Правило левой руки
После того как 17 августа прошлого года каждому непредвзятому человеку стало ясно, что прежний курс реформ надо пересматривать, возник вопрос: как пересматривать, что должно стать ему альтернативой? У радикал-либералов на это всегда готов ответ, вписанный, кстати, в послание президента Б. Ельцина: обвал в прошлом августе — результат не реформ, а их половинчатости. Следовательно, надо не поворачивать их вспять к дефицитам и уравниловке, как требует Анпилов, а энергично двигать вперед.
Но куда все-таки? К новым пирамидам? К новым долгам и новым потерям национального достояния? Нам снова хотят навязать ложный выбор. Будто других нет и быть не может.
Тут можно вспомнить, как в свое время, доказывая преимущества радикального пути реформ, часто прибегали к метафоре: лучше рубить хвост кошке сразу, чем по частям, чтобы не мучить животное. И рубили, не особо вникая, каково той «кошке». Но даже сегодня, на девятом году радикальных реформ, никому неведомо, через сколько лет будет восстановлен уровень производства хотя бы двадцатилетней давности.
Согласно другой «кошачьей» метафоре времен перестройки считалось неважным, какого цвета кошка, лишь бы ловила мышей. На деле в ходе реформ множество полезных кошек было подвергнуто травле более беспощадной, чем мыши и крысы.
Здравый смысл, реальный опыт восьми с лишним лет реформ диктует модели, жизненность которых не оценит разве слепоглухонемой. Возьмем комплекс, называвшийся в прошлом нефтегазовым. Крутые перемены в нем проведены в пору безудержной абсолютизации частной собственности, когда лишь она, в отличие от всех общественных и государственных, провозглашалась священной и неприкосновенной. Когда в общественное сознание внедрялось представление о ней как панацее разом от всех бед. Когда нас уверяли, что ее превосходство всегда и всюду столь же очевидно, как у большинства людей преимущество правой руки перед левой.
Так-то оно так, только левую руку никто себе пока не отрубил. Ибо удобно и привычно иметь дело с двумя руками.
У нас же в «нефтянке» решили напрочь покончить с «левой» рукой, то есть с госсектором, в лоне которого отрасль создана. Нас заверяли, что в результате такой операции в отрасль придет эффективный собственник, монополизм в ней будет преодолен, вместо него возникнет конкурентная среда и инвестиции тут же хлынут живительным потоком.
Но гладко было на бумаге, складно на телеэкране и в эфире. На деле же, позволив растерзать «нефтянку» дюжине частных компаний, мы видим сегодня практически лишь две, которые можно назвать хозяевами: «ЛУКойл» и «Сургутнефтегаз». Ручей нефтедолларов, поступающих от экспорта нефти, быстро мелеет, угроза деградации отрасли все явственней. Не вложив в нее ни гроша инвестиций, но ободрав ее словно липку, некоторые «эффективные собственники» уже готовы вернуть жалкие остатки нахапанного «неэффективному» собственнику — государству. Пусть восстанавливает.
В отличие от «нефтянки», «Газпром» удалось сохранить как единую мощную рыночно-государственную структуру с единой ценовой, научно-технической политикой, со своей стратегией развития. Благодаря этому компания успешно держит удары рынка, включая обвал прошлогоднего августа. Расчлените ее, раздайте олигархам, чего так хотят радикал-либералы, и ее постигнет судьба нефтяной отрасли, торгового, рыболовного флотов, в прошлом одних из самых мощных в мире. Аналогов много. Даже слишком. Тем ценнее опыт исключений. Среди них — алмазодобыча, сосредоточенная в государственной акционерной компании «Алмазы России Саха-Алроса». По суммам прибылей и соответственно отчислений в бюджет она сегодня в десятке первых в России.
А в советские времена она входила в мощную отрасль по добыче, производству и переработке драгоценных металлов и камней. С началом реформ эта отрасль была отдана для радикального реформирования «Роскомдрагмету» во главе с Е. Бычковым. Результаты его реформаторства сейчас ясно видны на примере российской золотодобычи. Лишенная инвестиций, удушенная налогами, она быстро превратилась из высокорентабельной, неизменно умножавшей золотой запас страны в убыточную и погибающую.
