Эрдоган грезит о султанской власти
В 2017 ГОДУ в целом ряде государств произойдут важнейшие общественно-политические события, исход которых (во многих случаях трудно прогнозируемый) может существенно повлиять на дальнейшую ситуацию в той или иной стране. Речь идёт не только о президентских выборах во Франции, Иране, Эквадоре, Индии, Киргизии, Южной Осетии, Сирии или обновлении составов парламентов в Германии, Нидерландах, Болгарии, Абхазии, Чехии, Армении, Албании, Афганистане. Не менее значимое событие ожидает и Турцию: 16 апреля здесь состоится референдум по конституционной реформе — самому масштабному со времён Кемаля Ататюрка изменению Основного Закона страны с целью превращения её из парламентской в президентскую республику.
Идея создать в Турции максимально подстроенную под себя модель государственного устройства зародилась у нынешнего президента Реджепа Тайипа Эрдогана ещё в его бытность премьер-министром: запустить механизм конституционной реформы политик пытался, в частности, в 2013 году. Однако тогда претворению в жизнь амбициозных замыслов помешали многотысячные протесты на площади Таксим в Стамбуле и последующий период внутриполитической нестабильности.
В августе 2014-го Эрдоган победил на первых в стране прямых выборах главы государства и получил возможность постепенно приступить к реализации своих далеко идущих планов. В итоге в январе 2017 года парламент одобрил пакет из 18 поправок к Основному Закону. Причём для правящей Партии справедливости и развития (ПСР) получение поддержки требуемого большинства в законодательном органе не составило особого труда. Против документа ожидаемо проголосовали депутаты оппозиционных Народно-республиканской партии и прокурдской Демократической партии народов, в сумме получивших 36% на последних парламентских выборах в 2015 году. Теперь же решающее слово должен сказать народ.
Если большинство населения поддержит новшества Эрдогана и Ко, то, как уже писала «Правда», к 2019-му в Турции будет упразднена должность премьер-министра, а главой правительства станет президент, наделённый правом самостоятельно издавать указы, вводить чрезвычайное положение, организовывать референдумы, распускать парламент, назначать министров и других высокопоставленных чиновников. Кстати, на 2019 год намечено проведение президентских и парламентских выборов. Период правления главы государства составит пять лет с возможностью переизбрания на второй срок. Таким образом, Реджеп Тайип Эрдоган сможет участвовать в борьбе за высший пост страны в 2019-м, а в 2024-м — баллотироваться ещё на пять лет.
Как отмечают аналитики, один из ключевых моментов проекта новой Конституции (в этом состоит принципиальное отличие от действующего Основного Закона 1982 года) — предоставление президенту права не приостанавливать членство в политической партии на период исполнения полномочий главы государства. Применительно к Эрдогану это означает возможность вернуться к руководству правящей ПСР, оставленному им в 2014 году, что ещё больше усилит централизацию власти в Турции. И тогда на президентской фигуре, образно говоря, сойдётся свет клином: в его руках окажутся и партийная, и законодательная, и исполнительная ветви власти. Не случайно, по данным агентства «Рейтер», нынешний законопроект о конституционной реформе готовился в узком кругу руководства ПСР без консультаций с представителями других партий и какого-либо общественного обсуждения.
Согласно поправкам в Основной Закон, срок полномочий парламента продлевается с четырёх до пяти лет, а число его членов увеличивается с 550 до 600 человек. Возрастной ценз кандидатов в депутаты снижается с 25 до 18 лет, условие об обязательном прохождении военной службы отменяется. При этом лица, имеющие отношение к вооружённым силам, лишаются права баллотироваться на выборах. Кроме того, новая Конституция упраздняет военные суды, а также право парламента допрашивать министров и призывать правительство к ответу.
Однако, несмотря на лёгкое прохождение поправок через парламент, итоги плебисцита, который будет организован в условиях действующего в стране до 19 апреля режима чрезвычайного положения, введённого после неудавшейся попытки военного переворота в июле 2016 года, совсем не очевидны. На данный момент проценты сторонников и противников реформы расходятся всего на один-два пункта, пишет французская газета «Монд». Многое будет зависеть от того, какую позицию займёт Партия националистического движения (ПНД), состоящая в коалиции с ПСР. По данным англоязычного аналитического интернет-издания «Аль-Монитор», не менее половины единомышленников ПНД выступают против конституционных преобразований, направленных на усиление власти президента. При этом поправки в Основной Закон не поддерживают и около 20% приверженцев самой ПСР. Кроме того, согласно опросу, проведённому стамбульским университетом имени Кадира Хаса, 71 человек из 100 на вопрос о целесообразности усовершенствования Конституции ответил: «В Турции экономический кризис. Зачем в такое сложное время проводить референдум и менять систему?»
И всё же благодаря своей популярности, усилившейся, как ни странно, после провалившегося прошлым летом путча, Эрдоган рассчитывает получить одобрение народа. Как отмечает агентство «Рейтер», поклонники президента не изменили своего отношения к нему, несмотря на продолжающуюся беспрецедентную волну репрессий, затронувших около 110 тысяч человек — политиков, журналистов, военных, учёных, судей, заподозренных в пропаганде терроризма или связях с запрещённой в Турции Рабочей партией Курдистана. Однако часть населения продолжает протестовать против чисток, обвиняя главу государства в авторитаризме. На данном этапе исход плебисцита, по сути являющегося всенародным голосованием за или против «вождя», во многом зависит от эффективности противодействия властей терроризму и экономической ситуации, заметно ухудшившейся за последний год.
Впрочем, Эрдоган всегда шёл на риск ради усиления власти. И сейчас он вновь готов пойти ва-банк. Ведь в случае победы он получит больше полномочий, чем какой-либо из руководителей Турции до него. Не считая, конечно, султанов.