Битва за Арктику
Один из малоизвестных широкому читателю героических эпизодов Великой Отечественной войны — совокупность войсковых операций (оборонительных и наступательных) под общим названием «Битва за Арктику». Особенно ожесточённые схватки с врагом в Заполярье происходили в первые недели и месяцы войны.
С первого дня войны и вплоть до октября 1944 года в Заполярье шли ожесточённые бои, имевшие огромное стратегическое значение. Это был удалённый и, пожалуй, самый суровый театр военных действий Великой Отечественной войны, где Красная Армия доблестью и отвагой своих бойцов, мудростью полководцев доказало право на суверенитет СССР над побережьем Арктики.
Несколько слов скажем о присоединении части Карелии к СССР, что стало результатом Советско-финляндской войны 1939—1940 годов. Стратегическая ценность этой территории для безопасности Советского Союза очевидна, ещё до войны Советское руководство предложило Финляндии уступить пограничные территории, в частности Карельский перешеек. Опасения были связаны с тем, что Ленинград находился слишком близко к границе и в случае конфликта данный участок мог стать удобным плацдармом для нападения. Взамен СССР готов был передать Финляндии территории в Восточной Карелии — причём вдвое большей площади: 5529 кв. км советской земли в обмен примерно на 2761 кв. км финской.
31 октября 1939 года Председатель Совнаркома и нарком иностранных дел СССР В.М. Молотов, выступая на Внеочередной пятой сессии Верховного Совета СССР, предложил отодвинуть на север от Ленинграда на несколько десятков километров советско-финскую границу на Карельском перешейке. Однако Финляндия отклонила советские инициативы, и передвигать границы пришлось силой оружия.
Победа в Советско‑финляндской войне (30.11.1939 — 13.03.1940) далась ценой тяжёлых, кровопролитных боёв, были также и серьёзные просчёты в стратегии и тактике ведения войны. В самом её начале Красная Армия столкнулась с жёсткой обороной на Карельском перешейке — системой укреплений, позже названной линией Маннергейма. Первые попытки прорвать её обернулись большими потерями: сказались недооценка противника, сложности ведения боя в суровую зиму (морозы до -40... -45оC, глубокий снег), нехватка опыта у части резервистов, а также тактические ошибки. Маршал К.А. Мерецков, командовавший 7‑й армией, позже признавал, что разведка доложила об отсутствии у финнов мощных укреплений, — это оказалось ошибкой. Были и тяжёлые эпизоды: окружение некоторых дивизий, например 168‑й и 18‑й стрелковых.
В конце декабря 1939 года советское командование приостановило наступление, провело перегруппировку, подтянуло резервы, создало Северо‑Западный фронт (командующий — маршал С.К. Тимошенко). К началу 1940 года концентрация советских войск стала подавляющей: у СССР было значительное превосходство в живой силе, артиллерии, танках и авиации. 11 февраля возобновилось масштабное наступление: после мощной артподготовки войска прорвали две полосы обороны, к 28 февраля вышли к третьей. Развивая успех, части Красной Армии взяли в кольцо выборгскую группировку противника, овладели большей частью Выборга, форсировали Выборгский залив и перерезали шоссе на Хельсинки.
Прорыв линии Маннергейма и разгром основной группировки финских войск вынудили Финляндию пойти на переговоры. 12 марта 1940 года в Москве был подписан мирный договор, боевые действия прекратились 13 марта. В соответствии с Московским мирным договором Финляндия уступила СССР около десятой части своей территории, к СССР отошли: северная часть Карельского перешейка с Выборгом и Сортавалой, ряд островов в Финском заливе, часть территории с Куолаярви, а также фрагменты полуостровов Рыбачий и Средний. Ладожское озеро полностью оказалось в границах Советского Союза, что кардинально меняло ситуацию с безопасностью северо-западных рубежей. СССР также получил в долгосрочную аренду военно-морскую базу на полуострове Ханко, что имело значение для контроля восточной части Балтийского моря. По условиям договора Финляндия также обязалась не участвовать во враждебных СССР коалициях.
