Латать бюджетную дыру становится всё сложнее
Федеральный бюджет России в январе — июле 2026 года был исполнен с дефицитом в размере 6,455 трлн рублей, или 2,8% ВВП, сообщает минфин. При этом законом о бюджете на текущий год запланирован дефицит на уровне 3,786 трлн рублей, или 1,6% ВВП. Таким образом, финансовая бюджетная дыра превысила уже к настоящему времени, задолго до окончания года, плановые показатели более чем в 1,5 раза. И откладывать решение проблемы становится всё дороже.
«6,455 трлн рублей дефицита против 3,786 трлн по годовому плану — это 170% превышения. За чуть больше половины года — почти двойной годовой план по дефициту. Минфин объясняет происходящее опережающим авансированием расходов. Это правда. Но неполная правда. Расходы за семь месяцев выросли на 14,5% год к году — до 28,567 трлн рублей. Доходы прибавили только 8,8% — 22,112 трлн. Доходная картина за семь месяцев выглядит обнадёживающей ровно до момента, когда её не начинаешь разбирать детально. Ненефтегазовые поступления в федеральный бюджет выросли на 18,3%, НДС — на 24,9%, до 9,791 трлн рублей. Нефтегазовые доходы при этом упали на 16,8% — до 4,595 трлн рублей. Причина — отложенное эхо: цены на нефть снижались в предшествующие месяцы, и бюджет получил этот удар с задержкой, которую задают формулы расчёта НДПИ. Санкционные дисконты тоже никуда не делись», — сказал «Правде» экономист Роман Синицын.
То есть структура экономики меняется в пользу несырьевых секторов. Получается, что идёт долгожданная диверсификация?
Как власти собираются решать проблему? Возможно ли её преодолеть путём выпуска облигаций федерального займа (ОФЗ)?
Высокий дефицит требует заимствований на внутреннем рынке. Заимствования при нынешних ставках дороги. Процентные расходы бюджета растут. Это вклад в дефицит следующего года. И каждый лишний триллион в ОФЗ вытесняет с кредитного рынка бизнес — именно тот, который генерирует ненефтегазовые доходы, на рост которых бюджет сейчас опирается.
Насколько реален вариант с повышением налогов или секвестром бюджета?
«Перед властями стоит «вилка»: повышение налогов задушит остатки деловой активности, секвестр замедлит экономику и обострит социальные проблемы, а попытки занять на внутреннем рынке упираются в отсутствие свободных средств. Выходом могло бы стать стимулирование производства и импортозамещения, чтобы расширить налогооблагаемую базу, но это требует времени и инвестиций, которых нет. Пока же кажется, что бюджетная дыра будет лататься за счёт очередного обесценения рубля и скрытой инфляции — налога на бедных», — поделился своим мнением с «Правдой» экономист Илья Макар.
Увеличивающийся дефицит может повлиять на решения ЦБ по дальнейшему смягчению монетарной политики.
«Растущий дефицит федерального бюджета увеличивает вероятность структурного дефицита бюджета по году, что не закладывалось в параметры бюджетной политики на этот год и может потребовать более медленного снижения ключевой ставки. Как известно, Банк России принимает решения по ДКП (денежно-кредитной политике. — Ред.) на основе утверждённых бюджетных параметров, поэтому пока риски отклонений от них могут восприниматься как фактор неопределённости с вероятными проинфляционными последствиями, что может повлиять на замедление темпов снижения ставки», — сказала «Правде» руководитель отдела макроэкономического анализа ФГ «Финам» Ольга Беленькая.
Таким образом, хотя власти вряд ли прибегнут к повышению налогов, чтобы не задушить экономическую активность в стране окончательно, и едва ли пойдут на секвестр социальных бюджетных статей, чтобы не волновать общественность, инструментов для латания растущей «чёрной дыры» остаётся крайне мало.