Цензура совести: есть ли она у журналистов?
Самое распространенное обывательское представление среди журналистов — это то, что они стоят вне политики: дескать, их задача сообщать населению правду. Какую правду? — прошу уточнить. Надо различать правду случая и правду значительных событий. В своем полном понимании правда — это совокупность сведений, то, что соответствует действительности. Дезинформация — когда правду сложного процесса, явлений во всем объеме подменяют правдой отдельного фрагмента.
Отдельный фрагмент правды, возведенный в ранг всеобщности, превращается нередко в обман, мошенничество. Использование осколков мини-правды для превращения в «большую» правду, в фальшь стало излюбленным приемом идеологов, политиков, глашатаев антисоветизма. О какой-либо культуре деятельности работников средств массовой информации, об этике журналистов не приходится говорить. Информация стала предметом купли и продажи. Народная мудрость давным-давно зафиксировала: когда деньги идут впереди, правда молчит. Еще говорят: нет такого замка, который нельзя было бы открыть золотым ключиком. Немало журналистов, теле- радиокомментаторов можно привлечь к ответственности за злонамеренную дезинформацию.
Зло бывает не только преднамеренное, не только умышленное, но и неумышленное. Бывает, человек не имел злого намерения, но не предвидел разрушительных последствий своих деяний. Возможно, у некоторых наших интеллектуалов сложилась такая непредвиденная ситуация: хотел поправить бровь, да глаз выколол.
Идеологи российских горе-реформаторов плюрализм мнений трактуют как доказательство отсутствия всякой правды, утверждая, что каждый ее понимает по-своему. Стоит напомнить читателям, как Е. Яковлев, руководя телевидением, внушал населению, что не может быть в обществе одна правда.
Попробуем в этом разобраться. Каждая группа населения хотела бы получить информацию о том, что соответствует ее интересам, ее ожиданиям. В угоду интересам тех групп населения, которые заплатили журналистам, в информации отсекается то, что не соответствует интересам людей «денежного мешка», выпячивается то, что устраивает эту группу. Вспомним, сколько пасквилей сочинено московскими телеведущими о российско-белорусском договоре. Это, мол, невыгодно России. А между тем производство продукции в промышленности и особенно в сельском хозяйстве в переводе на душу населения в СССР в Белоруссии было намного больше, чем в России. Известно, только две республики давали в общесоюзный фонд больше, чем они получали. Это были Белоруссия и Россия. На самом деле наших телеведущих не устраивает политика, отражающая общенародные интересы, ограничивающая власть олигархии. Небольшое размышление дает возможность понять, кому выгодна попытка помешать российско-белорусскому Союзу. Как не вспомнить мудрое народное изречение: если золото всплыло — правда потонет.
Работники телевидения превышают свои права, беря на себя функцию интерпретаторов событий, не владея при этом должным запасом знаний. Из телевидения вытеснены специалисты, обществоведы, открыт полный простор тем, кто «готов судить обо всем с ученым видом знатока». Профессионализм подменяется крайней формой дилетантизма. Предметом гражданского, возможно, уголовного наказания являются те журналисты, которые дают искаженную картину событий.
Обманывают население теле- и радиокомментаторы тем, что они дают «объективную» информацию о явлениях общественной жизни. А между тем тенденциозность и пропагандистские трюки сквозят в каждом слоге, в каждой интонации. Журналисты, оказывается, вольны писать и сообщать то, что они считают нужным. Они что, свободны от цензуры совести? И не потребовать ли обществу принятия морального кодекса журналиста по типу «клятвы Гиппократа»?