Сдвинув границу на Карельском перешейке, СССР создал более глубокий и сложный для быстрого прорыва рубеж защиты второго по величине города страны — Ленинграда. Был усилен также контроль над важнейшими коммуникациями: присоединённые территории позволили надёжнее прикрывать Кировскую железную дорогу — ключевую артерию, связывавшую Север с центром страны. Через незамерзающий порт Мурманск по этой линии в годы Великой Отечественной войны шёл значительный объём поставок по ленд-лизу. Удержание данного направления стало одной из важнейших задач Карельского фронта.
Полученный контроль над частью полуостровов Рыбачий и Средний укрепил позиции СССР в Заполярье, что было критически важно для безопасного базирования и осуществления операций Северного флота. Новые земли были богаты природными ресурсами, которые можно было задействовать для развития промышленности, — лесом, минералами, что нарастило экономический потенциал страны. Присоединение части Карелии стало для СССР серьёзным геополитическим и военным шагом, который укрепил оборонительный потенциал державы на северо-западном направлении и имел долгосрочные позитивные последствия для социально-экономического развития всего Северо-Западного региона страны, и шире — всей Советской Арктики.
Территориальные приобретения в Карелии сыграли важнейшую роль в ходе Великой Отечественной войны. Уже в июне 1941 года именно на этом направлении развернулись тяжёлые бои. 23 августа 1941 года директивой Ставки ВГК был образован Карельский фронт. Его войска вели упорные оборонительные сражения, не позволив противнику замкнуть второе кольцо блокады Ленинграда и сохранить контроль над жизненно важными коммуникациями.
Германское военное командование хорошо осознавало геополитическую ценность региона. В своих официальных документах нацистские штабисты отмечали, что контроль над Карелией давал возможность: создать единый фронт с финскими войсками; усилить блокаду Ленинграда с севера; получить доступ к важным природным ресурсам.
Не отказывались от мечтаний о реванше и финские милитаристы. Так, подполковник финской армии Вяйно Котилайнен, глава военного управления Восточной Карелии, 15 июля 1941 года в своём обращении к «гражданам оккупированных территорий» Карело-Финской ССР заявил: «Территория должна быть очищена от неродственного населения и подготовлена для заселения финнами».
Данное нацистское по сути высказывание отражало официальную позицию финских властей, проводивших политику, имевшую фашистские черты: коренными жителями Карелии считались только карелы и другие финно-угорские народы. Русских же и представителей других этнических групп, проживавших на этой территории, власти рассматривали как «мигрантов», которых планировалось выселить. Такая политика реализовывалась и на практике: население разделили на категории, «неродственных» изолировали в 14 концентрационных лагерях. Когда в 1941—1944 годах финские войска оккупировали две трети территории Советской (Восточной) Карелии, шесть из них находились в Петрозаводске. Кроме того, таких гражданских лиц размещали в 42 лагерях для военнопленных, а также в девяти тюрьмах.
Активнейшее участие Финляндии в войне против СССР на стороне Германии объяснялось надеждой на территориальные приобретения. Финское руководство рассчитывало не только вернуть потерянные земли, но и захватить Советскую Карелию и Кольский полуостров. Так, 25 июня 1941 года в ходе встречи финского посла в Германии Тойво Кивимяки с ближайшим соратником Гитлера Германом Герингом последний предложил Финляндии «самостоятельно определить желаемую границу» — после расчленения СССР.
