Нелепица чиновничьих утопий
Власти Таджикистана продолжают заявлять о рекордных успехах экономического развития. В мажорную мелодию официальных докладов, однако, вторгаются куда менее жизнерадостные ноты действительности, свидетельствующие о тревожных тенденциях с уровнем жизни и занятостью.
Реляции руководителей бывших советских республик о социально-экономическом положении можно выделить в отдельный вид фантастики. Причём если сюжеты обычных произведений этого жанра порой становятся реальностью по мере научно-технического прогресса, чиновничьи утопии обречены оставаться чем-то бесконечно далёким от жизни.
В конструировании такой «параллельной реальности» беднейшая страна постсоветского пространства — Таджикистан — способна заткнуть за пояс многие другие экономики. Так, годовой уровень инфляции, если верить нацбанку республики, составляет всего 3,4 процента. Это, как отмечается, более чем вдесятеро меньше, чем в Турции, втрое меньше, чем в Узбекистане и Казахстане, и т.д. Аналогичная ситуация с ростом ВВП. Согласно официальной статистике, по итогам первого квартала этого года он составил 8,2 процента. Ещё выше среднегодовая динамика в 2021—2024 годах — 8,5 процента. А уж безработицу, если опять-таки опираться на предоставляемые чиновниками данные, можно разглядеть разве что под микроскопом. Безработными в Таджикистане числятся всего 51,4 тысячи человек — 1,9 процента трудоспособного населения.
«Всё прекрасно» не только в макроэкономической сфере. Не отстают и показатели уровня жизни граждан. По утверждению министерства экономического развития и торговли республики, десять лет назад «средний класс» охватывал 22 процента населения. К 2021 году он разросся до 30 процентов, а спустя всего два года вобрал в себя уже 42 процента жителей. К концу десятилетия, обещают власти, к «среднему классу» будет относиться минимум половина населения страны. «В отдельных регионах, конечно, могут быть различия. В крупных городах процент выше. Тем не менее Таджикистан уверенно движется к целевому показателю в 50 процентов к 2030 году», — заверил представитель министерства Умед Холов.
Заявления весьма смелые, учитывая, что в сравнительно более благополучном Казахстане эксперты причисляют к данной прослойке чуть более тридцати процентов работающих граждан. Примерно такая же картина в России, куда едут искать работу сотни тысяч таджиков — жителей страны, якобы имеющей устойчивый «средний класс» и почти нулевой уровень безработицы.
На этом парадоксы не кончаются. При ближайшем рассмотрении, впрочем, это оказываются и не парадоксы вовсе, а манипуляция со статистикой. К тому же манипуляция довольно примитивная, в которой часто не сходятся концы с концами. Так, агентство по статистике при президенте сообщило недавно, что в 2015—2024 годах в Таджикистане появилось 1,9 миллиона новых рабочих мест. Очевидно, данные «подвёрстаны» под пожелания главы государства Эмомали Рахмона, который прежде поручал ежегодно создавать «более ста тысяч» рабочих мест, а в своём последнем послании парламенту заявил о необходимости создания 1,4 миллиона новых рабочих мест в течение ближайших пяти лет.
На сайте того же агентства по статистике размещён график, иллюстрирующий динамику роста населения и численности занятых граждан. Если первый показатель увеличился за последнее десятилетие с 8,6 до 10,5 миллиона, то второй — с 2,2 до 2,65 миллиона. Никакими почти двумя миллионами новых рабочих мест здесь, как видим, и не пахнет. Это подтверждается положением в отдельных регионах. Например, в Хатлонской области при населении 3,8 миллиона человек занятыми числятся только 500 тысяч.
То же самое касается «среднего класса». Как уточнил упомянутый выше Умед Холов, критериями отнесения к данной категории является наличие собственного жилья, автомобиля, сбережений, а также расходы, минимум вдвое превышающие порог бедности (114 рублей в день). Однако автотранспортных средств всех видов по состоянию за прошлый год в Таджикистане зарегистрировано менее 670 тысяч, из них легковых — 587 тысяч. Другими словами, только 6 процентов граждан имеют в своём распоряжении личное авто.
В других сферах ситуация не менее тревожная. Впервые за несколько лет Таджикистан и соседняя Киргизия включены в международный доклад по продовольственному кризису, ежегодно составляемый Всемирной продовольственной программой ООН. «В Центральной Азии, особенно в Таджикистане и Киргизстане, ситуация вызывает обеспокоенность из-за экономических трудностей, высоких цен на продукты и уязвимости к климатическим потрясениям, что, вероятно, усугубит продовольственную нестабильность», — отмечается в документе, опубликованном 16 мая.
Косвенно растущие риски подтвердил президент Рахмон, проведший совещание с главами регионов. По его словам, глобальные и региональные кризисы порождают на мировых рынках рост цен на товары первой необходимости. Негативные последствия несёт и изменение климата. Указав на проблемы в сельском хозяйстве, среди которых перебои в снабжении поливочной водой, недостаточный посев овощей, снижение производства мяса и яиц, глава республики поручил добиться продовольственной самодостаточности. Этому должны помочь внедрение энергосберегающих технологий, повторный сев, развитие аграрной науки.
Сколько-нибудь заметного прогресса нет и в позициях Душанбе в индексе развития человеческого капитала (ИЧР). В опубликованном в мае рейтинге республика заняла 128-е место из 193 стран. Фактически Таджикистан топчется на одном месте уже двадцать лет (в 2005 году он занимал 126-е место), зато по сравнению с советской эпохой отмечено серьёзное падение. В 1990 году республика находилась на 81-й строчке. Тогда она опережала Турцию, Иран, Таиланд, Китай и многие другие государства, которые теперь значительно её опережают. Эти факты камня на камне не оставляют от официозной фантастики, которой власти столь обильно потчуют своих подданных.