«Такая красота открывается!..»
На высоте 36 метров среди стальных конструкций и грохота стройки она чувствует себя увереннее, чем на земле. Лилия Искренкова — машинист башенного крана с 40-летним стажем. В профессии, где женщин по-прежнему считают редкостью, она не просто доказала, что может справляться с тяжёлой техникой, но и стала примером для многих. При этом Лилия ещё многодетная мама и бабушка — у неё уже взрослые две дочери и сын, а также восемь внуков. Корреспонденты БЕЛТА в Год белорусской женщины пообщались с крановщицей и узнали, как она пришла в профессию и чем наполнена её жизнь помимо работы.
Лилия Искренкова попала в профессию машиниста башенного крана совершено случайно. Она училась в музыкальной школе и играла в народном цимбальном оркестре. В 1985 году, после окончания школы уехала с оркестром на XII Всемирный фестиваль молодёжи и студентов в Москве. «У нас там были гастроли, концерты, поэтому всё заняло целый месяц. И вернулась домой я только ближе к концу августа. Вступительная кампания закончилась», — вспоминает женщина.
К тому времени из выбора оставались только профессионально-технические училища. Либо уже сразу нужно было искать работу какую-то. «И родители открыли справочник этих училищ, начали смотреть, что и где есть. Сразу были варианты пойти на бухгалтера или продавца, но это всё отметалось, потому что было не моё. Родители знали, что это не моё. И тогда отец выбрал специальность машиниста башенного крана. Мама, правда, была в шоке. Первое время она никак не могла смириться с тем, что девочка пойдёт на башенный кран вместо музыкального или педагогического училища, как я и хотела», — рассказала Лилия.
Поначалу были сомнения, но когда знакомый отца, работавший на стройке, сказал, что там хорошие зарплаты, юная девушка согласилась. «У меня три младших брата, и с деньгами постоянно были сложности, — говорит женщина. — Так я и попала в училище на башенный кран. Помимо меня в группе были ещё три девочки где-то из 27 или 29 человек».
На стройку девушка попала сразу после училища. Это были возводящиеся дома рядом с Комаровским рынком, которые в народе называют «кукурузами». «Потом отправляли на завод железобетонных изделий. У нас, на башенных кранах, в целом работа такая, что сегодня здесь, а завтра на другом объекте, потому что стройка закончилась. И мне это всегда нравилось — никогда не было однообразия», — сказала Лилия.
Зачастую стройки идут круглосуточно, и башенный кран не стоит без дела и по ночам. Работать приходится по сменам. «Сменщик всегда рассказывает, были ли какие-то неполадки во время работы, на что нужно обратить внимание. Затем я делаю записи в журнале, а мастер — запись о том, что работу крана он разрешает. Даёт после этого задание, что вот у нас сегодня нужно сделать то-то и то-то. Если сменщика нет, то сама кран осматриваю. И потом начинается работа», — поделилась крановщица.
Последние 10 лет Лилия Искренкова работает на «Минскметрострое». «Строим метро для города. Здесь мне тоже нравится», — говорит она.
Преодоление высоты у Лилии случилось ещё во время учёбы, когда их группу повели на экскурсию на башенный экран, чтобы познакомить с будущей профессией. Учащимся предложили залезть на кран. Юная Лилия, справившись со страхом, оказалась в числе первых желающих покорить высоту.
«Был у меня ещё период, когда я долгое время не работала на башенном кране. А работала на козловом, на быстромонтируемом. А потом, где-то в 2007—2008 годах, отправили на башенный кран на строительство гостиницы «Виктория». После такого длительного перерыва я уже сомневалась, что справлюсь с высотой. Но решила попробовать: если я не смогу уже залезть, то и не полезу, пойду тогда на кран пониже. И вот я лезла, наверное, около часа — пролезу несколько секций, остановлюсь, понимаю, что дальше мне страшно. Думаю, ну всё, позвоню руководству, что я лучше пойду. Но руководство трубку не поднимало. Оказалось, что это у них был такой тактический ход. В итоге, преодолев весь этот страх, залезла. А там села и руки сами вспомнили, что куда и какие рычаги поворачивать», — вспоминает крановщица.
Высота кранов бывает разная. Сейчас Лилия Искренкова работает на 36 метрах. И каждый раз в кабину нужно подниматься по лестнице — никаких подъёмников или лифтов нет. «Знаете, мне кран многое заменил. Мне нравится ощущение высоты. Когда есть свободная минутка, то невозможно не заметить простор вокруг. Ну а какая красота там открывается!» — восхищается она.
Оглядываясь назад, женщина говорит, что ни о чём не сожалеет. «Да, поначалу было немножко обидно, что после стольких лет в музыке пришлось кардинально менять жизненный и профессиональный путь. У нас тогда и гастролей было много, мне нравилось. А теперь думаю: даже хорошо, что так вышло. Потому что потом всё равно пришлось бы каждый раз выбирать: гастроли или семья. А здесь я выбрала только то, чтобы на стройках в Минске работать и всегда быть рядом с семьёй, детьми, а теперь и внуками», — отметила Лилия.
С мужем женщина познакомилась на стройке — он работал столяром. В 2005 году его не стало, и женщина сама растила троих детей — двух дочерей и сына. Дети берут с мамы пример многодетной семьи — у старшей дочки и сына по трое детей, у второй дочери пока двое.
«Дети всегда с гордостью говорили, что их мама — машинист башенного крана, хоть и переживали за меня всегда, что я на высоте почти каждый день. Но они знают: я люблю эту работу, поэтому никогда не настаивали на её смене», — сказала Лилия.
Фото пресс-службы
Федерации профсоюзов Беларуси и из личного архива Л. Искренковой.