Разработка планов захвата немцами Cоветского Заполярья началась в декабре 1940 года. После того как Гитлер подписал директиву № 21 — план «Барбаросса», — штаб армии «Норвегия» под руководством генерал‑полковника Николауса фон Фалькенхорста приступил к проработке замысла действий против СССР на северном направлении с целью изолировать и взять под контроль Мурманск — важный советский северный порт. 13 февраля 1941 года на совещании у Гитлера план был принят без детальной проработки под названием Unternehmen Silberfuchs («Серебристая лиса»). В рамках этого плана выделялось южное направление удара — операция Unternehmen Polarfuchs («Полярная лиса»): окружение и уничтожение советских войск в Заполярье.
14 марта 1941 года на совещании с упомянутым фон Фалькенхорстом и адмиралом Германом Бёмом, командовавшим Kriegsmarine in Norwegen (военно‑морским флотом Германии в Норвегии) Гитлер утвердил стратегию: ударом по Кировской железной дороге изолировать Мурманск от снабжения с «большой земли», после чего захватить город и его порты. Он также заметил, что не менее важно захватить в районе посёлка Печенга Мурманской области рудники комбината «Печенганикель» — чтобы поставить добычу никеля под контроль Германии и использовать её для военной промышленности рейха.
Уже в апреле 1941 года штаб германской армии «Норвегия» полностью завершил разработку плана операции Silberfuchs и его составной части Polarfuchs. Непосредственное руководство «Полярной лисой» возлагалось на генерала от кавалерии Ханса Фейге, командовавшего 36‑м горным армейским корпусом. В наступлении нацистов также должны были участвовать 169‑я пехотная дивизия, горнострелковая дивизия СС «Норд» (командир — член нацистской партии НСДАП с 1922 года бригадефюрер СС К.-М. Демельхубер) и финские части под началом генерала Ялмара Сииласвуо (имевшего прозвище «Кровавый Ялмар»).
Весной и в начале лета 1941 года в Cоветском Заполярье и на Карельском перешейке обстановка становилась всё напряжённее. Массовые нарушения границы происходили именно в данном секторе — в зоне ответственности Северного флота (командующий контр‑адмирал Арсений Григорьевич Головко) и 14‑й армии (командующий генерал‑лейтенант Валериан Александрович Фролов). Немецкие и финские самолёты регулярно появлялись у советской границы в районе Мурманска, Кольского залива, на подступах к Кандалакше и вдоль побережья Баренцева моря.
Советская разведка фиксировала и непосредственную подготовку к наступлению на кандалакшском направлении: у границы СССР с Финляндией накапливались немецкие и финские войска, подвозили артиллерию и боеприпасы, оборудовали позиции, наращивали гарнизоны, подтягивали части ближе к рубежу и проводили манёвры подразделений. 17 июня командующий Северным флотом контр‑адмирал Арсений Головко объявил оперативную готовность и отдал приказ сбивать самолёты, нарушающие воздушную границу.
21 июня финский флот начал операцию «Регата»: высадил десант на Аландские острова, которые по международным договорам имели демилитаризованный статус. Там был арестован 31 сотрудник советского консульства. Аландские острова контролируют вход в Ботнический залив и важные проходы в Балтийском море; их занятие противником позволяло перекрывать или серьёзно осложнять выход советского флота. Действия финнов фактически означали объявление войны, хотя официально Финляндия сделала это лишь 26 июня.
Одновременно (21 июня) немецкие минные заградители начали ставить мины и буи поперёк Финского залива: 400 мин и 700 буёв со стороны полуострова Порккала, 590 мин и 700 буёв — со стороны острова Корппо. Цель — перекрыть основные фарватеры и запереть в заливе Балтийский флот СССР. К тому времени часть немецких кораблей уже базировалась в финских портах. В ночь с 21 на 22 июня к минированию подключились финские подводные лодки.
Основной ударной силой в первые дни войны выступала немецкая авиация. Части 5‑го воздушного флота 22 июня осуществили бомбардировку Мурманска, Полярного, погранзастав и воинских частей. Звено германской 76‑й тяжёлой истребительной эскадры сбивало советские самолёты прямо на взлёте. Финские ВВС действовали в связке с немцами, нанося удары главным образом по приграничным объектам и поддерживая продвижение своих наземных частей.
