«Посмотрим по-государственному»
Сначала немного о себе. Родился в 1947 году в деревне Абдуллино Илишевского района Башкирии. Окончил с серебряной медалью школу, поработал в колхозе механизатором, а потом учился в институте, аспирантуре — имею степень доктора экономических наук. И конечно же, работал: в НИИ, в партийных органах; последняя додепутатская должность — директор Башкирского НИИ животноводства и кормопроизводства. И депутатом отслужил около 20 лет, разрабатывал сам, участвовал в разработке нескольких аграрно-экономических законопроектов.
Словом, жизнь знаю, в науке слово сказал. А в последний год все чаще задумываюсь: а для чего? Ведь многое из сделанного мною, моими коллегами идет прахом. Даже до людей не доходит! И потому, когда прошлым летом в Государственной думе группа депутатов подготовила письмо с предложением об отставке президента, подписал его сразу. Конечно, я чувствовал себя увереннее, когда узнавал, что подписи под ним ставят депутаты из разных фракций: понял, что это серьезно.
Власти, видимо, тоже почувствовали, что законодатели готовят нешуточную процедуру. Надо сказать, что комиссия по подготовке заключения по пяти пунктам обвинения
Б. Ельцина работала усердно: материал собран убедительный. И власти решили во что бы то ни стало сорвать итоговое голосование. Мы на заседании своей депутатской группы «Российские регионы» обменялись мнениями и еще раз определились, ради чего надо проголосовать за импичмент.
Во-первых, вся эта процедура создает законодательный прецедент отрешения от должности избранного главы государства. В будущем Россия может и не быть президентской республикой, но пока она таковая, надо соблюдать Конституцию. Это, по-моему, поняли и члены Совета Федерации, по их настроению я почувствовал, что они поддержат решение Государственной думы. Они тоже хотят, чтобы Россия была нормальным правовым государством.
Во-вторых, прохождение материалов в Конституционном, Верховном судах, реакция президента будут публичными, и избиратели смогут еще раз взглянуть на свою власть, определят, чья она. То, что президент не справляется со своими обязанностями, понятно не только депутатам. Речь идет о том, как сохранить наше государство. Я специально пролистал немало исторических книг и отметил, что ни один царь (допущу вольность, причислю к ним и генсеков) не отдал ни метра российской земли. А что сейчас — и комментировать не надо.
В-третьих, сейчас всю страну держат в напряжении истерией с Генеральным прокурором. Причем нарочито смещены акценты даже в парламенте — увлекли разбирательством: «было — не было». Вопрос же должен стоять так: почему так случилось, что Генпрокурор год был «на крючке»? Кто его держал «на крючке», для чего? Как сделать, чтобы это «держание на крючке», по закону, было опасно и наказуемо? Более опасно, чем любые другие проступки.
Вот поэтому импичмент — это не только проблема первого лица в государстве, организатора всей власти (гаранта Конституции). Это первый шаг к тому, чтобы вернуть достоинство государству Российскому.
Другие статьи номера
Хотел бы возобновить до времени приостановленную работу по составлению современного политсонника, могущего стать чем-то вроде ночного путеводителя. Сразу с благодарностью отмечу, что проанкетированные по столь тонкой материи респонденты не подвели, больше того — обогатили автора полезными сведениями по части тайного механизма возникновения живоподобных картин, навеянных в объятиях Морфея, о взглядах на затронутую проблему Зигмунда Фрейда, других корифеев психоанализа.
В разгар горбачевской перестройки, еще не перешедшей в перестрелку, в кругах либеральной интеллигенции модно было спрашивать: «Ведет ли эта дорога к Храму?» Вопрос был чисто риторическим. Ответ подразумевался: «Нет, социализм не ведет к идеалу. Нет, он не ведет к нравственности».
В одном из телевизионных репортажей Патриарх Московский и Всея Руси Алексий II с болью заметил, что некоторые бомбы и ракеты, громящие в эти дни многострадальную землю Югославии, снабжены глумливыми надписями вроде: «Подарочек к Пасхе».
Люди с мягким темечком
Тут многое повергало в изумление. Во-первых, почему нельзя судить за политику, если она привела к страданиям и гибели множества людей? А за что судили нацистов в Нюрнберге и японских военных преступников в Токио, в числе коих было четыре премьера и одиннадцать министров,— за дурной литературный вкус? За что большинство из них повесили и приговорили к пожизненному заключению — за супружескую неверность? А в нынешние дни за что присудили к смертной казни сразу двух корейских президентов и собираются судить Пиночета — за непочтение родителей? Это, говорю, во-первых.
Лицемерие как дымовая завеса агрессоров
Североатлантический военный блок, усиленно подталкиваемый из-за океана, развязал открытую агрессию против Союзной Республики Югославии. Сегодня он ведет против нее крупномасштабную ракетно-бомбовую войну, уже принесшую неисчислимые бедствия народам этой многонациональной страны.
27 апреля 1974 года под аплодисменты и звуки торжественного марша увозил из Кремлевского Дворца съездов Валентин Сущевич комсомольский отряд в 600 человек на величайшую стройку, ставшую и подвигом, и тревогой для страны. О сделанном точнее всего свидетельствует техническая характеристика: «БАМ — железная дорога первой категории с проектной провозной способностью по Западному участку 18 миллионов тонн грузов в год, по Восточному — 9 миллионов тонн, электрифицированная на переменном токе, двухпутная — от Тайшета до Лены (704 км) и однопутная — от Лены до Таксимо (725 км), на остальном протяжении (3371 км) — однопутная, с тепловозной тягой.
Такое впечатление, что в последнее время абреки из Чечни в своих набегах на сопредельные территории устроили настоящую охоту на работников милиции. Во вторник в Курском районе Ставрополья шестеро бандитов подстерегли милицейский патрульный уазик. Автоматным и пулеметным огнем из засады были убиты четверо милиционеров. Мало того, по сообщениям из Ставрополя, изверги затащили тела убитых в ров и сделали каждому по «контрольному» выстрелу в голову.