О венских балах и югославских боях

Почему бы не начать корреспонденцию с эпизода, самого по себе довольно ординарного, в меру курьезного, однако позволяющего сориентироваться в шкале приоритетов австрийского истеблишмента?

...Кто бы мог подумать, что заботливо проанонсированное открытие выставки «200 лет венской бальной культуры» придется на тревожное утро — накануне ночью первые бомбы и ракеты НАТО обрушились на мирно спавший Белград, начав отсчет часов балканской войны. Такие новости могли означать одно: отныне рабочий пульс деятельности в австрийских внешнеполитических и уж тем более военных ведомствах должен забиться учащенней.

Поэтому, переступив порог выставочного зала дворца в крошечном городке Мархфельд, я испытал чувство, близкое к изумлению: собственной персоной зарубежных и австрийских журналистов встречал... федеральный министр обороны Вернер Фасльабенд. Что за наваждение! В соседней стране воют сирены воздушной тревоги, ракетно-бомбовыми ударами разрушаются заводы и жилые дома, а глава венского военного ведомства отправляется за полсотни километров от столицы открывать выставку о балах.

Мое недоумение несколько развеял знакомый австрийский репортер. Дело в том, пояснил он, что герр министр помимо исполнения основных обязанностей является еще и президентом Мархфельдского общества замков. Выслушав приветственную речь Фасльабенда, публика растеклась по залам. В одном из них и состоялся наш краткий диалог.

— Вы полагаете, герр министр, что военная акция НАТО сегодня продолжится?

— Непременно!

— Но в таком случае вы согласны, что Европу ждут большие заботы и осложнения?

— Так точно! Наверняка...

Ну, как говорится, и на том спасибо австрийскому министру, что смотрит фактам в лицо. Но почему же он, прошедший в коалиционное правительство от консервативной народной партии, является тогда поборником вступления Австрии в альянс, который столь безоглядно взялся ныне исполнять функции мирового жандарма? Его предшественников на министерском посту, коих мне доводилось знать — скажем, кадрового генерала Лютгендорфа,— более устраивал статус нейтральной Австрии.

Что же касается безмятежности, с которой в столь тревожный день министр обороны отправился на открытие выставки венской бальной культуры, я могу лишь высказать свое субъективное мнение. Фасльабенду, очевидно, милей находиться под натовским зонтиком. Так спокойнее, хотя — и с этим он согласен — военный альянс подвержен влиянию сил, которых с полным основанием можно отнести к радикальному, мягко говоря, крылу политиков.

Вернувшись в Вену и проштудировав свежие газеты, я убедился, что на их страницах безмятежностью и не пахло. Драматический накал репортажей и комментариев был обусловлен уже тем, что передавались они прежде всего из Белграда, население которого в большинстве своем провело бессонную ночь в бомбоубежищах, а город понес первые и совсем немалые жертвы.

Даже мимолетное ознакомление с газетными аншлагами давало ясное представление о накале страстей. «Бомбы НАТО падают на Югославию»,— значилось на первой полосе обычно сдержанного официоза «Винер цайтунг», а рядом с заголовком мрачно маячила тень американского бомбардировщика В-52. Опубликованный здесь же комментарий «Дебаты о пролетах» поднимал отнюдь не новую, но неизменно актуальную тему попыток полулегального нарушения воздушного пространства Австрии натовской авиацией. На сей раз внимание редакции привлекли попытки двух правых партий — народников и «свободников» — поудобнее приспособить к сложившимся условиям положения закона о постоянном нейтралитете. Кстати, ту же тему и в тот же день подняла другая австрийская газета — «Зальцбургер цайтунг». Заголовок ее комментария был более категоричен: «Пролеты натовских самолетов нежелательны». Уж коли мы взялись «нанизывать» заголовки, то упомянем еще пару: «Сербы на острие натовских бомбардировок» (венская «Кронен цайтунг») и «Бомбы на Сербию» (венская «Курир»).

Ни в австрийских, ни в германских газетах не стало фигурой умолчания первое, наиболее резкое по тону заявление Ельцина. Однако в оценках обозревателей сквозила мысль о показном характере президентской резкости — чувствовались в ней раздраженность, уязвленное самолюбие человека, похвалявшегося дружбой с Биллом, Гельмутом, Жаком. Теперь-то «кремлевский простак» с горечью понял, что все они оказались дружками до черного дня.