Переломным моментом стало 25 июня, когда советская авиация — силы ВВС Северного фронта, Балтийского и Северного флотов — нанесла массированный удар по финским аэродромам и узлам снабжения в городах Миккели, Йоройнен и Лапеенранта. В операции участвовали части сразу нескольких соединений: 1‑й, 2‑й, 5‑й, 41‑й и 55‑й авиадивизий, 4‑й смешанной авиадивизии Северо‑Западного фронта, 8‑й и 10‑й авиабригад Балтфлота, а также 72‑й смешанный авиаполк ВВС Северного флота. В тот день на земле удалось уничтожить до 30 самолётов противника и ещё 11 были сбиты в воздушных боях. Именно эти налёты наших ВВС стали формальным поводом для того, чтобы Финляндия объявила войну СССР.
29 июня немецко‑финские войска перешли к масштабному наземному наступлению. Авиация противника продолжала наносить удары: так, 29 июня на аэродроме Ваенга немцы сожгли шесть советских самолётов и повредили ещё восемнадцать. В боевых действиях на море участвовали германские силы «кригсмарине»: эсминцы, торпедные катера и подводные лодки, стремившиеся сковать действия Северного флота и нарушить морские коммуникации.
С советской стороны оборону на суше держала 14‑я армия под командованием генерал‑лейтенанта Валериана Фролова, а с моря её прикрывал Северный флот под руководством контр‑адмирала Арсения Головко. Корабли флота активно поддерживали приморский фланг армии Фролова: например, 29 июня эсминец «Куйбышев» вёл продолжительный огонь по наступающим частям противника у полуострова Средний. Авиация армии и флота наносила ответные удары по скоплениям врага, его аэродромам и линиям снабжения, одновременно прикрывая ключевые объекты и стараясь срывать планы противника. Зенитные подразделения и истребители отражали налёты, снижая эффективность вражеской авиации.
Благодаря чёткой координации между армией и флотом советским войскам удалось уже в первые дни войны удержать важнейшие узлы обороны. Противник не смог ни стремительно захватить Мурманск, ни перерезать Кировскую железную дорогу. В итоге расчёты врага на блицкриг оказались сорваны.
Более того, есть участок советско-финской границы, где немецко-финские войска в 1941 году так и не смогли её пересечь. Это полуостров Рыбачий, расположенный там пограничный столб №1 остался нетронутым на протяжении всей войны! Полуостров Рыбачий (вместе с полуостровом Средний) так и не был захвачен противником — советские войска удержали оборону на хребте Муста-Тунтури (на перешейке между полуостровом Средний и материковой частью Кольского полуострова), и линия фронта там практически не сдвигалась до 1944 года — когда погнали гитлеровцев на запад.
Замысел Кандалакшской оборонительной операции (начальной части эпопеи, которую мы называем теперь «Битва за Арктику») заключался не просто в сдерживании врага, а в реализации чёткого оперативного плана: организованно изматывать наступающие германско‑финские силы на промежуточных рубежах, не допуская прорыва к стратегическим объектам, и планомерно отводить войска на заранее подготовленные позиции. (Кандалакшское направление — участок на юге Кольского полуострова, ближе к границе с Финляндией.) Конечной целью операции была стабилизация фронта на выгодном естественном рубеже — в районе реки Верман. Данный замысел был сформирован штабом 14‑й армии при координации с Северным фронтом и Ставкой Верховного Главнокомандования как часть общей системы обороны Заполярья. Операция должна была гарантировать сохранение контроля над Кировской железной дорогой и недопущение отсечения Кольского полуострова от снабжения и связи с «большой землёй».
