Под ударом вся мировая экономика
Конфликт на Ближнем Востоке вышел на новый уровень: начались удары по нефтегазовой инфраструктуре. Это значит, что цены на энергоносители останутся высокими и после открытия Ормузского пролива как минимум несколько месяцев, а может быть, даже и более года. Но в любом случае это лишь временное состояние. Рано или поздно нефтяные цены пойдут вниз — если не из-за возвращения предложения, так из-за падения спроса.
В нашей недавней статье «Война и нефть» (Правда, №23, от 06.03.2026) мы обозначили два сценария развития событий на Ближнем Востоке с точки зрения экономики. На тот момент казалось, что базовый сценарий — это завершение острой фазы конфликта за несколько недель, причём без разрушения нефтегазовой инфраструктуры. В этом случае никаких долгосрочных последствий для экономики — ни для российской, ни для мировой — не было бы.
Однако развитие событий показывает, что процесс всё-таки пошёл по другому сценарию, который мы в указанной статье обозначили в качестве альтернативного. Новый этап эскалации начался с того, что на минувшей неделе Израиль нанёс мощный удар по основному иранскому газовому месторождению Южный Парс. Иран ответил ударами по нескольким объектам нефтегазовой инфраструктуры союзников США, включая крупнейший в мире завод сжижения газа в Катаре, обеспечивающий порядка 20% мирового производства сжиженного газа.
Таким образом, началось разрушение нефтегазовой инфраструктуры, делающее невозможным быстрое восстановление производства даже после завершения острой фазы конфликта и открытия Ормузского пролива. Теперь уже понятно, что конфликт будет иметь долгосрочные последствия.
Во-первых, мы увидим разгон инфляции всюду по миру. И дело здесь не только в ценах на энергоносители, рост которых увеличивает себестоимость почти любых товаров из-за удорожания логистики. Страны Залива производили заметные объёмы и другой важной продукции — в частности, минеральных удобрений, алюминия, а также промышленного гелия, необходимого для производства чипов. Сейчас эта продукция также ушла с рынка, поскольку перевозится морем.
Во-вторых, нарушены логистические цепочки, не только касающиеся экспорта и импорта стран Залива, но в целом товарооборота Европы и Азии. Дубай был значимым логистическим хабом, через который шёл заметный объём грузоперевозок. Даже если конфликт завершится завтра, этот хаб сразу не восстановится, так как логистическая инфраструктура также подверглась ударам.
Для России нарушение логистики через Дубай приведёт к подорожанию многих импортных товаров (в частности, автомобилей и запчастей к ним). Подорожание бензина и дизеля на внутреннем рынке также отразится на ценах большинства товаров. Так что инфляционных последствий нам тоже не избежать.
В-третьих, сокращение объёма поставок минеральных удобрений приведёт не только к удорожанию сельхозпродукции из-за более высоких затрат на удобрения в себестоимости, но и к сокращению физических объёмов её производства из-за снижения урожайности там, где удобрения этой весной не будут внесены. В беднейших странах усугубится недостаток пищи, а в более развитых опережающими темпами будет расти продовольственная инфляция, которая бьёт прежде всего по социально незащищённым слоям населения.
И, наконец, из-за того, что высокие цены на нефть продержатся как минимум полгода, мы увидим снижение экономической активности по всему миру. Сокращение производства начнётся с энергоёмких отраслей, а потом, если цены на нефть всё ещё будут высокими, оно перекинется и на другие отрасли — в результате уменьшения спроса на их продукцию на фоне роста безработицы и общего снижения покупательной способности населения.
Многие страны войдут в рецессию. Это в первую очередь Европа и большинство стран Азии. Из азиатских стран, пожалуй, только Китай сравнительно неплохо готов к энергетическому кризису — благодаря обширным нефтяным запасам и продолжающимся поставкам из России и Ирана. Но длительный период высоких цен на нефть (более полугода) приведёт к негативным последствиям и для Поднебесной.
И даже США, хотя и являются нетто-экспортёром энергоносителей, отнюдь не застрахованы от сползания в рецессию. Они, конечно, добывают много сырой нефти и газа, но нефтеперерабатывающих мощностей, способных полностью покрыть их потребности в нефтепродуктах, у них нет. Когда из-за дефицита нефти другие страны начнут вводить ограничения на экспорт нефтепродуктов, проблемы начнутся и у США.
На момент написания этой статьи на платформе Polymarket вероятность рецессии в США к концу 2026 года оценивалась на уровне 34% (Polymarket — это крупнейшая в мире децентрализованная платформа рынков предсказаний — prediction market; практика показывает, что котировки на ней имеют хорошую предсказательную силу).
Обычно, когда начинается рецессия, мировые центробанки заливают всё деньгами, но сейчас на фоне разгона инфляции этот метод неприменим, поэтому выход из рецессии для многих стран будет долгим и мучительным.
