Тень реваншизма над Восточной Азией

Союзники США в Дальневосточном регионе укрепляют тылы перед лицом возможного конфликта с Китаем. В Японии правящие силы использовали досрочные выборы для усиления своих позиций. Двойственную политику ведёт руководство Южной Кореи.

  «Ты виноват уж тем…»

Захватнические планы буржуазии всегда маскируются манипулятивными ширмами. Японские милитаристы первой половины прошлого века выдвинули концепцию «сферы взаимного процветания великой Восточной Азии». Избавление от опасности западного империализма и советского коммунизма, уверяли они, позволит народам совместными усилиями добиться благополучия. Цена этих обещаний известна: изощрённые зверства японской военщины, миллионы жертв в Китае и других странах.

Сегодня аппетиты Токио скромнее: там вынуждены соотносить свои амбиции с желаниями Вашингтона. Правда, в главном интересы двух стран совпадают. И японский, и американский правящие классы стремятся к ослаблению Пекина. Последний обвинён в нежелании поддерживать «мировой порядок, основанный на правилах» (на капиталистических правилах, разумеется). В общем, всё по Крылову: «Ты виноват уж тем, что хочется мне кушать!»

Слепив такое оправдание, империалистические союзники готовят тылы для перехода в наступление. В США следствием этого стала ставка капитала на крайне правые элементы в лице Трампа со товарищи. Похожий внутренний переворот совершён в Японии. Занявшая осенью прошлого года премьерское кресло Санаэ Такаити — типичный «ястреб». Среди её призывов — кардинальный пересмотр стратегии национальной безопасности, с ещё большим расширением полномочий армии и перевооружением. В ближайшие два года войска получат модернизированные крылатые ракеты «Тип 12» сухопутного, морского и воздушного базирования с дальностью до 1500 километров. Японский флот оснащается американскими ракетами «Томагавк», способными нести ядерный боезаряд.

Последняя возможность вовсе не исключена. Выступая в парламенте, Такаити отказалась подтверждать приверженность «трём неядерным принципам». Утверждённое в 1971 году обязательство предусматривает отказ от производства, обладания и ввоза ядерного оружия. Местные СМИ со ссылкой на чиновников в канцелярии премьера подняли вопрос о необходимости получения собственного ядерного арсенала.

Военный бюджет страны поступательно растёт, преодолев рекордную планку в 9 трлн иен (4,5 трлн руб.). Долго сохранявшийся порог расходов — один процент ВВП — ушёл в прошлое. Кабмин обещает довести их до двух процентов в течение года. Финансовое бремя ляжет на граждан. В частности, за счёт повышения подходного налога власти намерены ежегодно привлекать до триллиона иен (490 млрд руб.).

Всё это является грубой ревизией ограничений, наложенных на Японию как страну-агрессора после Второй мировой войны. Как указывают в Пекине, Токио «шаг за шагом выхолащивает положения Каирской и Потсдамской конференций и отступает от закреплённых в Конституции обязательств». За ускоренной милитаризацией скрывается стремление остановить усиление Китая. Такаити допустила вмешательство в гипотетический конфликт вокруг Тайваня. Если американские силы, фантазирует премьер, подвергнутся нападению, Япония не сможет оставаться в стороне. «Иначе наш союз с Соединёнными Штатами рухнет», — посетовала она.

Пока же главными провокаторами выступают именно США и их сателлиты. На японском острове Йонагуни, расположенном в 100 с небольшим километрах от Тайваня, скоро появятся системы ПВО. На этом участке суши площадью менее 30 квадратных километров уже есть два порта, аэродром, передовой пункт снабжения и дозаправки корпуса морской пехоты США.

В опьянении воинственными настроениями японский правящий класс закрывает глаза на возможные катастрофические последствия. А ведь в Белом доме прямо говорят о неприглядной роли партнёров! «Япония будет в авангарде любой чрезвычайной ситуации, с которой мы столкнёмся в западной части Тихого океана», — заявил глава Пентагона Пит Хегсет. Тем не менее министр обороны Японии Синдзиро Коидзуми, посетив в январе Вашингтон, обсудил с коллегой совместное производство ракет «воздух — воздух» и расширение совместных учений, в том числе на Йонагуни. Хегсет похвалил «жёсткий реализм» Токио, добавив, что у двух стран схожие национальные интересы.

