Женщины Кабула ждут чуда
«Это одно из последних мест в столице Афганистана, где женщины могут встречаться вне дома, некий пузырь свободы и даже фривольности, где все смелые нововведения, похоже, пока ещё разрешены. Несмотря на угрозы со стороны «Талибана»*, Мохадесса пока держится — не закрывает свой салон красоты. Её клиентки устремляются через неброский фасад здания, на котором все «плакаты» закрашены белой краской. После того как тяжёлая пурпурная бархатная занавеска преодолена, хиджабы, абайи и никабы складываются в угол. Патрули талибов в нескольких метрах отсюда уже кажутся принадлежащими другому миру», — пишет журналистка французской газеты «Фигаро» Камилла Ламбло.
«32-летняя предпринимательница Мохадесса, с длинными зачёсанными волосами и бровями в стиле Ким Кардашьян, не смогла решиться на то, чтобы уйти из бизнеса. И на то, чтобы нанести удар двадцати девушкам, которые на неё трудятся, — указывает автор статьи. «Мы не хотим бросать нашу работу, которую так любим. А афганскому обществу как никогда нужны работающие женщины. Многие наши сотрудницы обеспечивают существование своих семей», — сказала Мохадесса корреспонденту агентства Франс Пресс.
«При прежнем режиме талибов (1996—2001 гг.) салоны красоты были запрещены, и за показ накрашенных ногтей из-под бурки женщинам грозила ампутация пальцев. С момента своего возвращения к власти в середине августа нынешнего года фундаменталисты утверждают, что они «модернизировались». Но это не помешало некоторым талибам заявить по телевидению, что аромат духов или стук каблуков считаются харамом (непристойными). Два-три месяца спустя всё ещё есть некоторая неясность по поводу содержания и применения их религиозных указов, — отмечает издание. — Поэтому Мохадесса осторожно пользуется этим просветом, опасаясь, конечно же, как и многие, внезапного ужесточения: «Могу вам сказать, что все приходят на работу в страхе, особенно при открытии салона».
«Пришедшая утром в салон прихорошиться перед свадьбой сестра невесты, учительница английского языка Фархунда с радостью говорит: «Это мой первый настоящий выход в свет с конца августа». Под толстым слоем теней для век один её глаз остаётся неподвижным. «Я потеряла левый глаз в результате нападения талибов на мою школу. Мне есть что сказать, но сегодня праздник, давайте не будем о них говорить», — она резко прекращает беседу.
«Культура женской красоты является для нас оплотом против экстремизма, будь то мода, макияж или парикмахерское дело», — объясняет Мохадесса. «Я верю в сопротивление», — добавляет Марва (имя изменено), миниатюрная 22-летняя женщина, пришедшая сделать озорную стрижку, открывающую уши, — энтузиастка моды, которая недавно закончила обучение дизайну одежды в Индии. «У нас в Афганистане такая изящная, красивая, колоритная мода, а теперь мы всего лишь призраки».
Впрочем, даже независимо от одежды, то, что придаёт женщине всю её красоту, — это прежде всего улыбка. А когда её больше нет, тут уже ничего не поделаешь», — сетует молодая женщина, которой пришлось остановить свой проект первой школы моды в своей стране», — повествует журналистка.
«В перерывах между редкими восторженными отступлениями в салоне красоты Марва говорит, что ждёт «чуда», чтобы возоб-новить свои проекты. Фархунда думает о том, чтобы вернуться к преподаванию. А Мохадесса опасается за свою жизнь. В своём телефоне она показывает снимок письма-угрозы со штампом министерства по распространению добродетели и искоренению порока, основанного «Талибаном»*, которое, по её словам, она получила в салоне красоты. «Если талибы не начнут угрожать мне, приставив нож к горлу, я, — цитирует газета Мохадессу, — буду упорствовать, мы останемся здесь».
* Организация, запрещённая в РФ.