Киев манипулирует общественным мнением
Празднование третьей годовщины Майдана на тёмных улицах Киева в подсветке файеров и факелов напоминало какую-то средневековую мистерию.
НАЧАЛОСЬ всё с «разминки», когда около полутора тысяч человек — активистов так называемого гражданского корпуса «Азов» и представителей ряда патриотических организаций — прошли маршем от площади Независимости до здания Генеральной прокуратуры.
По пути националисты остановились у здания администрации президента, где передали Петру Порошенко свои требования, в частности, о завершении военной операции в Донбассе. При этом они выступили против выполнения минских соглашений.
Когда стемнело, митинговавшие подожгли несколько автомобильных покрышек на площади Независимости. В итоге территория оказалась сильно задымлена. Собравшиеся там около тысячи националистов с флагами радикальных организаций «Правый сектор» и «Белый молот» заявили, что сделали это для того, чтобы власть не забывала Майдан. Затем началось так называемое вече участников «революции достоинства», завершившееся столкновениями с полицией.
После вече протестовавшие непонятно против чего стали расходиться с площади, приступив к погромам. Для начала был разгромлен один из офисов в центре Киева, на Большой Васильковской, 23 Б. В толпе были уверены, что это офис лидера «Украинского выбора» Виктора Медведчука. Радикалы разбили окна на первом этаже, а заодно и в расположенном рядом салоне красоты, а также в адвокатской фирме. Из-за брошенных в окна дымовых шашек начался пожар, который пытались потушить прибывшие спасатели. Сами радикалы были не до конца уверены, что разгромили офис именно Медведчука. «Могли и ошибиться», — признался один из вожаков. Тем не менее, получив удовлетворение, толпа отправилась обратно на площадь Независимости, выкрикивая неонацистские лозунги, разбивая стёкла в домах.
Часть митинговавших после расправы с офисом отделилась от толпы и приступила к разгрому отделения Сбербанка России на площади Льва Толстого: разбила витрины, выломала входные двери. Самые шустрые ворвались внутрь, сокрушая всё, что попадалось под руку. К половине десятого вечера протестный энтузиазм иссяк, и толпа полностью рассосалась.
На площади остались полиция, нацгвардия да около сотни зевак. Радикальные элементы, участвовашие в погромах, разбредаясь кто куда, роптали, что мало побушевали, нужно бы ещё. В ходе такого рода протестных акций в центре Киева во время официального Дня достоинства и свободы за медпомощью обратились 10 человек. Нескольких участников митинга забрала «скорая помощь».
«Представители праворадикальных организаций, принимавшие участие в разгроме офиса Виктора Медведчука и здания Сбербанка, проявили высокую политическую сознательность», — заявил позже один из депутатов Верховной Рады Андрей Левус, в прошлом — экс-заместитель главы СБУ. Такие образцы солидарности на Украине попирают любые нормы, естественные для нормального общества, — уважение к жизни человека и чужой собственности.
«Это была наша акция, посвящённая третьей годовщине Революции Достоинства. В перечне наших требований было два основных: первое — отпустить всех политзаключённых. Сейчас за решёткой находятся более 200 патриотов и добровольцев, чьи дела сфабрикованы. И второе — убрать из переговорного процесса по обмену пленными Кучму и Медведчука», — заявил лидер ОУН Николай Коханивский. «Это была наша совместная акция с ОУН, «Чёрным комитетом», «Белым молотом», УНСО», — подтвердил спикер «Правого сектора» Артём Скоропадский.
Происшедшее в Киеве вечером 21 ноября — не редкость. За два дня до этого в Одессе неизвестный преступник бросил «коктейль Молотова» в здании торгового центра «Афина». В момент возгорания там находились 17 человек. Пострадали три женщины, с ожогами различной степени тяжести их госпитализировали прибывшие бригады «скорой помощи». В итоге помещение общей площадью около 200 квадратных метров выгорело полностью.
А ночью 22 ноября в Киеве, по данным правоохранителей, на территорию, прилегающую к зданию телеканала «Интер» по улице Дмитриевской, неизвестные бросили бутылки с зажигательной смесью. Начался пожар.
ПОСЛЕ акций многие в Киеве заговорили о странной реакции правоохранителей на погромщиков. Полиции в тот вечер в центре города было очень много. Накануне погрома они жёстко пресекли попытки радикалов пронести покрышки на площадь Независимости, а потом перекрыли Крещатик. Большое число правоохранителей сопровождало «правый марш» и до офиса «Украинского выбора». А возле здания Сбербанка кордона правоохранителей вовсе не было, несмотря на то, что за 15 минут до погрома вожди радикалов в мегафон прямо огласили свои намерения, заявив, что «если где-то по пути попадётся российский банк, то можно разгромить и его».
Некоторые политические эксперты считают главной причиной допущенных погромов в центре Киева желание показать всему миру, какая есть альтернатива сегодняшней украинской власти.
«Дали возможность этим ребятам побунтовать, пошалить, — отметил политолог Вадим Карасёв. — Но понятно, что это не случайно. Это такой намёк: посмотрите, кто является настоящей альтернативой нынешней власти. Это не Тимошенко, не Ляшко, не «Оппозиционный блок». Альтернатива только такая — хаос, нестабильность, анархия, радикалы, националисты».
В целом же акции протестов 21 ноября оказались крайне малочисленными. Они показали, что Украина превращается в полицейское государство, и власть прилагает для этого все усилия.
Один из политологов, директор Национального института стратегических исследований Андрей Ермолаев, отметил, что «общество готово к протестам», «но есть страх повторить очередной неудачный Майдан и ещё раз разочароваться в политиках-спекулянтах».
Эксперт отметил, что власть работает на опережение и постоянно манипулирует общественным мнением для подавления массовых протестов. «Политики, чтобы избежать массовых протестов, две недели обсуждают план «Шатун». Твердят, что Россия собирается дестабилизировать ситуацию на Украине, чтобы добиться досрочных выборов и смены внешнеполитического курса страны. Это и есть неототалитарный режим — запугать людей и не допустить растущих социальных протестов. Один из выходов — досрочные парламентские выборы», — считает Ермолаев.