Совместные манёвры, число которых выросло за последние десять лет почти вчетверо, направлены не только против Китая или Северной Кореи. С 20 января по 3 февраля на острове Хоккайдо войска двух стран, включая 11-ю воздушно-десантную дивизию США, отрабатывали боевые действия в условиях крайнего севера.

  Успех реваншистов

Чтобы Япония ненароком не соскользнула с крючка, у власти должны находиться проамериканские реваншистские силы. Таковой прежде всего является либерально-демократическая партия (ЛДПЯ). Из-за коррупционных скандалов и социально-экономических проблем её популярность снижалась. На выборах в верхнюю палату парламента минувшим летом партия получила всего 39 мест из 125 оспариваемых. В нижней даже с партнёром по коалиции — «партией обновления» — у ЛДПЯ было неустойчивое большинство в один мандат.

В таких условиях курс на милитаризацию становился проблематичным. Чтобы вернуть позиции, Такаити объявила о досрочных выборах. Почему же власти были уверены в успехе? Во-первых, кабмин показывал давно не виданный рейтинг — 70 процентов. В его основе лежали как «эффект новизны», так и заигрывание с националистическими идеями. Правительство перехватило у ультраправой партии «Сансэйто» антииммигрантские и «великодержавные» мотивы. «Я защищу традиции, которые сделали Японию уникальной страной, и не позволю иностранцам унижать достоинство японцев», — заявляла Такаити. Это сопровождалось экономическим популизмом: с помощью субсидий власти добились замедления роста цен, ЛДПЯ обещала приостановить действие налога на потребление.

Во-вторых, на агитацию был выделен рекордно короткий срок — 12 дней. Это помешало оппозиции провести эффективную кампанию. Две крупные партии — конституционные демократы и прежний союзник ЛДПЯ «Комэйто» — объявили об объединении в «центристский альянс реформ». Новая сила назвала своей целью «переход от конфронтационной политики к сосуществованию». Не подвергая сомнению японско-американский союз, «центристы» выступили за приоритет мирной дипломатии. Но, как оказалось, новый блок убедил не всех избирателей.

Отдельно в выборах 8 февраля участвовали коммунисты. Компартия Японии (КПЯ) выдвинула лозунг «архипелаг без иностранных баз», заявив, что пересмотр ядерных принципов и других основ пацифистской политики — дорога к гибели. «Выборы ответят на вопрос, позволим ли мы фундаментально перевернуть послевоенную историю Японии как мирной нации и подчинить страну военным планам США», — подчёркивали в партии. КПЯ выступила за переход от политики поддержки корпораций к курсу, ставящему жизни людей на первое место. Среди предложений коммунистов — прогрессивное налогообложение, минимальная оплата труда в 1700 иен (830 руб.) в час, сокращение рабочего дня до семи часов, увеличение соцрасходов.

ЛДПЯ во время предвыборной кампании продолжила популистские спекуляции. В программе «Сделаем Японию сильной и процветающей» она призывала к усилению военного потенциала, созданию развитой разведывательной системы, обещала ужесточить правила для иммигрантов. Это принесло плоды. Правящий альянс получил 352 мандата из 465. Представительство оппозиции рухнуло более чем втрое: со 172 до 49 мест. С восьми до четырёх депутатов сокращается фракция КПЯ. Зато резко нарастила влияние ультраправая «Сансэйто».

Правящий класс получил широкое поле деятельности. Сразу после объявления результатов Такаити заявила, что намерена изменить отношение других стран к службам в храме «Ясукуни». Там поминаются души японских военных преступников, это место считается символом милитаризма. Также премьер посетила «общенациональный съезд с требованием возврата северных территорий», пообещав бороться за «возвращение» Курильских островов.

  «Прагматичный» вассалитет

В Южной Корее единомышленник Такаити — Юн Сок Ёль — пришёл к власти ещё в 2022 году. Он сразу взял курс на подчинение страны военно-политической машине Вашингтона и стал угрожать вторжением Пхеньяну, сведя на нет межкорейский диалог. Реакционная линия вызвала сопротивление контролируемого оппозицией парламента, в ответ президент попытался разогнать депутатов.