О сути применённой нашей армией тактики ёмко высказался командующий 14‑й армией В.А. Фролов в воспоминаниях «На защите северных рубежей»: «Здесь каждая сопка — крепость, — говорил он своим офицерам. — Отступаем — только чтобы контратаковать». Именно в этом и состоял расчёт: не пытаться удержать каждую пядь земли любой ценой, а превращать любой выгодный рубеж в ловушку для врага, изматывая противника и нанося ему потери.
Разработка Кандалакшской оборонительной операции велась ещё в предвоенный период в рамках планов прикрытия госграницы, в которых были расписаны варианты отхода, ключевые узлы сопротивления, места устройства заграждений и рубежи закрепления наших обороняющихся подразделений. В первые недели войны эти планы оперативно дорабатывались с учётом реального хода боёв и особенностей местности. Непосредственное планирование и корректировка замысла в июле — августе 1941 года осуществлялись штабом 14‑й армии — вначале под руководством генерал‑лейтенанта В.А. Фролова, затем генерал‑майора Р.И. Панина. Решения же по ключевым вопросам (отвод дивизий, выбор рубежа у реки Верман, привлечение инженерных и гражданских сил) в обязательном порядке согласовывались с вышестоящим командованием.
Стратегическую важность надёжного прикрытия кандалакшского направления подчёркивал Г.А. Вещезерский (командир 52‑й стрелковой дивизии, действовавшей в том же районе). «Особую опасность представляет кандалакшское направление, где противник на узком, малопротяжённом по глубине участке фронта может выйти к берегу Белого моря и отрезать Кольский полуостров от остальных районов страны», — написал он в своей книге воспоминаний «У хладных скал». Вот почему Ставка и командование Северного фронта рассматривали данный участок как приоритетный для удержания: цена прорыва здесь была предельно высокой — полная изоляция Мурманска и потеря контроля над важнейшими морскими и сухопутными коммуникациями.
Мурманск — ключевая база Северного флота, в случае изоляции Мурманска вся северная группировка советских войск оказалась бы отрезанной от «большой земли». Одновременно под угрозой оказалась бы Кировская железная дорога — важнейшая сухопутная артерия, связывавшая Север с центром страны.
Начало Кандалакшской оборонительной операции условно отсчитывают с первых крупных столкновений на этом направлении в начале июля 1941 года — после того как германские силы перешли в наступление вдоль главной региональной транспортной артерии Куолаярви — Алакуртти. Войска противника нанесли удар вдоль этой трассы, что было частью плана «Полярная лиса». Немцы рассчитывали молниеносно разгромить советские войска на этом направлении, выйти к Белому морю и овладеть районом Кандалакши.
В конце июня — начале июля наши войска на данном участке оборонялись, проводилась эвакуация части гражданского населения, выдвигались резервы, ставились первые заграждения. Вскоре действия советских войск приобрели характер единой оборонительной операции: все усилия были подчинены общей задаче — не допустить прорыва противника к Кандалакше и Белому морю.
На данном направлении действовали соединения 42‑го стрелкового корпуса 14‑й армии: 122‑я стрелковая дивизия, державшая основной удар ближе к государственной границе; 104‑я стрелковая дивизия, действовавшая во втором эшелоне, в районе Кайралы; 1‑я танковая дивизия, использовавшаяся для контратак и усиления; личный состав 23‑го укреплённого района, отвечавший за инженерное оборудование позиций. Также в боях участвовали подразделения 23‑го укреплённого района, артиллерия, авиация (1‑я смешанная авиационная дивизия) и пограничники (101‑й пограничный отряд НКВД). Авиационную поддержку обеспечивали части 1‑й смешанной авиационной дивизии, включая 147‑й истребительный и 137‑й ближнебомбардировочный полки, а также силы ВВС Северного флота. Общая численность советских Вооружённых Сил на данном направлении составляла около 50 тысяч человек.
