«А много ль корова даёт молока?»

Ответ на этот простой вопрос, на самом деле, весьма непрост. По словам главы минсельхоза Александра Ткачёва, который 14 декабря выступил на «правительственном часе» в Госдуме с информацией о развитии сельскохозяйственной отрасли, Россия обеспечивает себя молоком на 80 процентов и для полного самообеспечения нам недостаёт 5—7 миллионов тонн.

ПРЕДСЕДАТЕЛЬ ЖЕ комитета Госдумы по аграрным вопросам коммунист Владимир Кашин утверждает, что 30 миллионов тонн молока, которые, по данным Росстата, производит сегодня Россия, не имеют ничего общего с реальностью. На самом деле этот показатель находится на уровне 18—19 миллионов тонн. Дело в том, что официальная цифра включает статистику по личным подсобным хозяйствам и фермерам, а она далеко не всегда достоверна. Учитывая же, что около половины всего объёма произведённого в стране молока приходится как раз на личные подсобные и фермерские хозяйства, и получается, что на простой вопрос: «А сколько корова даёт молока?» — один, фигурально выражаясь, отвечает: «Не выдоишь за день — устанет рука», другой же: «Да мы молока не видали пока». И не всегда молоко домашних бурёнок удаётся полностью реализовать.

Вот здесь и возникает далеко не праздный вопрос: «А сколько же россияне потребляют сегодня молока и молочных продуктов?» По данным всё того же Росстата, потребление молочных продуктов в пересчёте на молоко начиная с 2013 года неуклонно снижается и в 2015 году оно составило 239 кг на одного человека. Кстати, в 1990 году потребление молока в нашей стране составляло 387 кг на душу населения при норме 392 кг. Сейчас Институт питания РАМН по каким-то соображениям эти нормы пересмотрел, посчитав, что для того, чтобы быть здоровым, достаточно и 320—340 кг молока на человека в год, но и до этого показателя россиянам ещё очень далеко.

Впрочем, снижение потребления, а за годы кризиса граждане вообще стали хуже питаться, — это вопрос не к минсельхозу. Сельское хозяйство-то как раз в отличие от других отраслей экономики третий год подряд показывает устойчивый рост в 3 процента. В 2016 году аграрии собрали отменный урожай зернобобовых — 117 миллионов тонн. Это отличный показатель. Но без молочно-товарной фермы, отмечает Владимир Кашин, нет того круглогодичного цикла работ, который обеспечивал бы жизнь деревни. Не случайно сельское население продолжает сокращаться.

А ведь люди — это главное, подчёркивает Николай Харитонов. На человеке всё держится. Депутат поинтересовался у министра, каковы сегодня зарплата, пенсия на селе, как обстоит дело с санаторно-курортным лечением. Похвастаться тут, честно говоря, нечем. Зарплата в сельском хозяйстве в два раза ниже средней по экономике. Руководитель минсельхоза лишь упомянул, что в 2016 году на развитие сельских территорий было направлено 13 миллиардов рублей. За десять месяцев построено 410 тысяч квадратных метров жилья для 4 тысяч семей и 283 тысячи квадратных метров жилья для 3 тысяч молодых семей и молодых специалистов; введено 757 ученических мест в школах; открыто 48 фельдшерско-акушерских пунктов и офисов врачей общей практики. Это же капля в море, считает В. Кашин. Разве могут такие объёмы поддержки остановить разрушение деревни, которое происходит куда более ударными темпами. Только школ за годы путинского правления закрыто 25 тысяч! 94 тысячи деревень не газифицировано, 50 тысяч не имеют выхода к дорогам с твёрдым покрытием.

Коммунист Алексей Корниенко, опираясь на многочисленные обращения дальневосточных фермеров, жалующихся на сложности получения земли в аренду, поднял вопрос землепользования в этом регионе. Фермеры сообщают, что они не могут выдерживать конкуренцию с крупными арендаторами, которые зачастую после получения участка сдают его в субаренду, в том числе иностранным гражданам. Дальневосточники остаются не у дел. В 2015 году, заметил депутат, вносилась законодательная инициатива о возможности фермерам арендовать землю по месту своего проживания без торгов. Однако правительство эту инициативу не поддержало, а проблема остаётся. Александр Ткачёв согласился, что во главе угла должен стоять крестьянин, инвестор, который хочет изменить к лучшему ситуацию на селе, но закон есть закон. Министр пообещал этот вопрос обсудить с минвостокразвития и губернаторами.