На беду Юн Сок Ёля, Трамп ещё не вернулся в Белый дом. Не получив поддержки от администрации Байдена, глава страны был отстранён от власти. Недавно его приговорили к пяти годам заключения, на очереди — ещё восемь судебных процессов.

Новый президент — лидер демократической партии «Тобуро» Ли Чжэ Мён — провозгласил курс «дипломатического прагматизма». В его понимании это означает сохранение союза с США с одновременным развитием отношений с Китаем и Россией. Что касается КНДР, «прагматизм» предусматривает шаги к примирению одновременно с политикой «сдерживания».

На практике попытки примирить непримиримое выглядят не столь убедительно, как на словах. В начале января Ли Чжэ Мён совершил визит в Китай — первый за шесть лет. «Мы хотим открыть новый этап развития наших отношений», — заверил он. Стороны договорились ускорить заключение соглашения о свободной торговле, подписали несколько меморандумов. Председатель КНР Си Цзиньпин не стал лицемерить, указав на серьёзные вызовы для региона. По его словам, защита наследия победы во Второй мировой войне требует совместных усилий. Си Цзиньпин призвал гостя «твёрдо стоять на правильной стороне истории и принимать правильные стратегические решения».

Покивав и поулыбавшись в знак согласия, Ли Чжэ Мён затем отправился в… Японию, где расточал точно такие же любезности. «Наше сотрудничество сейчас важнее, чем когда-либо, поскольку мы должны двигаться к лучшему будущему на фоне сложного и нестабильного международного порядка», — заявил президент. Местом переговоров стал город Нара — малая родина Такаити. Как признался гость, все его опасения по поводу консервативных взглядов японского премьера развеялись, он пригласил собеседницу посетить с ответным визитом свой родной город Андон.

Едва обретя полномочия, Ли Чжэ Мён распорядился прекратить идеологические диверсии против северных соседей — демонтировать громкоговорители у демаркационной линии, остановить запуск воздушных шаров с листовками. Более того, он объявил, что понимает озабоченность Пхеньяна регулярными учениями с участием США, и допустил их сокращение или отсрочку. В действительности состоялись все запланированные на август—декабрь прошлого года 40 совместных с Пентагоном манёвров. «Учения будут продолжаться по расписанию, — сообщил министр обороны Ан Гю Бак. — Это насущная необходимость для нашей армии». Не способствует разрядке и запуск разведывательных дронов. Один из них был сбит северокорейскими военными в сентябре, другой — в январе. В Сеуле заявили, что не имеют отношения к инцидентам, но верится в это с трудом.

В декабре американский госдепартамент одобрил продажу Сеулу свыше 600 высокоточных бомб GBU-39 вдобавок к 400 поставленным ранее. О «критически важной поддержке» со стороны Вашингтона в «сдерживании» КНДР говорится в новой стратегии национальной безопасности США. В то же время документ призывает Сеул взять на себя «основную ответственность». Очевидно, поэтому Трамп дал согласие на обзаведение Южной Кореи собственными атомными подводными лодками. С такой просьбой обратился к нему Ли Чжэ Мён.

Вассалитет углубляется в экономической сфере. Припугнув Сеул высокими тарифами, Трамп соизволил снизить их до 15 процентов. Но не просто так, а с условием инвестирования Южной Кореей 350 млрд долл. в американскую экономику, в том числе в судостроение. В январе президент США пригрозил передумать, поскольку-де корейский парламент не успел ратифицировать торговое соглашение. В Сеуле тут же заверили в приверженности сделке, пообещав завершить все процедуры в феврале. Для этого власти «пошли на поклон» к прежнему злейшему врагу — «партии народной власти» Юн Сок Ёля. «Пришло время объединить усилия. С нетерпением жду двухпартийного сотрудничества», — сообщил пресс-секретарь «Тобуро» Ким Хён Чжон.

В этом спектакле каждый играет свою роль, определённую режиссёром. О незавидной судьбе отработанного материала здесь либо забыли, либо стараются не думать.