Планета протестует

Аксиома мира больших денег гласит: владельцам заводов, газет, пароходов абсолютно безразлично, на какой продукции — мирной или военной — сколачивать капитал, ведь значение имеет лишь количество нулей в итоговой прибыли. А вот для тех, кто непосредственно стоит у станка или конвейера, очень важно, будет ли выпускаемый ими ассортимент сеять смерть или способствовать улучшению жизни людей. Яркое подтверждение сего факта — последние события на знаменитом французском автоконцерне «Рено», чьи сотрудники отказались «перепрофилироваться»: производить оружие на линиях, с которых ранее сходили гражданские автомобили. 

Бойкот коллектива — отнюдь не сиюминутный каприз: рабочие, нанимавшиеся собирать машины, а не военные беспилотники, подчеркнули, что не желают повторять трагических ошибок прошлого. «Мы однозначно не хотим вновь пережить 1910-е — 1930-е годы и, главное, их последствия», — рассказал в эфире телеканала Эль-Си-Ай представитель Всеобщей конфедерации труда (ВКТ) в компании Флоран Гримальди. И слова профактивиста — не абстрактная пацифистская декларация, а вполне конкретная отсылка к историческому опыту: именно в указанные десятилетия французская промышленность шагнула в пропасть милитаризации, закончившейся катастрофой для всей Европы. В профобъединении напомнили, как во время Первой мировой войны предприятия автогиганта массово переориентировались на создание армейской техники — в частности, производили танки «Рено-ФТ». Теперь же компания готова превратиться в полигон для изготовления боевых дронов.

Однако руководство флагмана национального автопрома мало волнует позиция заводчан, которым фактически поставили ультиматум: ступить на военные рельсы или оказаться на улице. Комментируя разгорающийся конфликт между работодателем и персоналом, Гримальди категорически опроверг утверждение гендиректора «Рено» Франсуа Прово о поддержке новой политики компании «всеми сотрудниками». Как отметил Гримальди, ВКТ выступает против вопиющего дисбаланса приоритетов властей Пятой республики, постоянно наращивающих расходы на оборонную отрасль в ущерб здравоохранению и другим социальным сферам, испытывающим хроническое недофинансирование. По оценке профцентра, от потенциального участия Франции в вооружённой конфронтации выиграют лишь крупные корпорации и их акционеры — но не рядовые граждане.

В январе автомобилестроительная корпорация договорилась с французской оборонной компанией «Туржи Гайар» о производстве БПЛА для нужд Украины, намереваясь ежемесячно выпускать на заводе в Ле-Мане около 600 беспилотников, способных нести до 500 кг взрывчатки. Концерн рассчитывает заработать на этой программе 1 млрд евро за десять лет и рассматривает ещё восемь проектов в секторе ВПК. Критикуя амбициозные замыслы автогиганта, Гримальди констатировал: реальная цель ускоренного создания передовых видов оружия — «не сдерживание вероятного противника, а наращивание сил уничтожения».

Примечательно: сам «Рено», судя по всему, не горит желанием сменить имидж, представ в облике чисто оборонного предприятия. Так, в июне появились сведения о стремлении корпорации ограничить доходы от изготовления дронов и других военных проектов уровнем 5% от общей выручки. Правда, авторитетная фирма, ратующая за сохранение репутации традиционного производителя гражданских автомобилей, уже втянута в военно-техническое сотрудничество, что подтверждают внешние санкции: в октябре 2025 года Россия ввела ограничения против «Рено» из-за его планов разрабатывать БПЛА и другое вооружение для киевского режима. С лидером французского автопрома запрещено совершать сделки и исполнять обязательства по уже заключённым контрактам.

Таким образом, сегодня «Рено» оказался меж двух огней, столкнувшись с внутренним сопротивлением трудового коллектива, не желающего бросаться в милитаристскую пучину, и внешними рестрикциями, лишившими его доступа на российский рынок — некогда один из ключевых. Но если вопрос о возврате в РФ пока явно не значится в повестке детища братьев Луи, Марселя и Фернана Рено, то разбираться с восставшим персоналом придётся прямо сейчас. Тем более ВКТ ясно дала понять: социальный мир на заводах важнее оборонных сверхприбылей — и это ставит руководство перед выбором, простирающимся далеко за пределы корпоративной стратегии.

Параллельно с отказавшимися переходить на военную колею автомобилестроителями, на родине Монтеня и Шатобриана бунтуют огнеборцы, проводящие с 8 сентября по 20 октября общенациональную забастовку. На фоне беспрецедентных лесных пожаров, охвативших страну минувшим летом и уничтоживших порядка 120 тысяч гектаров территорий, участники шестинедельной стачки выступают против кадрового дефицита, недооценки тяжести своей профессии, сопряжённой с огромным риском, и действующей модели финансирования пожарных служб.

