О бедном Денисыче замолвим слово

О бедном Денисыче замолвим слово

№119 (31179) 28 октября 2021 года
3 полоса
Автор: Михаил КОСТРИКОВ.

Новое российское кино «порадовало» выпуском в прокат фильма «Иван Денисович». Как нетрудно догадаться, литературной первоосновой послужил известный рассказ Александра Солженицына. Вернее, скажем так, должен был послужить. А что получилось на выходе? Давайте посмотрим.

Автор этих строк принадлежит к тому поколению, которому уже поневоле довелось столкнуться с солженицынской «нетленкой» в школе. Особого впечатления она не произвела. Рассказ как рассказ, а антисталинская позиция автора не была секретом задолго до прочтения. Иное дело, что намного позже, после вынужденного знакомства с другой продукцией иконы диссидентского движения, возник вопрос: один ли человек это писал или разные? То, что вышло из-под пера Солженицына на Западе, без малейшего сомнения оставило впечатление банальной графомании, но «Один день Ивана Денисовича» — всё же не совсем.

Ответ нашёлся у писателя Владимира Бушина. В своей критике Солженицына он пояснил, что с ранними его произведениями советской редактуре пришлось много помучиться, чтобы привести их в удобоваримый для печати вид. Западные друзья Александра Исаевича так сильно заморачиваться не стали, потому-то «на свободе» графоман и расправил плечи. Вот и получилось, что «Один день…» хотя бы физически нетрудно прочитать, потому что он написан по-русски и грамотно. А вот с остальным литературным наследием Солженицына — проблемка…

И это знаковое и для самого автора, и для всей либеральной братии произведение попало в руки современных отечественных киноделов — естественно, при поддержке министерства культуры и телеканала «Россия 1». Режиссёром и сценаристом выступил Глеб Панфилов. От автора «шедевров» вроде «Романовы. Венценосная семья» и «В круге первом» многого не ждёшь, но всё же в этот раз он сумел удивить по-настоящему.

С первых минут фильма начинают обуревать сомнения: что происходит на экране и где тут, собственно, Солженицын? Да, кино снято «по мотивам», но ведь и мотивов-то особо не видно.

Панфилов решает поразить зрителя, читавшего рассказ, сразу: крестьянин Иван Денисович Шухов в исполнении Филиппа Янковского оказывается героем-артиллеристом, оборонявшим Москву в 1941 году. Тут можно было бы увидеть отсылку к биографии самого Солженицына, но она оказывается весьма неточна, потому что артиллерийское училище будущий диссидент окончил только в ноябре 1942 года, когда гитлеровцев от Москвы уже отбросили, а на фронт попал и вовсе в марте 1943-го.

Итак, в фильме в начале ноября 1941 года Иван Шухов получает на заводе дивизионную пушку ЗиС-3. Тип орудия зачем-то прямо назван в фильме, хотя можно было бы ограничиться условным «новая пушка» или арендовать на «Мосфильме» вполне подходящую «сорокапятку». Дело в том, что ЗиС-3 начали производить в конце декабря 1941 года, и попала в войска она уже в 1942-м. Вооружённый пушкой из будущего, Денисыч принимает участие в военном параде 7 ноября 1941 года на Красной площади. В фильм включены документальные кадры, на которых по брусчатке, как и положено, катятся за тягачами дивизионные пушки УСВ, а никаких ЗиС-3 нет и в помине. На этом фоне Денисыч со своей техникой воистину уникален!

Пересказывать фильм в рецензии — последнее дело, но здесь придётся сделать исключение. Отправившись на фронт, Денисыч со своей чудо-пушкой громит по случаю немецкую танковую колонну, но получает контузию и попадает в плен. Гитлеровцы показаны так, как и положено в современном российском кино: это отважные и суровые арийские воители, но всё же несколько жестокие. Пленных они отправляют разминировать дорогу, правда перед этим один из офицеров милостиво оставляет Шухову фотографию его семьи. А то как же: фашист — он ведь тоже человек! В общем, пока всё идёт так, как и предписано нынешними антисоветскими пропагандистскими шаблонами по тематике Великой Отечественной. Однако где же тут «Один день…»?

В то время, пока зритель гадает, пленные один за другим подрываются на минах, а Денисыча снова только контузило. Очнувшись, он видит перед собой девочку, нет — ангелочка в платочке и полушубке, который протягивает ему ручку и невредимым проводит его через мины, а один из уцелевших его товарищей идёт за ними след в след и тоже спасается. Гитлеровцы смотрят в восхищении и пристрелить выживших не пытаются. Почему? А они пообещали оставшихся в живых отпустить. Арийцы своё слово держат — вот так!

