Капитал жаждет диктатуры
Европа столкнулась с отторжением неолиберальной модели. В Испании пройдут досрочные парламентские выборы, шатаются кресла под правительствами Франции и Италии. Правящие классы пытаются дискредитировать протестное движение и ищут спасение в ультраправом повороте.
«Спасители цивилизации»
Европу сотрясают массовые выступления. Они вызваны обнищанием населения на фоне показной роскоши верхов и затрат на военные авантюры. Сочетающие репрессии и скупые подачки либеральные правительства теряют остатки поддержки и выпускают ситуацию из рук. Стоящие за их спинами корпорации делают ставку на крайне правые националистические силы.
Это описание одинаково подходит для сегодняшней ситуации и для событий столетней давности. Некоторые изменения претерпел лишь «образ врага». Если в 1920—1930-е годы обывателей запугивали «еврейским заговором» и «большевистскими варварами», то теперь в ходу «мусульманско-иммигрантская угроза» и «крайне левые враги западной культуры». В остальном риторика словно списана под копирку. «Оставаться оплотом национальной европейской дисциплины и цивилизации перед лицом большевистского врага человечества — таково наше пламенное стремление. Мы в Германии… будем успешно противостоять попыткам большевиков подорвать мировой порядок и стравить народы», — заявлял Гитлер. «…Взгляните, что происходит во Франции — некогда великой стране, которую завоёвывают, грабят и сжигают дотла мигранты, джихадисты и коммунисты, ненавидящие христианство и… саму западную цивилизацию. Я не позволю такому же случиться с Америкой», — утверждает Дональд Трамп.
Эйфория западного капитала от разрушения Советского Союза оказалась недолгой. Растущий Китай и обострение внутренних противоречий размыли упоение либеральным «концом истории». Совокупная доля Европы и США в мировом ВВП снизилась после 1990 года с 53 до 40 процентов (или с 43 до 29 процентов, если считать по паритету покупательной способности). Цепляясь за гегемонию, буржуазия обратилась к старым рецептам экспансии. Средства для неё извлекаются из карманов трудящихся путём роста цен и налогов, повышения пенсионного возраста, урезания субсидий и льгот, массовых увольнений. В той же Франции за время правления Эмманюэля Макрона было сокращено 10 тыс. преподавательских должностей (вдобавок к 80 тыс. за предыдущие годы). В проекте бюджета на следующий год предлагается продлить заморозку зарплат в госсекторе (четвёртый год подряд!) и сократить расходы на 54 млрд евро. Речь преимущественно о социальных тратах, поскольку к 2030 году Париж намерен изыскать 436 млрд евро на «оборону».
В чьих интересах переток средств, можно узнать со страниц журнала «Форбс» и других бизнес-изданий. Со времени пандемии COVID-19 число миллиардеров во Франции выросло с 39 до 51, а их совокупное состояние — с 304 до 625 млрд долл. Если 14 лет назад активы 500 богатейших семей страны были эквивалентны 12 процентам ВВП, теперь эта доля составляет 42 процента. Ставка корпоративного налога при Макроне снизилась с 33,3 до 25 процентов, льготы для крупного бизнеса на уплату социальных взносов оцениваются в 80 млрд евро в год.
Ставки капитала
Столь открытая дискриминация наталкивается на возмущение — надо признать небезуспешное. Протесты «жёлтых жилетов» в 2018—2019 годах вынудили власть отказаться от планов повышения налога на топливо и увеличить минимальную зарплату. Три года назад трудящиеся добились отсрочки пенсионной реформы. Искрой для нынешней волны недовольства стала ситуация в государственном образовании.
