишающее человека существенной части зарплаты в виде стимулирующих надбавок.
А вы думали, организаторы здравоохранения беспокоятся о нашей с вами жизни?
Неудивительно, что медики и без всякой оптимизации, не выдержав унижений, нищеты, оскорблений и даже побоев, массово увольняются. Министерство здравоохранения умалчивает о том, что их ведомство вступило в период настоящей кадровой катастрофы. Впрочем, создаётся впечатление, что именно в этом и заключается истинная задача «оптимизации».
Те, кто бросает оставшимся врачам в лицо «вы знали, куда шли» и «не нравится — уходите», должны также понимать меру своей ответственности. Врачи уходят! Кто уезжает в другие страны, кто идёт в другие профессии, кто-то — на пенсию, кто-то — на тот свет… Скоро совсем некому будет приезжать бесплатно нас спасать. Может быть, секрет именно в слове «бесплатно»? Нас таким жёстким и жестоким образом просто готовят к необходимости платной медицинской помощи?
А пока суть да дело, Владимир Путин поручил правительству повысить доступность… нет, не медицинской помощи, а ритуальных услуг. Этим много сказано.
Другие статьи номера
В Новочеркасске начался судебный процесс над чиновниками, причастными к махинациям с жильём для детей-сирот
В сети правоохранителей попались директор департамента строительства Геннадий Зацепилов и главный архитектор города Василий Кузьменко. Высокопоставленным чиновникам мэрии инкриминируется статья «Превышение должностных полномочий» за разрешение на реконструкцию и введение в эксплуатацию дома, не пригодного для проживания. Фигуранты уголовного дела отстранены от своих должностей.
В конце прошлого месяца в результате аварии на Асуанском цементном заводе, принадлежащем частной компании «Медком», от полученных травм погибли трое работников, тяжело ранены два человека.
КАК СТАЛО известно, рабочие завода после случившейся трагедии начали забастовку и выдвинули требование о проведении расследования относительно недостаточных мер безопасности на заводе и большой степени изношенности оборудования. Это в совокупности привело к тому, что компоненты производственных материалов, нагретых до температуры 1200 градусов по Цельсию, пролились в рабочую зону и нанесли людям смертельные ожоги.