Согласно статистике, количество вызовов спасателей ежегодно увеличивается на 8% , однако из-за нехватки персонала вынужденная переброска расчётов с одних объектов на другие оборачивается задержками в оказании экстренной помощи. При этом около 80% состава команд укротителей огня — волонтёры, чья доступность в дневное время ограничена. Помимо увеличения денежных вливаний в сферу пожарной безопасности, протестующие добиваются признания профзаболеваний, связанных с токсичным воздействием продуктов горения, а также возмущаются недостаточной защитной экипировкой, имея в распоряжении только недорогие капюшоны, слабо фильтрующие ядовитые вещества.

Как отмечают местные СМИ, 43-дневный демарш спасателей, естественно, не поставил на паузу тушение возгораний: власти вправе вызывать часть сотрудников на службу в принудительном порядке ради обеспечения бесперебойного реагирования на буйство огненной стихии. Посему отраслевые профсоюзы выражают протест путём размещения определённой символики на форме работников и, как, например, в Тулузе, установки красочных плакатов на пожарных машинах.

Напомним, огнеборцы страны пережили один из сложнейших за последние годы летних сезонов. Ущерб от рекордных природных пожаров, бушевавших в условиях аномальной жары (23 июня в коммуне Писос, расположенной в регионе Новая Аквитания, была зафиксирована температура 44,3 °C — абсолютный максимум за всю историю метеонаблюдений), достиг 15 млрд евро.

Регулярная забастовочная активность наблюдается и у северо-восточного соседа Франции — Бельгии, где пятидневную стачку устроили сотрудники тюрем, как и пожарные Пятой республики, недовольные в первую очередь существенной недоукомплектованностью штата, проблемами с безопасностью, а также переполненностью острогов, в которых сверх нормы содержатся 2474 человека и тысячи заключённых спят на матрасах прямо на полу. Акция охватила тюрьмы по всему королевству: по данным Всеобщего союза общественных служб, к ней примкнуло около 80% занятых в пенитенциарной системе страны. Особенно активно роптали охранники в тюрьмах Лёвен-Сентраль в Лёвене, столице провинции Фламандский Брабант, и Сен-Жиль в Брюсселе.

Ключевая претензия забастовщиков — чрезмерная нагрузка, увеличившаяся вследствие перенаселённости пенитенциарных заведений, заметного роста насилия и острой нехватки персонала. Кроме того, протестовавшие жаловались на проблемы с инфраструктурой: многие тюремные здания и коммунальные системы нуждаются в модернизации. 

Инициировавшие стачку профсоюзы призвали кабинет премьера Барта де Вевера незамедлительно снизить численность арестантов в исправительных учреждениях, ликвидировать кадровый дефицит, в кратчайшие сроки предоставить охранникам возможность отгулять накопившиеся отпуска, заняться капитальным ремонтом острогов и усилить меры защиты надзирателей. 

Поскольку акция длилась больше двух дней, тюремное руководство получило право привлекать сотрудников к работе в обязательном порядке, чтобы поддерживать базовый уровень обслуживания заключённых: обеспечение безопасности, раздачу еды и медицинскую помощь. В некоторых заведениях для этого мобилизовали около 70 человек, а в одно даже направили подкрепление из офицеров полиции.

Кстати, в день завершения стачки гражданский суд в Генте, столице провинции Восточная Фландрия, вынес решение, обязывающее государство снизить уровень переполненности городской тюрьмы до 110% от её фактической вместимости. На исполнение предписания дано шесть месяцев, причём в случае дальнейших нарушений властям грозят штрафы. 

Ну а трудовые альянсы сразу по окончании забастовки предупредили: при отсутствии должной реакции правительства протесты получат новое развитие.

Из Западной Европы отправимся на Ближний Восток и сделаем остановку в Сирии, где вспыхнули крупнейшие —  со времён свержения лидера страны Башара Асада — антивластные выступления. Поводом для взрыва негодования явилось резкое подорожание топлива: 12 сентября правительство временного президента Сирии Ахмеда аш-Шараа подняло цены на дизель на 40% — до 175 сирийских фунтов (1,32 доллара) за литр, на бытовой и промышленный газ — примерно на 9%, а на бензин АИ-95 и АИ-90 — на 28% и 26% соответственно.

Бурные протесты, сопровождавшиеся поджогом автомобильных покрышек и перекрытием ключевых дорог, в том числе международной трассы Дамаск — Алеппо, прокатились по целому ряду городов арабской республики, включая Идлиб, Хасаке, Ракку, Дейр-эз-Зор, Мари, Эль-Баб, Мааррет-эн-Нууман. В отдельных районах разъярённые граждане также блокировали автоцистерны с нефтью, направлявшиеся к НПЗ в Центральной Сирии, и требовали отставки министров энергетики и экономики вкупе с главой Сирийской нефтяной компании.

