Первопроходчики из хутора Красный Кут
В хуторе Красный Кут, расположенном рядом с городом Шахты Ростовской области, в году два профессиональных праздника — День шахтёра и День урожая. На землях одноимённого сельского поселения, в которое входят семь хуторов бывшего колхоза «Россия», расположена шахта «Майская». Шахта знаменита трудовыми рекордами дважды Героя Социалистического Труда бригадира проходчиков Михаила Чиха. Наградами за доблестный труд и высокие урожаи удостоены были и колхозники-хуторяне. Население здешних мест можно было назвать производственно-аграрным: шахтёры шефствовали над колхозом и не чурались крестьянской работы, а сельские механизаторы уверенно чувствовали себя и в подземных забоях. Вот уж где была истинная смычка города и деревни! А когда закрылась шахта и ликвидирован был колхоз, людям пришлось учиться выживать в новых условиях. И теперь о прошлых годах напоминают и рабочим, и крестьянам стоящие посреди полей «курганы тёмные» — терриконы от канувших в Лету угледобывающих шахт. Да и обещанного расцвета на бывших колхозных землях так и не наступило.
ВРЯД ЛИ КТО из жителей хутора Красный Кут Октябрьского района Ростовской области удивился тому, что супруги-фермеры Ольга Алексеевна и Николай Владимирович Курт в начале лета объявили о своём решении баллотироваться в депутаты поселенческого Собрания. И никого не удивило, что волеизъявлением земляков они на выборах 18 сентября этот статус получили. Неофициально они уже с десяток лет выполняли обязанности народных избранников. Особенно заметной была роль Ольги Алексеевны, бухгалтера и юриста. Например, во время газификации хутора «голубое топливо» сюда проводили трижды. В первый раз деньги на газораспределительную станцию, видать, по дороге где-то «закопали». Во второй раз стройка — тоже из-за нехватки средств — остановилась в четырёх километрах от хутора. Уложенные трубы так и остались в земле, а складированные на поверхности исчезли в неизвестном направлении.
В третий раз дело взяли в свои руки супруги Ольга и Николай Курт. Создали кооператив, настойчивыми обращениями во властные инстанции добились выделения средств. И дома на всех улицах были газифицированы. С электроснабжением дело тоже обстояло плоховато. Свет то и дело отключали, случались аварии на трансформаторной станции. И опять проявили свою пробивную способность Ольга Алексеевна и Николай Владимирович. Обращались к губернатору, в областное министерство, к депутатам. И добились включения строительства линии в специальную программу. Были установлены новые столбы, построены три трансформаторные станции. И теперь свет в домах хуторян не отключается даже в пик нагрузок.
Приложили руки супруги и к налаживанию в хуторе водоснабжения. Качественная вода в сельских поселениях шахтёрского края тоже имеется далеко не везде. В Красном Куте теперь не ходят к колодцам или на речку, вода течёт в каждое домовладение по трубам. Крестьянско-фермерское хозяйство (КФК) Куртам пришлось начинать с нуля. Потому что при разделе имущества колхоза «Россия» не получили никаких паёв — ни земельного, ни имущественного. Николай Владимирович, предвидя жалкий финал коллективного хозяйства, ушёл работать на шахту. А супруга его, Ольга Алексеевна, имеющая городскую специальность бухгалтера и юриста, тоже в разделе колхозного имущества участия не принимала. Однако дело повернулось так, что стали они не только хлеборобами, но и инициаторами создания КФК, которое можно назвать и товариществом по совместной обработке земли. На 262 гектарах засевают озимую пшеницу, подсолнечник, которые обрабатывают собственной техникой. Глава КФК, Николай Владимирович, имеет диплом зоотехника — окончил сельскохозяйственный техникум. И 9 лет «оттрубил» в местном коллективном хозяйстве. Но судьба распорядилась так, что стал он проходчиком, а потом электрослесарем на шахте «Майская». Впрочем, в посевную и уборочную страду бригады шефов-угледобытчиков выезжали на поля.
Виновницей очередной смены профессии для Николая Курта стала травма, полученная в шахте. После излечения в забой он уже не спустился, а сел за штурвал комбайна. Однако через 12 лет жизнь снова пошла по кругу. В сельском хозяйстве начались преобразования, приведшие к ликвидации колхозов и совхозов. На шахтах таких веяний пока не предвиделось, и Николай вновь оказался в рядах рабочего класса. И трудился бы, как говорится, до ухода на заслуженный отдых, да шахты, рентабельные шахты, стали закрываться одна за другой. Такая же участь постигла и «Майскую». Так вот и остались не только Николай и Ольга Курт и без работы, и без земельного надела. И решили они устраивать жизнь сообща.
Благодаря знанию законов и опыту юридической практики Ольге Алексеевне удалось решить многие проблемы. Ну а Николай Владимирович поставил на высоту работу с техникой. Тут помог глава района, а его заступничество в Октябрьском районе много значит. Словом, начало хозяйство развиваться. А когда всё зависит от трудолюбия и мастерства самих хлеборобов, когда не нужно отвлекаться на решение посторонних задач, хорошие результаты гарантированы. Но идеальных условий, как известно, не бывает. Все проблемы у Куртов появились от шахты «Майской», теперь уже ликвидированной и затопленной. Наземные постройки предприятия были снесены, два центральных ствола и запасной шурф, по которым шахтёры спускались на глубину 750 метров, завалены породой. А на поверхности проведена рекультивация.
Земельные паи супруги Курт у земляков, как нередко бывает в сельской глубинке, не скупали. Инициативу проявили земляки: зная тягу к земле Николая и способности Ольги, сами предложили отдать надел им в аренду и не прогадали. Если бы не «заноза» — шахта «Майская», пласт антрацита которой так и не был выработан. И основной ствол, и запасной шурф при консервации были засыпаны не отработанной породой, а… высококачественным углём, который «ликвидаторам» был не надобен, а для «умельцев» стал Клондайком. Окрестное население оказалось хорошо информировано о составе «отработанной породы». И в хуторе было создано ООО «Медведь», которое занялось разработкой новоявленного «месторождения» — из шурфа затопленной шахты.
Работы начались с завидной интенсивностью. Рядом с шурфом выросли два новых террикона, состоящих из щебня и угля-антрацита. А так как технологический процесс и санитарные нормы практически не соблюдались, угольная пыль ветром разносилась по всей округе. В «зоне поражения» оказались и домовладения хуторян, до которых — четыреста метров, и поля крестьянско-фермерского хозяйства, что, конечно, не содействовало ни сохранению экологии, ни повышению плодородия почвы. К тому же извлечённый из засыпанного шурфа камень «умельцы» использовали в строительных работах, для чего тот не предназначен из-за малой долговечности. Конечно же, хуторяне выступили против пусть и санкционированных начальством, но всё же «левых» разработок.
ООО «Медведь» было ликвидировано. Но свято место не бывает пусто. Нашлись другие структуры, а может быть, и «Медведь» сменил вывеску. И вот тогда Николай Владимирович понял: надо идти во власть. Вот только получить «проходной балл» никак не удавалось. Атаман местного казачьего юрта вроде был и не против, но никак «не успевал» оформить документы. Не поступало возражений и от участников казачьего круга, куда обратился Николай Владимирович. Но с мёртвой точки дело не сдвигалось. Тогда фермеры решились на важный шаг. Ольга Алексеевна вступила в Компартию. Оба супруга стали кандидатами в депутаты от КПРФ и получили от хуторян полномочия спросить: какие это структуры и на основе каких законов губят родную природу? Да и на другие вопросы народным избранникам исполнительная власть теперь должна дать ответы.