Противник располагал мощной наступающей группировкой, основу которой составлял германский 36‑й горный армейский корпус и горнострелковая дивизия СС «Норд» (в качестве эмблемы использовала древнегерманскую руну «хагалль») — фактически это был, как мы бы сейчас сказали, немецкий спецназ. Во взаимодействии с ним действовали финские соединения — 6‑я пехотная дивизия и два егерских батальона. Авиационную поддержку обеспечивали части германского 5‑го военно-воздушного флота люфтваффе, базировавшиеся в Северной Норвегии и на финских аэродромах. Численность немецко‑финских сил на данном направлении оценивалась в 60—80 тысяч человек; преимуществами противника были горная подготовка, способность к манёвру по труднопроходимой местности и плотная авиационная поддержка. По сравнению с нашими силами противник имел двукратное численное превосходство в пехоте и четырёхкратное — в авиации.
К 1 июля основные германские силы перешли в наступление вдоль главной дороги, стремясь быстро прорваться и использовать обходы по лесным тропам для ударов по стыкам советских частей.
Политрук бронероты 153‑го отдельного разведывательного батальона 122‑й стрелковой дивизии А. Ткачёв в книге «На кандалакшском направлении» (1975) так описывал соотношение сил в первые недели войны: «В первую неделю боёв складывалось численное превосходство противника: против советской 122‑й стрелковой дивизии... вели наступление полнокровная 169‑я пехотная дивизия, усиленная танками, «болотным батальоном» и финскими пограничниками, а также дивизия СС «Норд», тоже усиленная танками». Такое численное и техническое превосходство врага делало бои исключительно тяжёлыми: советским частям приходилось отбивать многочисленные атаки, действуя на узких участках, под постоянным давлением авиации и при угрозе попасть в окружение.
Вот лишь один из боевых эпизодов тех дней. В предрассветные часы первых дней июля, когда над землёй ещё висел густой туман, наша 1‑я танковая дивизия у селения Саллу пошла в контратаку. Видимость была почти нулевой, и это сыграло на руку советским танкистам: противник плохо различал цели, связь и управление у него нарушились, а отдельные подразделения в условиях внезапности начали отходить. В атаку пошли лёгкие танки БТ‑7 и средние Т‑28 из 1‑го батальона — они ударили по позициям дивизии СС «Норд», рассеяли передовые части и вынудили врага откатиться назад.
«Несмотря на численный перевес противника, советские войска не только сдержали его, но и обратили в бегство. К вечеру 1 июля бежали с поля боя подразделения 169-й пехотной дивизии, а в ночь на 4 июля в панике отступили подразделения дивизии СС «Норд»», — написал о тех событиях современный исследователь Е.П. Мироничев, автор изданной в 2022 году монографии «Особую опасность представляет Кандалакшское направление…». Следует подчеркнуть, что дивизию СС «Норд» лично курировал рейхсфюрер СС Гиммлер, она готовилась как ударная сила для боёв в Заполярье. Узнав о фактическом разгроме «Норда» под Кандалакшей, Гиммлер был в ярости, о чём есть свидетельства.
Особенно отличился в те дни капитан Н.Ф. Анисимов, командир 3‑го батальона 1‑го танкового полка. В самый острый момент, когда пехота начала пятиться под огнём, он выбрался из танка, собрал отступающих бойцов и лично повёл их в контратаку, выбивая противника с занятых позиций.
Однако удар красноармейцев не стал сокрушающим. Немцы собрали резервы и возобновили натиск уже на следующий день. Советская пехота, не имея возможности закрепиться на выгодных позициях, в ряде мест начала отходить, и командование было вынуждено свернуть танковую атаку, чтобы не потерять машины. Ценой огромных потерь противник занял Саллу, однако главная цель советскими войсками была достигнута: противник нёс огромные потери, его продвижение вперёд приостановилось. Для обороняющихся это было равносильно успеху.