В довершение выясняется, что противоминную девочку-ангелочка не видел никто, кроме самого Денисыча. Занавес. Первый акт окончен. Зрители пребывают в недоумении: что они сейчас увидели?

Можно быть атеистом и, тем не менее, уважать чужую веру. Умело её уважать и советское искусство. Вспомним эпизод у Михаила Шолохова, когда в «Они сражались за Родину» Иван Звягинцев молится в окопе под артобстрелом. Он показан и в экранизации Сергея Бондарчука. У кого повернётся язык осудить или высмеять эту сцену?

Но подход, который мы видим в «Денисыче» Глеба Панфилова, — это не про веру, а про дремучий бытовой мистицизм. Это байки для экзальтированной публики, про которую предки говорили: «Заставь дурака богу молиться — он лоб расшибёт». И пародию на этот чудесный проход по заминированной дороге уже сняли, причём на полвека раньше выхода в прокат «Денисыча». Это сделал Леонид Гайдай в «Бриллиантовой руке» в сцене, где Гешка топает с трусами Лёлика на палке за «идущим по воде» мальчиком. И если Панфилов считает нужным показывать верующих людей именно так, то, как опять же говорили предки, бог ему судья.

Смотрим кино дальше. Денисыч с товарищем выбирается к своим, но вскоре попадает в руки «бесчеловечных советских карательных органов». Любому либералу же известно, что всех пленных Сталин приказал из немецких концлагерей пересадить в ГУЛАГ. Правда, в современной исторической литературе можно легко найти такие данные: из гитлеровского плена освободились около 1,8 млн советских военнослужащих, из них 354,5 тыс. были подвергнуты проверке органами НКВД в спецлагерях. По её результатам были арестованы 11,5 тыс., ведь в плену все вели себя по-разному и среди бывших пленных, как ни странно это слышать либералу, встречались и нацистские пособники. Все остальные успешно прошли проверку и отправились кто в армию, кто в промышленность или науку, а некоторые даже в войска НКВД. Но Глебу Панфилову книжки читать не нужно, потому что он, видимо, точно знает: посадили всех, кого не расстреляли.

Судьбу Денисыча скоро и неправо решает товарищ майор (ну кто же ещё-то!), сидящий под портретом Сталина. В историю про девочку-миноискатель, которая, оказывается, ещё и имела облик старшенькой дочки нашего героя, товарищ майор почему-то не верит. Простите великодушно, а кто, кроме самого Глеба Панфилова, в это поверит-то? Товарищ майор ироничен и сообщает, что отправляет Шухова и его сослуживца по разным «санаториям», так как уверен, что в плену их завербовали. Но фотографию семьи напоследок тоже возвращает Денисычу — всё же советский офицер, по мнению Панфилова, не хуже фашиста.

Притормозим на секундочку. Прошло полчаса экранного времени, треть фильма. До литературной первоосновы мы так и не добрались, но посмотрели байки про «чудеса» и экранизацию антисоветских анекдотов про «кровавую гэбню» и «товарища майора».

Но вот режиссёр всё же решает показать нам лагерный барак, на дворе уже 1951-й, а Денисыч беседует с соседом-баптистом о том, как правильно молиться. Внутри ёкает: диалог такой действительно был в рассказе, но в самом конце. То есть когда автор фильма всё же добрался до первоисточника, он перевернул его задом наперёд?

Куда там! Всё ещё интереснее: Панфилову не до Солженицына, он творит сам. Жену Денисыча, с которой тот в рассказе переписывался, он зачем-то уморил, а дочек отправил в детдом. Умиляясь до слёз, читает зэк письмо от уже семнадцатилетней старшенькой Лизаньки. Выясняется, что она «ждёт ребёночка» от своего бригадира Егора по фамилии Наливайкин (как же ново и остроумно, браво, мэтр!), которого очень любит и у которого есть три сына, два из которых уже взрослые.

Может кто-то объяснить, зачем это всё нужно? Что хотел показать этой сценой, которой в рассказе нет и в помине, автор фильма? Что вдобавок ко всем прочим бедам у Шухова ещё и дочка — малолетняя дура? А кому-то может показаться, что на самом деле это у Панфилова какие-то свои проблемы на старости лет.

Отсебятина тем временем не отпускает режиссёра, и литературный первоисточник забыт окончательно, а незримый Солженицын где-то в сторонке грустит о незавидной судьбе своего произведения. Заключённые вслух читают «Правду», охрана ведёт между собой диалоги, вскрывающие её гадкую суть, зэк-баптист громко и долго молится. Кино неимоверно затянуто, никакой динамики нет, всё это просто физически трудно смотреть, потому что банально не знаешь, куда себя деть, пока действие провисло, а на экране крупным планом показывают рот зэка, который, чавкая, уплетает баланду.