В алмазно-бриллиантовом комплексе (сокращенно АБК) «Роскомдрагмет» тоже поработал — не приведи Бог. Дело в том, что в комплекс наряду с добычей сырых алмазов входила и переработка, сосредоточенная на госзаводах системы «Кристалл». Но поскольку государственной кошке, согласно либеральной концепции, нет места в свободной экономике, переработка алмазов тем же путем, что золотодобыча, быстро была удушена. И тут же в дело вступили невесть откуда взявшиеся полторы сотни СП, мгновенно получившие лучшие кристалловские кадры, технику плюс ко всему льготы, которые госпредприятиям и не снились, а главное — доступ к алмазным богатствам Гохрана. Присосавшиеся к этим богатствам полторы сотни пиявок, в основном израильского происхождения, на деле вовсе и не собирались превращать российские алмазы в бриллианты, а принялись спешно сплавлять их за рубеж, где продавали, не возвращая в Россию выручку. Масштабы этого ограбления таковы, что по сравнению с ними шумная афера, связанная с фирмой «Голден-Ада», сплавившей изрядную часть российских драгоценностей в США, выглядит мелкой карманной кражей.
«Алроса», как могла, сопротивлялась растащиловке. На что СМИ, слывущие у нас наиболее неподкупными, словно по команде принялись «бомбить» ее руководство, обвиняя его в ретроградстве и во всех мыслимых злоупотреблениях. Ни одно из этих обвинений при проверках так и не подтвердилось, но обвинителям, как у нас повелось, хоть плюй в глаза.
В унисон с «идейно-информационной» обработкой в прессе неугодная реформаторам кошка — «Алроса» подвергалась действию других мер радикально-либерального набора. Одни налоги чего только стоят. Сравним: если мировой лидер алмазного бизнеса корпорация «Де Бирс» платила в качестве налогов чуть больше 20 процентов своей прибыли, то «Алроса» — 94.
Если СП везли из России алмазы безвозвратно и беспрепятственно, то «Алроса», несущая расходы по производству, по жизнеобеспечению городов, поселков в труднейших условиях Крайнего Севера, по полгода не получала от правительства РФ лицензии на экспорт и была вынуждена копить на складах готовую к отправке продукцию, нести убытки, умножать долги, в том числе по заработной плате.
При этом орган с названием ВЧК, всем до боли знакомый, возглавляемый в ту пору улыбчивым А. Лившицем, так и рвался совершить суд не над теми, кто задолжал компании, а над нею, подводя ее тем самым к банкротству, а через него, подобно «Норильскому никелю» и многим другим, к смене собственника. Параллельно с этим А. Чубайс внедрил в руководство компании своего соратника и известного торговца российскими золотоносными месторождениями П. Мостового.
Ходят кругами вокруг алмазов и другие призраки. Избавь нас Бог от них, со всем остальным мы и сами справимся, говорят алмазодобытчики. В этой уверенности — свидетельство возросшего запаса прочности, приобретенного компанией, которая, являясь рыночной по форме, по методам работы, остается государственной. Опыт ее убеждает, что дело не столько в форме собственности, сколько в руководстве, в его уровне. В данном случае он высок. Не случайно себестоимость продукции здесь ниже, чем у «Де Бирс». Добавьте сюда пуск обогатительной фабрики стоимостью в миллиард долларов, выигрыш тендера на освоение алмазов в Анголе, разведку и открытие новых перспективных площадей в Якутии. Добавьте восстановление российских мощностей по переработке алмазов в Санкт-Петербурге, Москве, Барнауле, Смоленске, Орле, в Якутии. То есть алмазодобыча стала одной из точек роста экономики. Но не фиктивной экономики, а реальной, в основе которой — эффективное, конкурентоспособное производство.
Тем удивительнее в связи с этим позиция федеральных властей, которые дали приоритет в освоении Ломоносовского месторождения в Архангельской области не своим отечественным производителям, а иностранцам из той же «Де Бирс». Семь раз бы отмерить, прежде чем делать подобные жесты.
Явно не семь раз, а меньше отмерял и наш осмелевший министр ВД, когда на недавнем заседании правительства, разбиравшегося с проблемами АБК, озвучил справку, составленную в пору отчаянной подковерной борьбы за овладение собственностью компании. Так же не семь раз, а меньше примерялся и наш молодой порывистый министр налогов и сборов, на том же заседании предложивший путем введения НДС на производство и экспорт российских бриллиантов не стимулировать, а подорвать этот промысел, словно производство самопальной водки.
В последние годы рук и ног в нашем общем российском хозяйстве потеряно, признаем, более чем достаточно. Пора бы, как сказал поэт, остановиться, оглянуться. То, что сохранилось, выжило, вопреки крупномасштабному членовредительству, должно, по идее, обладать повышенной жизненной силой. На нее — большая надежда. Хотя, если честно, кто постиг до конца нашу способность к самоистреблению?