В июле — августе развернулись тяжёлые бои в районе посёлка Кайрала: противник пытался обойти советские войска, захватывая стратегические высоты, такие как Юнгойванселькя и высоту «Груша». Советские части (596‑й и 420‑й полки 122‑й дивизии при поддержке артиллерии 285‑го и 369‑го артполков) упорно удерживали позиции. В начале августа усиленный финский батальон проник в тыл советской группировки и оседлал дорогу в районе станции Нямозеро, блокировав единственную линию снабжения. Советским частям около двух недель пришлось вести бои фактически в полуокружении. Позже дорогу удалось разблокировать.
Во второй половине августа германско‑финские войска нанесли новый удар: обошли фланги советского 42‑го корпуса и вынудили советские части с боями отходить. Нами был оставлен посёлок и станция Алакуртти, где германские войска вскоре оборудовали аэродром, усиливший авиационную угрозу Кировской железной дороге. Тем не менее отход советских войск был организованным: части прикрывали друг друга, советская артиллерия вела заградительный огонь, инженерные подразделения ставили мины и подрывали дороги.
К началу сентября командование советских войск приняло решение закрепиться на заранее подготовленном рубеже вдоль реки Верман — примерно в 90 км от Кандалакши. Данный рубеж был выбран благодаря естественным преградам — рекам, озёрам, болотам и удобно расположенным сопкам.
Инженерные меры играли важную роль на всём протяжении Кандалакшской операции: подрыв мостов, устройство завалов и установка мин существенно снижали темпы наступления германско‑финских сил. При этом к оборонительным работам активно привлекались гражданские лица: до 16 тысяч рабочих и служащих, в том числе женщины, из Архангельской и Вологодской областей и самой Кандалакши строили укрепления, рыли окопы и оборудовали блиндажи.
Ход операции чётко можно разделить на этапы: сначала сдерживание и короткие контратаки на пограничных и первых промежуточных рубежах; затем организованный отход с разрушением инфраструктуры и нанесением потерь противнику; и, наконец, закрепление на рубеже реки Верман. Важной частью замысла было именно поэтапное «оседание» на заранее выбранных позициях, чтобы не допустить разгрома наших войск в одном крупном сражении, а вместо этого изматывать врага в серии боёв на выгодных для обороняющихся участках.
К 20 сентября 1941 года наступательный потенциал германско‑финских войск иссяк: немцы понесли большие потери, их линии снабжения растянулись, а манёвренные возможности сократились из‑за особенностей местности и упорной советской обороны. На рубеже реки Верман фронт стабилизировался: начались масштабные инженерные работы, усиление позиций и накопление резервов. Позиции здесь удерживались нашей армией вплоть до 1944 года. Именно стабилизация фронта к концу сентября 1941 года считается моментом завершения Кандалакшской оборонительной операции.
Одним из самых выдающихся участников Битвы за Арктику был Максим Иванович Старостин — первый секретарь Мурманского обкома ВКП(б) и член Военного совета 14-й армии и Северного флота. В 1941 году он координировал оборону региона: организовывал эвакуацию ключевых предприятий, руководил возведением четырёх линий укреплений, инициировал создание партизанских отрядов, лично контролировал приём и обработку грузов, поставленных по ленд-лизу. Его работа стала важнейшей для обороны Заполярья — в том числе и на Кандалакшском направлении, где от слаженности тылового обеспечения напрямую зависела способность войск сдерживать натиск противника. За самоотверженный труд Старостин был награждён орденами Ленина, Красного Знамени, двумя орденами Красной Звезды и орденом «Знак Почёта», а его инициатива позднее привела к учреждению медали «За оборону Советского Заполярья», которой награждены свыше 350 тысяч участников обороны.
Кандалакшская оборонительная операция Вооружённых Сил СССР — незабываемая страница Великой Отечественной войны! Она была тщательно спланирована и успешно реализована, её результатом стало сохранение контроля над важнейшими коммуникациями Заполярья и недопущение прорыва противника к Белому морю.