Разделение буржуазного образования на «два коридора» (для богатых и для всех остальных) в последние годы стало ещё заметнее. Госшколы страдают от недофинансирования. В прошлом году из-за отсутствия сотрудников было потеряно 15,4 млн учебных часов. Проблемы накапливались годами и широко известны. Неудивительно, что требования вышедших на улицы старшеклассников поддержали три четверти жителей и вызвали масштабные акции солидарности. 17 и 24 октября по призыву профсоюзов и левых партий на манифестации вышли сотни тысяч человек. Помимо решения проблем образования, они пытались привлечь внимание к падению уровня жизни, подорожанию топлива и т.д. «Франция обладает богатством, навыками и силой, чтобы удовлетворить потребности всех поколений, — подчёркивает Французская компартия (ФКП). — Однако рабочие и учащиеся сталкиваются с растущей стоимостью жизни, безработицей, низкой зарплатой, всё более шаткими условиями учёбы и труда. Это результат десятилетий либеральных реформ, жестокой системы капитализма. Сделав Францию проводником американских интересов, правительство хочет заставить французов платить за войну».
Правящий класс пытается дискредитировать протесты. Актам вандализма, участники которых составляют мизерную долю демонстрантов и принадлежат к анархистским группам (не исключено, с немалым числом провокаторов), уделяется едва ли не 99 процентов эфирного времени ведущих СМИ, тогда как многотысячные марши игнорируются. Полиция сама подстрекает к ответному насилию, нападая на мирные митинги.
Ещё одной провокацией являются издевательские подачки. Правительство согласилось временно нанять 3 тыс. учителей (при потребности в 90 тыс.), пообещало ученикам учитывать их мнение в решении внутришкольных вопросов и отложить планы увеличения вступительных взносов в вузы. Параллельно власти обрушились на «крайне левые силы» за «попытки дестабилизации». Это полностью совпадает с риторикой ультраправых. Марин Лё Пен обвинила левых в том, что они «ввергают страну в хаос». Но, добавила она, через полгода у французов будет возможность избрать другой путь.
Напомним: в апреле следующего года страну ждут парламентские выборы, и по мере приближения к ним расчёт капитала всё очевиднее. Не полагаясь на дискредитировавших себя умеренных правых (ставленника Макрона Габриэля Атталя, по опросам, готовы поддержать 5 процентов избирателей), он ищет спасения в радикалах. Как и сто лет назад, успех обеспечивается раскруткой «образа врага», на роль которого избраны иммигранты-мусульмане, а также поддержкой крупного бизнеса. Идеи ультраправого «Национального движения» транслирует медиа-империя «Вивенди» (телеканалы CNews, C8, радиостанция Europe1, ряд газет), принадлежащая миллиардеру Венсану Боллоре. Открытую поддержку европейским крайне правым оказывают богатейший человек планеты Илон Маск, Белый дом и подконтрольные им информационные ресурсы. В тон Трампу, заявившему, что «ислам хочет захватить Францию», телеканал «Фокс ньюс» рассказывает о «глобальном заговоре», который сплели коммунисты, профсоюзы, экоактивисты и защитники Палестины.
Реакционная волна
Испания — ещё одна страна, которую готовят к крайне правому реваншу. В конце лета левоцентристское правительство Педро Санчеса столкнулось с политическими и информационными атаками из-за событий в Сеуте (см. «Правду» от 14—17 августа с.г.). Местные и заокеанские ультраправые обвинили его в «сдаче страны чужакам».
За этим последовала волна протестов из-за жилищного кризиса. Поводом стал, на первый взгляд, рядовой случай — выселение из съёмной квартиры в Мадриде Марикармен Абаскаль. 87-летняя женщина прожила в ней 70 лет, пока купивший дом инвестфонд не поднял арендную плату на 230 процентов. Через месяц Абаскаль скончалась в больнице. Ответом стали массовые демонстрации, в центре столицы разбит палаточный городок. На 11 ноября назначена 24-часовая всеобщая забастовка — первая за 14 лет.
Столь острая реакция обнажила глубину проблемы. За десять лет стоимость и аренда жилья выросли вдвое. Одна из причин — скупка недвижимости инвестиционными фондами и туристическими платформами. Только последние владеют 351 тыс. объектов, на корпоративных арендодателей приходится свыше половины сдаваемых помещений. Это при том, что дефицит оценивается в 700 тыс. единиц. Правительство Санчеса обещало решить проблему, нарастив жилищное строительство и ввод социального жилья. В итоге первое упало до минимума за десятилетия, второе составляет лишь 1,7 процента жилого фонда. Концентрация в руках капитала обернулась массовыми выселениями. 76 процентов испанцев ждут от государства экстренных мер по смягчению кризиса.