Давало о себе знать еще одно, не менее характерное наблюдение. Борис Ельцин хватался за резкие выражения как за спасательный круг. Развитый инстинкт власти подсказывал ему, что спасти лицо внутри России можно лишь используя сильные обороты речи. В этом занятии он и пытался преуспеть. Характерно, что подобный поиск спасения собственного реноме лихорадочно, в еще более популистских, клоунских формах вел Жириновский. Остается добавить, что первый шел путем трагедии, уделом второго всегда оставался фарс.

После информационного взрыва, порожденного началом натовской агрессии и носившего эмоциональную окраску, значительная часть европейских СМИ достаточно быстро стала переходить к более глубоким наблюдениям и анализу событий. Четко выражена эта тенденция на страницах влиятельной германской газеты «Зюддойче цайтунг». Вот один из последних ее номеров. Первая полоса отдана новостям вокруг косовской проблемы. Общий аншлаг — «НАТО продолжает удары по сербам». Подзаголовки — «Натовский генсек Солана: операция будет длиться много дней»; «Россия и Китай требуют положить конец бомбардировкам»; «И все-таки Москва исключает свою экстремальную реакцию». На второй полосе дается «бухгалтерия» косовских событий — иными словами, счет потерям, нанесенным ракетно-ядерными ударами.

Однако изюминкой этого номера «Зюддойче цайтунг», бесспорно, является статья публициста Кристофа Швеннике «Все поменяла одна ночь». С тонкой иронией он пишет о том, что на дискуссиях в бундестаге вновь испеченный министр обороны социал-демократ Рудольф Шарпинг уже витийствует целиком в пользу планов НАТО, а вот его предшественник христианский демократ Фолькер Рюэ поставил себя в альянс с красным деятелем из Партии демократического социализма Грегором Гизи. (Рюэ, оказывается, стал требовать вывода немецких солдат из Македонии, поскольку основания для их размещения ныне отпали). Ну и ну, резюмирует автор, бывший «ястреб» шагнул теперь в первый ряд «голубей» и оказался рядом с представителями левой оппозиции!

Есть отступники от антивоенной позиции в лагере «зеленых», входящих ныне в коалиционное правительство ФРГ. Впрочем, у них нашлись суровые оппоненты в собственных партийных рядах. Это под сводами бундестага прозвучали на днях мужественные слова депутата от Союза «зеленых»-90 Кристиана Штробеле: «Мне стыдно за мое отечество, которое теперь снова ведет войну».

Похоже, вал критики в адрес «ястребов» любой окраски с каждым днем будет нарастать на страницах газет и телеэкранах Запада. Конечно, разная заточка будет у критических стрел. Но даже те из журналистов, кто не питает симпатий к сербам и их национальным лидерам, проявляют реализм. Только что на страницах венской бульварной газеты «Кронен цайтунг» комментатор Курт Зайниц опубликовал эссе, вызвавшее немалые пересуды в стране. Он задается вопросом: каким окажется конец военной акции? Далее следует авторское предостережение почти апокалиптического свойства: сербы — это исторически мировой чемпион в принятии иррациональных решений, в своей страсти испытывать страдания, и решимость сербской души способна на многое.

Новую пищу по косовской теме, похоже, дала высадка «новорусско-реформаторского» десанта на югославскую землю. Пищу для убийственной иронии и насмешек. Помните легендарного Мальбрука? Так вот нынешний «коллективный Мальбрук» в составе Гайдара, Немцова и Бориса Федорова тоже в поход собрался и тоже наелся кислых щей. Для храбрости, наверное, или по совету оставшегося в обозном тылу Чубайса. Что случилось в походе с подлинным Мальбруком — общеизвестно. Что ожидает нынешнего — гадать не приходится. Конечно, то же самое. Надо полагать, господа реформаторы прихватили с собой запасное белье? Ибо первые вести из Белграда были суровы: уже ранним утром 29 марта оперативный телетекст, а затем и телевизионные комментаторы ведущих западных каналов сообщили о провале миссии.

В самом деле, зачем же принимать сербам в своем доме «пятую колонну»?