Глава минсельхоза уделил внимание и вопросам повышения плодородия почвы. По словам Александра Ткачёва, несмотря на то, что в этом году сельхозпроизводители приобрели на 11 процентов больше удобрений, чем в предыдущем, тем не менее по количеству вносимых удобрений Россия сильно отстаёт от других стран. В среднем на 1 гектар пашни у нас вносится 33 килограмма удобрений в действующем веществе, в Германии и Польше — 200 килограммов на гектар, в США — 130 килограммов, в Канаде — 88. Для увеличения использования удобрений аграриям нужны оборотные средства. На текущую деятельность, то есть на операционные расходы, закупку семян и удобрения, сельхозпроизводителям запланировано выделить в 2017 году около 15 миллиардов рублей. Нужно кратно увеличить расходы на мелиорацию земель, заявил министр Ткачёв. С этим у нас беда, посетовал он. В России только 5 процентов земель мелиорируется. Для сравнения: в Америке — до 50 процентов, в Германии — 45 процентов. Отсюда там и рост урожайности, и развитие территорий, и рабочие места, заметил Ткачёв.

Что касается семян, здесь наши аграрии вынуждены опираться на достижения зарубежной науки, признался А. Ткачёв. Доля импортных семян составляет от 20 до 80 процентов: овощных культур — 23, кукурузы — 28, подсолнечника — 44, сахарной свёклы — 70, картофеля — 80 процентов. Также высока зависимость России в использовании импортного племенного материала в птицеводстве, которое достигает 90 процентов! Ежегодно закупается 7 миллионов суточных цыплят и 830 миллионов инкубационных яиц. Селекционно-семеноводческая и племенная работа требует высокопрофессиональных научных кадров, подготовка которых после введения подушевого финансирования вузов существенно пострадала. Кадровый вопрос требует системного подхода, убеждён В. Кашин. Селу нужны сегодня и механизаторы, и операторы машинного доения, и специалисты с высшим образованием.

Глава минсельхоза уделил особое внимание борьбе с африканской чумой свиней (АЧС), ущерб от которой на конец ноября превысил 1,5 миллиарда рублей, что в 13 раз больше, чем в 2015 году. «Эпидемия в нашей стране нарастает, — подчеркнул министр, — и мы должны предпринять беспрецедентные меры, может быть, даже непопулярные, чтобы её обуздать». За последние 10 лет поголовье свиней увеличилось в нашей стране больше чем в три раза и составило 25 миллионов голов. Африканская чума может свести на нет всё, что было достигнуто.

Член фракции КПРФ Сергей Пантелеев акцентировал внимание главы минсельхоза на необходимости поддержки отечественного сельхозмашиностроения. Кировский завод, на котором он отработал более 30 лет, за последние три года в 2 раза увеличил объём выпуска тракторов. С его конвейера теперь сходит более 2 тысяч тракторов в год. Готова к выпуску новая модель мощного энергонасыщенного трактора «Кировец». Завод пробивает себе дорогу на зарубежные рынки. Важно, чтобы этот рывок обеспечил устойчивое развитие отечественного сельхозмашиностроения. Потребности села в технике в разы выше. Более 15 тысяч тракторов и почти 5 тысяч комбайнов необходимо закупать ежегодно, чтобы обеспечить рост отечественного сельхозпроизводства, отметил в своём докладе А. Ткачёв.

В заключение своего выступления глава минсельхоза обратился к депутатам с просьбой: если в бюджете появятся дополнительные доходы, направить 30—50 миллиардов рублей на субсидирование кредитов для сельхозпроизводителей. На что Николай Харитонов справедливо заметил: и парламентское большинство, и председатель правительства, и сам министр сельского хозяйства — члены одной партии, так что всё в руках «Единой России». Но почему-то на сельское хозяйство выделяется лишь 1,4 процента расходной части бюджета. А прорыв можно обеспечить лишь при 5—10 процентах, авторитетно заявил доктор сельскохозяйственных наук, профессор, действительный член РАН Владимир Кашин. В советский период расходы на сельское хозяйство составляли не менее 15 процентов!