Молочные фермы толкают к банкротству
Казалось бы, наконец-то дождались крестьяне льготных кредитов. С начала 2017 года банки напрямую выдают заём под 5% и ниже. Как отразилось это нововведение на работе сельхозпроизводителей, в частности животноводов? Комментирует председатель Самарского молочного союза Николай Сомов.
«ВЫЗЫВАЕТ крайнюю обеспокоенность сложившаяся ситуация с льготным краткосрочным кредитованием, при которой самарские животноводы практически лишены оборотных средств, а льготные кредиты разошлись по крупным агрохолдингам и молокозаводам, — говорит эксперт. — Так, по состоянию на 3 апреля ни одно молочное хозяйство Самарской области не получило льготного кредита на посевную. Под угрозой качество проведения сезонных сельхозработ, что неизбежно обернётся плохими кормами, снижением надоев и сокращением поголовья коров.
На откуп банкирам федеральное правительство отдало важнейшее направление — льготное кредитование. Может ли молочное хозяйство, которое рентабельно только за счёт государственной поддержки (как и везде в мире), заготовить корма на полтора года вперёд без льготного кредита? Вряд ли. А кому банк скорее даст кредит: растениеводческому агрохолдингу, у которого рентабельность 80—100%, или молочной ферме? Ответ очевиден.
В итоге производителей молока лишили главного — оборотных средств, с которых начинается любая производственная деятельность. Теперь животноводческие хозяйства, лишённые субсидированных кредитов, имеют проблемы с финансированием посевной. Все они попадут в кабалу к переработчикам и коммерческим финансовым структурам, будут вынуждены экономить на всём: на качестве и количестве семян, удобрений, топлива, средств защиты растений, что неизбежно приведёт к потере качества кормов, а впоследствии продукции, к снижению поголовья и в конечном итоге к банкротству. А вот агрохолдинги, которые и с коммерческими кредитами живут припеваючи, но коров содержать не собираются, получат ещё дополнительную прибыль, ведь две трети их расходов по обслуживанию банковских кредитов будет оплачивать государство.
Поскольку региональные банки являются подразделениями федеральных структур, соответственно все решения принимаются в московских офисах, которых проблемы молочной отрасли или региона не интересуют. Средства, предназначенные для молочного скотоводства, они отдают молокозаводам, возможно, не понимая разницы между заводом и фермой. Для исполнения требования по двадцатипроцентной квоте для малых предприятий они тот же успешный растениеводческий агрохолдинг делят на отдельные субъекты, и к ним не придерёшься. Действительно, волки сыты… и деньги в нужных руках. Поэтому неудивительно, что многие руководители молочных хозяйств ситуацию с недоступностью кредитов намерены использовать как удобный момент, чтобы наконец-то избавиться от тяжёлого бремени — коров и тоже заниматься менее хлопотным растениеводством.
Региональному же профильному министерству отведена роль статиста — оно не может повлиять на формирование реестра заёмщиков ни по краткосрочным, ни по инвестиционным кредитам. Хотя ведомство, отвечающее за состояние регионального АПК и знающее каждую молочную ферму, могло бы реально управлять ситуацией. А вот федеральные структуры с этим явно не справляются.
Словом, было бы значительно разумнее поручить обеспечение молочных хозяйств оборотными средствами для качественного проведения посевных работ и кормозаготовки региональному министерству сельского хозяйства и продовольствия. А банкиров с их нелепыми инструкциями хорошо бы окоротить — их бодрые рапорты об увеличении кредитов для аграриев никак не способствуют увеличению производства молока».
Кстати, как свидетельствуют сообщения с мест, в таком же положении оказались не сумевшие получить льготный кредит фермеры многих регионов страны.