Журавушка из Поднавислы

Час езды из Краснодара до Горячего Ключа и полчаса автобусом до села Фанагорийского. Оно лежит у подножия Главного Кавказского хребта, где осенью 1942 года шли ожесточённые бои за горные перевалы. Немцы пытались пробиться через Горячий Ключ к Туапсе, чтобы захватить источники нефти на Кавказе. Путь им преградили бойцы и командиры 56-й армии, куда входили 261-я и 349-я стрелковые дивизии, 30-я Иркутская дивизия (в её составе — 89-й армянский полк), 76-я морская бригада и другие боевые подразделения.

На самых сложных участках сражались 26-й и 277-й стрелковые полки внутренних войск НКВД. Воинов Красной Армии поддерживали партизанские отряды, действовавшие в горах, расположенных в окрестностях Горячего Ключа.

  Урочище Поднависла, куда во время войны на телегах свозили раненых бойцов, расположено в восьми километрах от села Фанагорийского. В Поднавислу ведёт лесная дорога, даже днём окутанная мягкими зелёными сумерками. Некоторые её участки покрыты грязью, подошвы к ней приклеиваются намертво. После обильных дождей Поднависла оказывается отрезанной от внешнего мира. А в солнечный день даже горную реку Чепси, чьё название в переводе с адыгейского означает «холодная вода», можно перейти вброд.

После долгого похода через лес словно награда — огромная травянистая поляна Мемориального комплекса «Поднависла». Её сердцевина — украшенный цветами воинский монумент с надписью: «Бессмертен твой подвиг, советский солдат». За монументом серым ребристым щитом поднимается скала Нависла, отороченная бахромой леса.

Хутор Поднависла в годы войны состоял всего из пяти дворов. В одном из домов жила семья Ханжиян: Киворк Хачикович, Зайтан Калустовна и их 12 детей.

К осени 1942 года, когда война вплотную подошла к хутору, старшие сыновья Ханжиян уже воевали на фронте, а младшие ушли в партизаны. Глава семейства знал в горах каждую тропинку и не раз проводил советских бойцов на немецкие позиции.

В дни самых кровопролитных боёв в доме семьи Ханжиян была развёрнута полевая медсанчасть. Молоденькая военврач 26-го полка НКВД Вера Дубровская записывала в свою тетрадь: «Это была круглосуточная вахта — мы принимали раненых и после первичной обработки отправляли их дальше, в Туапсе. Сначала у нас было три врача, но после того, как их направили на передовую, я осталась одна. Да Аршалуйс — моя неутомимая помощница… Ещё санитар Хаким Саитов и сын полка Славка… Дома, сады, опушки леса были буквально завалены ранеными. Аршалуйс быстро научилась делать перевязки, уколы…»

Погибших от ранений и потери крови бойцов хоронили на поляне, в сотнях метров от медсанчасти.

«Глубокие воронки сапёры превращали в братские могилы, — записывала Вера Дубровская. — В одной легли матросы — почти 200 человек! Сапёры определили им место на берегу реки — всё же ближе к воде. У сада, где цвели яблоньки, уснули вечным сном пехотинцы, которые 6 суток штурмовали станицу Фанагорийскую. Самая большая братская могила — напротив дома семьи Ханжиян. По сведениям Аршалуйс, там похоронено свыше 600 бойцов».

Аршалуйс Ханжиян была первой армянской девушкой-комсомолкой в этих местах. Раненые называли её просто Шурочкой. Самые тяжёлые из них жаловались ей: «Вот умрём мы, Шурочка, и наши родные не будут знать, где мы похоронены, не принесут нам на могилку цветы».

И тогда юная Аршалуйс поклялась умирающим солдатам, что останется на хуторе и будет присматривать за их могилами. Эту клятву она не нарушила до конца своей жизни: 56 лет, как могла, ухаживала за могилами солдат. Девушка отказывала женихам — местным и приезжим, оставаясь невестой тех ребят, которые пали в горах.

Имея братьев, сестёр, племянников, Аршалуйс Ханжиян, никогда не была одинокой. К ней приезжали родственники похороненных на хуторе Поднависла бойцов, для которых она становилась родным человеком. А 9 Мая через холодную воду Чепси к ней бежали боевые товарищи: «Шурочка! Сестричка!..» Среди них — красавица-военврач Вера Дубровская со сплошным сиянием боевых наград на праздничном жакете.

По информации краснодарской радиостанции Казак-FM, в 1990-х годах к дому А. Ханжиян подъехали бульдозеры. В уединённом месте Поднавислы кто-то спланировал построить элитный коттеджный посёлок. Аршалуйс достала старое отцовское ружьё и, дав два выстрела в воздух, обратилась к водителю: «Пойди к своему начальству, скажи: тут Аршалуйс Ханжиян, она не пускает. Тут братские могилы, кости везде лежат!»

Марфа, героиня фильма Н. Москаленко «Журавушка» (1968), продолжала хранить верность своему погибшему мужу Петру. Аршалуйс осталась преданной памяти солдат, которые умирали от боевых ран у неё на глазах.

В 1997 году организация ЮНЕСКО признала Аршалуйс Ханжиян «Женщиной года» в номинации «Жизнь — судьба». А 16 февраля 1998 года Журавушки из Поднавислы не стало. Она похоронена рядом со своим жилищем, где в войну располагалась медсанчасть, а теперь работает Дом-музей Аршалуйс Ханжиян.

Дело Аршалуйс Киворковны продолжает её племянница Галина Николаевна Ханжиян. Сегодня она является смотрителем Мемориального комплекса «Поднависла».

19 ноября 2015 года в центре Горячего Ключа, где горит Вечный огонь, была установлена бронзовая скульптурная композиция «Аршалуйс Ханжиян» заслуженного художника России Владимира Жданова.

А 10 августа 2018 года новостной портал «БеzФормата» писал: «Департамент имущественных отношений Краснодарского края в начале июля прислал постановление родственникам Аршалуйс Ханжиян — «в 30-дневный срок убрать семейное захоронение с земли сельхоз-назначения». Всех, кому известна её история, это повергло в шок».

Жители Краснодарского края подняли волну возмущения. И чиновники вынуждены были признать: «Мы сожалеем о наличии этого документа… Не беспокойтесь, уже весь процесс остановлен…»

8 мая 2020 года приказом администрации Краснодарского края за урочищем Поднависла был закреплён охранный статус достопримечательного места как особого вида объекта культурного наследия, являющегося совместным творением человека и природы.

Каждый год в день начала Великой Отечественной войны в Мемориальном комплексе «Поднависла» обретают приют красноармейцы, останки которых находят местные поисковики. Так здесь появляются скромные обелиски: «22 июня 2018 года захоронено 19 воинов. Из них установлен Гарковченко Николай Яковлевич, краснофлотец, 1913—1942».

Приехавшие в Поднавислу на квадроциклах молодые люди в заляпанных грязью комбинезонах внимательно читают фамилии на каменных плитах: «Лазарев, Латюк, Летунов, Литвиненко…». А рядом на скамейке сидит худенькая женщина с пробитой осколком солдатской каской. Это она, Аршалуйс Ханжиян, протянула ниточку памяти от павших советских солдат к этим притихшим молодым людям. 22 июня 2016 года ученик Владимира Жданова Мигран Арутюнян установил в Поднависле дюраль-алюминиевую копию скульптурной композиции своего учителя «Аршалуйс Ханжиян».

Огромное красное знамя с серпом и молотом — словно Вечный огонь над воинским монументом Поднавислы. А небо над Поднавислой синее-синее, с белыми облаками. И такая здесь тишина, будто только приснилась война.