Наконец мы переносимся на стройку. Но хоть здесь-то режиссёр повернётся лицом к автору рассказа? Увы и ах, за исключением пары диалогов — нет. Панфилов продолжает придумывать. Денисыч со товарищи не просто что-то там строят. «Созданное здесь ошеломит весь мир полётами в космос», — сообщает закадровый голос, и не пытайтесь найти это в оригинале рассказа. В общем, режиссёр намекает, что всем хорошим, включая полёт в космос, Советская страна обязана ГУЛАГу. Глеба Анатольевича хочется спросить: не был ли случайно и Юрий Гагарин зэком, но боязно это делать: а вдруг он скажет, что вместе с первым космонавтом на «Востоке» заградотряд летал и только поэтому он не удрал из «совка» на космическом корабле?

Казалось бы, некуда уже, но дальше — больше. Панфилова не остановить. Происходит самоубийство зэка — в прошлом большого начальника, который не выдержал своего личного краха. Семнадцатилетний школьник делится с Денисычем тем, что его посадили за дерзкий вопрос на уроке истории, а его мама от горя умерла. Зэк-прибалт в рассказе был, даже двое, но Панфилов придумал, что один из них взял на себя вину брата, потому что у того одна почка и четыре ребёнка.

Ясно, что разбушевавшаяся панфиловская фантазия пытается навязать зрителю идею о том, что все сидят безвинно и по произволу, но даже у Солженицына эту мысль получилось включить в произведение как-то менее карикатурно. А знаете что? Мы так тоже можем пофантазировать. Вот, к примеру, однажды один колхоз не выполнил норму по трудодням. За это НКВД всех колхозников арестовал и посадил в ГУЛАГ, а колхозный трактор за саботаж по личному приказу Берии вообще расстреляли — из танка… Что, скажете, хуже получается, чем у мэтра Панфилова?

И тут происходит апофеоз: чудо с мастерком! Да-да, именно так. В конце рабочего дня, торопясь закончить кирпичную кладку, Денисыч роняет «неучтённый» и потому особо ценящийся бригадой мастерок. И вдруг над кладкой возникает чья-то рука и подаёт упавший с приличной высоты инструмент. Денисыч этого будто и не заметил, всё доделал, но теперь ему надо догонять своих. Он выбегает из строящегося заводского корпуса и натыкается на жену Глеба Панфилова Инну Чурикову в образе старицы. Они общаются, и тут до Денисыча доходит, что мастерок ему подала именно она. В изумлении он восклицает: «Высоко ведь, метров восемь!» «А бог его знает…» — отвечает ему старица-Чурикова, блаженно улыбаясь и моргая оловянными глазками.

После этой сцены возникает стойкое подозрение, что и пушка из будущего в начале фильма — это не глупый «косяк», когда исторического консультанта вовремя не спросили, а тоже глубокий авторский замысел, который по своему скудоумию не постигли всякие знатоки военной истории. А вдруг чудо-пушку Денисычу вручила та же высшая сила, что и через мины провела, и мастерок за восемь метров подала? И остаётся только вопрос: почему эта сила не расщедрилась на противотанковый ракетный комплекс с лазерным наведением? Интереснее же было бы!

Просветлённый общением со старицей, Денисыч вприпрыжку мчится за отрядом зэков под возвышенные звуки мужского хорового пения, а закадровый голос вещает: «Он ощутил вдруг необычайный внутренний прилив энергии, как будто поел досыта домашней пищи и хорошо выспался. Как будто двадцать лет ему». И снова даже не пробуйте отыскать этот текст в солженицынском рассказе — тут другой мастер постарался.

Нет, друзья мои, это уже даже не Гайдай, это «Праздник святого Иоргена». Я, конечно, тоже Солженицына не люблю, но не понимаю, за что Панфилов так обошёлся с ним и его авторским замыслом? Зачем так глумиться-то, Глеб Анатольевич? Это ж не по-христиански уже выходит. От рассказа и его главного героя Ивана Денисовича Шухова в фильме остались только имя, отчество и фамилия.

Такое вот кино, на которое, к слову, потратили 170 млн рублей. В кинопрокате «Иван Денисович» провалился, собрав около 13 млн рублей, и, честно говоря, другого ожидать было бы странно. Рейтингами фильм тоже похвастать не может: 6,2 из 10 на российском «Кинопоиске» и 6,4 из 10 на западном IMDB.com. Отечественные и зарубежные зрители почти солидарны в низкой оценке, что бывает далеко не всегда. Глебу Панфилову, конечно, никто не запрещает считать себя мэтром кино, но его самоощущение входит в очевидное противоречие с реальностью.

