Зачистка огнём
Через четыре года после ликвидации самого большого пожара на Театральном спуске в г. Ростове-на-Дону судебная экспертиза выяснила, что главный вещдок — электропроводка компании «ДонЭнерго», вызвавшая короткое замыкание, — не имеет никакого отношения к очагу возгорания.
Пожаром 21 августа 2017 года было уничтожено 127 частных домов и много нежилых строений, 592 жителя утратили имущество, медицинская помощь была оказана 60 пострадавшим, 9 человек госпитализированы, один человек погиб. Всем без исключения погорельцам, по отчётам чиновников, начаты выплаты от 20 тысяч до 100, 200 и 400 тысяч рублей — за утрату имущества и причинённый вред здоровью. И уже определены причастные к происшествию.
Через два года, 25 августа 2019 года, на Пушкинской улице Ростова-на-Дону состоялся организованный КПРФ митинг в поддержку погорельцев. Тогда и стала известна горькая истина: расселение пострадавших застопорилось, и записаны в виновные совсем не те персоны. А главная причина была ясна ещё в день пожара. Но её не хотели принимать за версию, слишком уж она была невероятной.
Ведь 21 августа, ставшее печальным днём в истории города, Театральный спуск и соседние микрорайоны оказались обезвоженными. Если бы в гидрантах была вода, возгорание быстро бы ликвидировали — не впервой случалось. Но когда, хоть с большим опозданием, 437 спасателей из Ростова, Батайска и Новочеркасска раскатали пожарные рукава и в бой вступили 212 единиц техники, в том числе воздушные суда и пожарный катер, огненная стихия была побеждена.
Пожарные вытерли пот со лба, а их начальники поспешили подать победные рапорты. В виновные были персонально записаны заместитель главы администрации Пролетарского района Ростова-на-Дону, двое сотрудников «ДонЭнерго», а также начальник Восточного РЭС филиала и старший мастер производственного участка. Возмущённые жители — при выявленных следствием виновных — потребовали создать комиссию из компетентных и независимых специалистов и разобраться наконец, почему бездействовала администрация города, почему противопожарные структуры не были готовы к предотвращению возгорания.
Пожар 21 августа 2017 года был третьим по счёту за месяц. Второй — уничтожил пять домов. В перерыве между пожарами, утверждают местные жители, к владельцам ветхих строений приходили «покупатели», но получали отказ: рыночная цена «сотки» земли здесь котировалась в 5 млн руб., а предлагали 2,6 млн. Владельцы деревянных трущоб до последнего лелеяли надежду, что их микрорайон, позорящий столицу донского региона, будет снесён властями и они получат компенсацию. Получив очередной отказ, покупатель в сердцах промолвил: «Вас легче сжечь, чем уговорить».
И следствие было притянуто за уши к имеющемуся вещественному доказательству — проводке «ДонЭнерго». А то, что ЛЭП, источник повышенной опасности, имеет паспорт, где указаны все характеристики, ведущие следствие «знатоки» не приняли во внимание. Глава МЧС города, назвавший причиной пожара поджог, тут же был спешно переведён в другой регион. И в официальных документах утвердилась другая версия — короткое замыкание.
Театральный спуск образовался на месте соединения двух городов — Ростова-на-Дону и Нахичевани-на-Дону. На пустыре, в последние советские пятилетки, были благоустроены Театральная площадь и парк Революции, построены драмтеатр, административные здания, начато возведение жилого квартала на спуске к Дону и намечено сооружение станции будущего метро с мраморными лестницами. Но с развалом Советского Союза на грандиозные объекты уже не хватало духу, спуск к тихому Дону постепенно заполнился бараками и «самозастроем».
Потеснить «самозастрои» разрешено было строительной фирме АО «Вертол-Девелопмент». Началось возведение элитного жилого комплекса. Примерно в то же время появились на Театральном спуске и пошли по хибарам неизвестные люди с тугими кошельками. Потом грянул пожар, и как по команде среди деревянных домов появились группы молодых людей спортивного сложения, назвавшиеся «волонтёрами администрации». Они стали активно помогать хозяевам выносить из домов вещи, но вот что подозрительно: дома, в которые попадали волонтёры-самозванцы, вспыхивали раньше, чем до их стен докатывалась огненная стихия.
Но следователей не интересовали ни приметы «волонтёров» и «покупателей», ни материалы в отношении сотрудников МЧС и работников «Водоканала», ответственных за наличие воды в гидрантах, ни сведения о ложных вызовах, из-за чего силы спасателей распылились по всему городу, оставив Театральный спуск на съедение огню. Выделенные в отдельное производство 35 томов уголовного дела легли «мёртвым грузом». В обвиняемые по этому делу были записаны, можно сказать, непричастные специалисты и должностные лица.
Однако пострадавшие от пожара, создав территориальное общественное самоуправление «Театральный спуск», продолжали «бомбардировать» жалобами Следственное управление СК РФ по Ростовской области, Управление Генеральной прокуратуры в Южном федеральном округе и должностных лиц областного правительства. И, похоже, добились первого успеха. Правда, до победы пока далеко, потому что противостоит погорельцам «чудище обло, озорно, огромно, стозевно и лаяй».
Этому чудищу по силам заставить «клерков» подогнать следствие под фальшивые вещественные доказательства, запрятать несколько томов уголовного дела, нанять и оплатить работу «покупателей в очках с портфелями», экипировать и послать на пожар «волонтёров администрации», организовать ложные вызовы спецмашин, найти «специалистов» по выведению гидрантов из рабочего состояния. И самое главное — «отключить» сотрудников полиции во время пожара и заставить плясать под свою дудку чиновников.
Пятый год пошёл со дня самого большого в истории Ростова-на-Дону пожара. Высокие начальники запретили выдавать погорельцам разрешение на строительство жилья на Театральном спуске, но на пожарище всё-таки проникли частные застройщики. На улицах Чувашской, Шатоевской, рядом с собранными из остатков старых домов красуются новострои: кладку из нового кирпича видно издалека. Расширяется элитный жилмассив из высотных 20-этажных домов: улица Нижегородская, на которой, судя по номерам, они стоят, расплескалась чуть ли не до середины спуска. А отцы города заявляли, что на спуске не будет жилищного строительства.