Снизить градус напряжённости попытался представитель минэнерго Абдулхамид Салат, назвавший подорожание горючего временной мерой, связанной с увеличением стоимости закупок на мировом рынке и высокой уязвимостью страны к импорту. Ситуацию также осложнила трёхмесячная остановка важнейшего НПЗ в Баниясе на техническое обслуживание. Впрочем, душеспасительные увещевания в стиле «подождать до лучших времён» не притушили волнений.

Как отмечают аналитики, Сирия в значительной степени зависит от российского «чёрного золота»: в этом году суточные поставки достигли почти 60 тысяч баррелей, но оказались под угрозой на фоне сокращения производства нефтепродуктов в РФ. В итоге с февраля бензин АИ-95 в арабской республике подскочил в цене примерно на 86%, а дизель — более чем вдвое.

В завершение обзора последних мировых протестных веяний заглянем на Чёрный континент, точнее в Кейптаун — второй по величине город ЮАР, в котором состоялась массовая демонстрация против строительства вольера для бабуинов. Дело в том, что обитающие здесь стаи павианов-гамадрилов, особенно в районе Саймонс-Таун на полуострове Кейп, уже давно находятся в центре конфликта людей с дикой природой. По мере того как городская застройка вторгается в естественную среду обитания крупных приматов, они всё чаще наведываются в жилые кварталы в поисках пищи, а это оборачивается порчей имущества, угрозой безопасности, а порой и стычками с местными жителями.

В итоге власти республики совместно с государственной Организацией по управлению национальными парками и охраняемыми территориями, Советом по охране природы Западного Кейпа и городской администрацией разработали программу управления популяцией представителей семейства мартышковых. Среди запланированных мер — отлов двух диких стай, Уотерфолл и Сифорт, промышляющих в Саймонс-Тауне, и переселение их в специально построенный заповедник. При этом здоровых самцов собираются подвергнуть вазэктомии, дабы контролировать процесс размножения бабуинов. 

Активисты, зоозащитники и часть населения выступили против инициативы, подразумевающей постоянное содержание животных в неволе. Как отметили все неравнодушные к судьбе жёлтых павианов, даже если резерват будет соответствовать международным стандартам, сама идея сузить обширную территорию, естественным образом используемую приматами в дикой природе, таит риски. На свободе гастролирующие «труппы» обезьян перемещаются на километры, а в замкнутом пространстве лишатся возможности поддерживать социальную стабильность, что чревато стрессами, конфликтами и травмами — особенно среди взрослых самцов. 

Возмущение вызвала и идея обустроить в одном вольере две разные стаи. В дикой природе соперничающие группы избегают друг друга, держась на расстоянии, тогда как принудительное сближение резко повысит риск агрессии. Дополнительно ситуацию усугубит жаркий и сухой климат Кейптауна, поскольку в тесноте всегда обостряется борьба за тень, воду и еду. 

Участники протеста, развернувшие плакаты «Защитим наших дальних предков», «Полсмур для приматов?» (отсылка к названию тюрьмы строгого режима в пригороде Кейптауна, где 6 из 27 лет заключения провёл легендарный борец с апартеидом, впоследствии президент ЮАР Нельсон Мандела), «Оставьте бабуинов в родной стихии»,  также указали на нежелание властей искать альтернативные способы сосуществования людей и павианов-гамадрилов. Активисты предложили установить мусорные баки, недоступные для обезьян, возвести стратегические ограждения, уведомить жителей о вреде подкормки приматов.

По мнению манифестантов, проблема коренится не только в выходящем из-под контроля поведении животных, но и в безответственных действиях человека, а значит, поиск путей выхода из нынешнего кризиса надо начинать с ужесточения санитарно-гигиенических требований к местным жителям, постоянно оставляющим в открытом доступе пищевые отходы.

Нынешняя акция — часть длительной и обширной кампании в защиту бабуинов, сопровождающейся организацией митингов и запуском петиций с призывом отказаться от планов по созданию заповедника и стерилизации гамадрилов.

Власти же, отстаивая собственный подход, подчёркивают: переселение в неволю — крайняя мера, к которой прибегают в случае неэффективности иных методов, а потому цель — найти баланс между безопасностью людей и благополучием животных — оправдывает средства, ведь на данном этапе контролируемое содержание — единственный вариант соблюсти как интересы венцов природы, так и права жёлтых павианов.

Фотобанк ТАСС.