Можно констатировать, что современный российский кинематограф грохнулся до такого уровня, когда он не может не испоганить произведение, даже если речь идёт о столь любимом нашей правящей верхушкой Солженицыне. И обижаться власти здесь абсолютно не на кого, кроме самой себя: так происходит, господа, потому что вы везде и всюду нанимаете верных, а спрашивать с них пытаетесь, как с умных.

Просмотров: 998

Другие статьи номера

И волжская вода встала стеной на пути врага

К 80-летию Битвы под Москвой

«30 сентября — 2 октября гитлеровцы нанесли сильные удары по нашим войскам, прикрывавшим московское направление. Все три наших фронта вступили в тяжёлое, кровопролитное сражение. Началась великая Московская битва, — пишет в книге «Дело всей жизни» Маршал Советского Союза Александр Василевский.
В честь героев-освободителей
Город Мелитополь Запорожской области называют ключом от Крыма. В его окрестностях на немецкой укреплённой линии «Вотан» (названной гитлеровцами в честь скандинавского бога Одина) развернулось грандиозное сражение, которое завершилось победой Красной Армии.
Учить, а не навязывать
Департамент эстонского языка выписал тысячи штрафов работникам детских садов и школ с русским языком обучения в северо-восточном уезде республики Ида-Вирумаа. Об этом, как сообщает информ-агентство «Регнум», главный редактор интернет-портала stolitsa.ее А. Чаплыгин написал на своей странице в «Фейсбуке».
Русофобская упёртость
Пандемия коронавируса, казалось бы, должна была отодвинуть в Латвии на задний план неуёмное стремление местных властей изжить русский язык. Латвия — страна небольшая, и надо отдать должное её медикам, которые используют в целях скорейшей вакцинации населения, естественно, плюс к агитации в СМИ личные — с именем и фамилией человека — приглашения прийти в соответствующие пункты. Надо сказать, что наработанная практика рассылки на дом личных приглашений уже есть — например, беременным женщинам. Решено было применить её и в период пандемии COVID-19.
Боливия обеспечивает образование всем
Правительство Многонационального Государства Боливия заявило, что его учреждения гарантируют образование детям и молодёжи, обучающимся в стране. Государство вернуло это право нашим студентам и теперь выполняет такие задачи, как гарантии учебников для них, добавила заместитель министра связи Габриэла Алькон по случаю Дня студента.
Выбор для самых бедных

Аналитики Болгарского народного банка понизили прогноз роста валового внутреннего продукта республики до конца нынешнего года.

Радио Болгария, ссылаясь на официальную информацию, сообщило, что макроэкономические показатели основных индексов упадут и составят лишь 3,9%, и процитировало документы банка: «Причиной этого являются сразу несколько факторов, включая отсутствие полномасштабного финансирования инфраструктурных проектов, а также относительно слабое освоение уже выделенных Евросоюзом средств».

ПУЛЬС ПЛАНЕТЫ
ВАШИНГТОН. Американский регулятор рекомендовал применение вакцины от коронавируса «Файзер» для детей от 5 до 11 лет. Использоваться при этом будет меньшая доза препарата. По мнению специалистов, польза от этой меры превышает возможные риски. Такое решение открывает путь к иммунизации 28 млн несовершеннолетних в США, примеру которых могут последовать и другие страны.
Рабочие борются за выживание
Казахстан переживает взрывной рост цен, сильнее всего бьющий по малоимущим гражданам. Реакция властей не выходит за рамки рыночного курса, что способствует углублению неравенства и подогревает возмущение трудящихся.
Женщины Кабула ждут чуда
«Это одно из последних мест в столице Афганистана, где женщины могут встречаться вне дома, некий пузырь свободы и даже фривольности, где все смелые нововведения, похоже, пока ещё разрешены. Несмотря на угрозы со стороны «Талибана»*, Мохадесса пока держится — не закрывает свой салон красоты.
Коронавирус бьёт по детям
ЮНИСЕФ (Детский фонд ООН) предупреждает: пандемия COVID-19 может крайне негативно отразиться на психическом здоровье детей и подростков. В обнародованном на днях докладе организации подчёркивается, что последствия ограничительных мер, повсеместно введённых для сдерживания распространения смертоносной болезни, могут ощущаться на протяжении долгого времени — многих лет и даже десятилетий.
Все статьи номера