Реакция власти и правой оппозиции, одинаково виновных в проблеме, оказалась разной. Правительство предложило законопроекты, вводящие мораторий на выселение уязвимых жильцов и продлевающие договоры аренды. В духе бесчисленных «улучшителей» капитализма Санчес призвал «привить рынку чувства человечности и порядка». Правые в лице Народной партии (НП) и «Вокс» отвергли изменения как «покушение на права собственников». Их поддержала партия «Вместе за Каталонию». Прекрасная иллюстрация буржуазной политики! Злейшие враги (именно правые инициировали арест каталонских политиков за сепаратизм) объединились в защиту интересов капитала.
Столкнувшись с неудачей, Санчес распустил парламент и назначил на 29 ноября досрочные выборы. «Вы должны решить: присоединиться к крайне правой волне, несущей регресс, или обеспечить сохранение Испании как оплота открытости и социальной справедливости», — заявил он. Утверждение спорное. Четверть населения живёт в бедности или в зоне риска, в то время как число миллиардеров выросло за шесть лет с 24 до 45, их суммарное состояние утроилось.
Мотивы социалистов легко читаются: предстать меньшим злом на волне возмущения спекуляциями и бездушностью капитала. В то же время по ним бьют коррупционные скандалы, затронувшие жену и брата Санчеса, и та самая «крайне правая волна». Доказывая, что капитал не намерен терпеть даже осторожную «фронду», в нападках на испанское правительство объединились «реакционные тузы». Трамп называет Санчеса «плохим парнем», грозя санкциями. Недавно страну посетил президент Аргентины Хавьер Милей. Проигнорировав встречу с премьером, он открыто поддержал оппозицию. «Санчес — диктатор, социалистов нужно изгнать!» — заявил Милей. С нападками на испанское правительство выступили правые фракции Европарламента.
По опросам, НП и «Вокс» наберут достаточно мест для формирования кабмина. В отличие от 2023 года, когда «народники» отказались от союза с ультраправыми, их отношения крепнут. НП руководит четырьмя регионами вместе с «Вокс» и послушно включает в коалиционные соглашения её требования «национального приоритета». Так называется программа по ограничению доступа к жилью и госуслугам для некоренных жителей.
Шансом избежать этого сценария могло стать формирование альянса левых сил. Блок под названием «Широкий фронт» (с участием Компартии Испании) действительно создан, но ряд партий, включая «Подемос», решили участвовать в выборах самостоятельно. Это ещё шире распахивает двери перед реакцией и поклонниками франкистской диктатуры.
К чему приводит победа крайне правых, показывает пример Италии. Вспыхнувшие вслед за Францией протесты сурово подавляются. На помощь полиции брошены военные, ужесточено карательное законодательство. За «угрозу общественной безопасности» можно получить пятилетний тюремный срок. Разрешено задерживать 14—17-летних подростков, даже если они не совершили правонарушений, а лишь «представляют опасность» с точки зрения силовиков.
На этом фоне правительство Джорджи Мелони добилось принятия избирательной реформы. Помимо ликвидации смешанной системы в пользу пропорциональной, она подразумевает «премию большинства». Блок, набравший более 42 процентов голосов, получает дополнительно 70 мест в верхней палате парламента и 35 мест в сенате. Это заставило итальянцев вспомнить схожий «закон Ачербо» 1923 года, облегчивший установление диктатуры Муссолини. Мелони лично лоббировала принятие закона, грозясь распустить парламент.
Уровень поддержки правительства между тем упал до 30 процентов. Это не мешает ему проводить неолиберальные реформы. Отменена фиксированная минимальная зарплата, ряд категорий работодателей освобождён от уплаты социальных взносов. Продолжается масштабная приватизация. В то же время в крайней бедности живёт каждый десятый житель, по итогам года прогнозируется падение реальных доходов на 0,9 процента. И это — в условиях почти четырёхкратного с 2020 года роста богатств миллиардеров! Идеальная система с точки зрения буржуазии. Разбить её в состоянии только организованный отпор трудящихся.