Что всё это значит для России? Пока цены на энергоносители остаются высокими, наш бюджет будет получать существенные «внеплановые» доходы. Также наша страна будет получать дополнительные доходы от экспорта минеральных удобрений и алюминия. Отдельно стоит упомянуть и угольную промышленность, которая до ближневосточного кризиса находилась в серьёзном упадке; теперь у неё появился шанс на время восстановить прибыльность, поскольку в Азии спрос на уголь резко вырос.
Таким образом, ближневосточный кризис будет способствовать не только пополнению российского бюджета, но и экономическому росту в России — через стимулирование внешнего спроса на некоторые виды нашей продукции. Но не нужно обольщаться: эти доходы и этот спрос в любом случае будут лишь временными.
Как уже было сказано выше, цены на энергоносители на нынешних уровнях (выше 100 долларов за баррель нефти Brent), если они продержатся достаточно долго, неизбежно приведут к падению спроса на энергоносители, даже если до общемировой рецессии дело не дойдёт.
Падение спроса можно условно разделить на три категории: краткосрочное, среднесрочное и долгосрочное. Краткосрочное — это, например, когда в период высоких цен на нефть люди отказываются от необязательных автомобильных поездок. Такое падение спроса восстанавливается, как только цены снижаются.
Но далеко не весь «потерянный» спрос на энергоносители восстановится так быстро. Не так просто запустить остановленное производство, особенно если компания обанкротилась. Так что в среднесрочной перспективе (на горизонте года или чуть больше) мы можем увидеть значительное падение цен на нефть, вызванное сжатием спроса. А если к тому времени Ормузский пролив уже будет открыт и вернутся в строй производственные мощности нефтегазового комплекса стран Залива, то цены на нефть могут оказаться даже ниже, чем они были до начала конфликта. Более того, мировая рецессия, если она случится, приведёт к падению спроса и на другие товары нашего экспорта, что приведёт к сжатию производства в соответствующих отраслях.
Ну а если вдруг (хотя это и маловероятный сценарий) период высоких нефтяных цен окажется ещё длиннее — более года, то начнётся и долгосрочное падение спроса: будут сделаны инвестиции в альтернативные источники энергии и в энергосберегающие технологии, люди начнут покупать более экономичные машины и т.п. Объёмы спроса, упавшие в результате таких действий, будут потеряны уже на долгосрочную перспективу, возможно, даже навсегда.
Так что чем больше длится период высоких нефтяных цен, тем более глубоким и долгим будет их падение после того, как ближневосточный конфликт завершится и нефтегазовая инфраструктура стран Залива будет восстановлена. Поэтому с точки зрения российского бюджета увеличившиеся нефтегазовые доходы следует рассматривать не как внеплановый доход, а как доход, перенесённый из будущего в настоящее. Важно не растратить эти средства, а подготовиться к неизбежному падению доходов в будущем.
Другие статьи номера
В далёкую латиноамериканскую страну прибыла новая партия техники «АМКОДОР», сообщили БЕЛТА в пресс-службе холдинга.
Партнёрство холдинга «АМКОДОР» с Республикой Никарагуа продолжает динамично развиваться. В рамках масштабного экспортного контракта, рассчитанного на 2025—2027 годы, заказчику уже отгружена третья партия техники, а значит — количество белорусских машин на дорогах и строительных площадках латиноамериканской страны неуклонно растёт.
Сектор производства электронной информации в Китае, как свидетельствуют данные, обнародованные Министерством промышленности и информатизации КНР, добился в прошлом году стремительного роста.
Объём промышленного производства с добавленной стоимостью крупных отраслевых предприятий вырос за этот период на 10,6 проц. в годовом исчислении. Такие темпы роста были на 4,7 п.п. выше, чем общий объём промышленного производства в стране, и на 1,2 п.п. выше, чем в секторе высокотехнологичного производства.
В Казахстане продолжает углубляться социальный раскол. Разбухающие состояния олигархов соседствуют с бедственным положением простых граждан, которым государство урезает помощь. В этих условиях прорывается недовольство трудящихся самых разных отраслей.
Совсем недавно казахстанские СМИ разразились громкой новостью: полку отечественных миллиардеров прибыло!
В Ульяновске состоялся одиночный пикет в память о Всесоюзном референдуме 17 марта 1991 года.
Миллионы советских граждан 35 лет назад высказались за сохранение СССР, за единство и социалистическое будущее. Однако впоследствии эта воля народа была фактически проигнорирована, что до сих пор вызывает самые негативные оценки и осуждение.
Отчёт Счётной палаты РФ за 2025 год, который финансово-контрольный орган представил Госдуме 19 марта, гремел, как и год назад, очередными рекордами.
Экономический эффект от работы этого ведомства, подразумевающий возвращение в казну средств и имущества, пополнение бюджета дополнительными доходами и сокращение неэффективных расходов, составил 653 млрд рублей, что превышает показатель 2024 года в 4,4 раза, а показатель 2023-го — в 12,3 раза.