Властный игнор порождает подростковый террор

Франция в огне молодёжных беспорядков. Демонстрации лицеистов, вспыхнувшие на прошлой неделе в столичном регионе Иль-де-Франс, со скоростью ветра перекинулись на другие области и к началу октября охватили всю страну, превратившись из мирных шествий в массовые волнения, сопровождающиеся поджогами учебных заведений и нападениями на учителей.

  Как уже писала «Правда», масштабное возмущение учащихся, отстаивающих свои интересы с помощью булыжников, петард, «коктейлей Молотова» и даже бутылок с соляной кислотой, вызвано острой нехваткой преподавателей, перегруженным и плохо организованным расписанием, хроническим недофинансированием образовательных учреждений и плохими санитарными условиями в них, а также целым рядом других годами копившихся социальных проблем.

Меньше чем за неделю были преданы огню или разграблены 24 школы, задержаны свыше 3000 человек, из них минимум 1800 помещены под стражу. В ходе акций пострадали 170 учащихся, 78 преподавателей, включая 40 директоров, не менее 300 правоохранителей и работников экстренных служб. Почти в 500 лицеях — примерно шестая часть всех старших школ — на неопределённое время приостановлены очные занятия.

Сообщения о протестах, повсеместно приобретающих всё более агрессивный характер и радикальную риторику, напоминают боевые сводки. Так, в Марселе, втором по величине городе Франции, взбунтовавшиеся ученики атаковали пожарных, ехавших на вызов, разбили и подожгли их автомобиль, предварительно прихватив оборудование. Нападению подверглись и водители автобусов, проезжавших мимо лицеев, где гремели протесты, а также директор школы имени Виктора Гюго и его заместитель, которых облили бензином. Были также предприняты попытки подпалить два других учебных заведения.

В Безье (регион Окситания) жертвой беспорядков едва не стал учитель школы Генриха IV. Кроме того, у остановки общественного транспорта неизвестный распылил в лицо девушке дезодорант и поджёг аэрозоль. К счастью, огонь не перекинулся на её волосы.

В Париже группы подростков преследовали проезжавшие машины, а на площади Нации в центре столицы поджигали мусорные контейнеры и громили полицейские авто. В коммуне Медон задержали 10 молодых людей, швырявших в блюстителей закона камни и бутылки с зажигательной смесью.

Баки с отходами полыхали и в Тулузе. Кроме того, в столице региона Окситания зафиксированы множественные случаи нападения на общественный транспорт и ожесточённые столкновения учащихся с силовиками. Возле лицея Сен-Сернен участники акции забаррикадировали вход с помощью мусорных контейнеров и ограждений

В Нанте пламя охватило лицей имени Нельсона Манделы, причём ответственными за огненное «шоу» оказались ученики других школ. В коммуне Аврийе неизвестные ворвались в лицей Поль-Эмиля Виктора, вытащили компьютеры и разбили на улице перед зданием, в Гренобле из-за протестов полностью заблокировано движение общественного транспорта.

Накал страстей во многом объясняется тем, что не сбавляющие оборотов бурные протесты упали на хорошо подготовленную почву. Французская система образования давно подвергается жёсткой критике со стороны её работников, учеников и их родителей, а также оппозиционных политиков. Хотя формально государство пытается увеличивать соответствующие расходы, ресурсов по-прежнему катастрофически недостаёт. Дисбаланс особенно заметен там, где школа играет не только образовательную, но и социальную роль — в неблагополучных пригородах крупных городов.

Речь прежде всего идёт о разнице в уровне предоставления знаний в разных частях страны, состоянии зданий и перекосах в учебной нагрузке. Болезненнее всего учащиеся воспринимают дефицит преподавательского состава, который, указывают эксперты, в большинстве лицеев порождён мизерной оплатой труда.

Номинально в последние годы власти страны поднимали жалованье педагогов и увеличивали бюджеты: общие расходы на образование выросли с 180,1 млрд евро в 2022-м до 199,2 млрд евро в 2025-м, что составляет примерно 6,7% ВВП страны. Правда, в реальном выражении рост окладов за тот же 2025 год был практически нулевым: +0,1% после поправки на цены. Параллельно на родине Вольтера и Бальзака пытались расширить штат учителей почти на 5900 ставок, однако это не решило проблему: о нехватке специалистов заявляют 45% французских школ (10 лет назад — 17%).

Между тем для старшеклассников нехватка учителей влечёт негативные последствия, ведь пропущенный из-за отсутствия преподавателя урок — не шанс насладиться бездельем, а часы, которые исчезают из учебного плана и далеко не всегда компенсируются. Особенно остро сокращение времени на получение необходимых знаний ощущается в выпускных классах, когда каждая тема связана с подготовкой к экзаменам и поступлением в университет. Для завтрашних абитуриентов вузов потерянный урок — утраченная возможность подготовиться к экзамену, улучшить оценки и стать конкурентоспособным в гонке за место в высшей школе.

Вдобавок ко всему в последнее время различные международные исследования фиксируют ухудшение результатов французских школьников по ряду ключевых показателей, в частности по математике и литературе. Это напрямую свидетельствует об ослаблении образовательной системы.

Нынешний бунт лицеистов — наглядное проявление того, к чему ведёт систематическое игнорирование проблем в образовательной сфере: массовое возмущение, выплёскиваясь за пределы учебных заведений, превращается в часть более широкого социального конфликта. Причём если кабмин, как сейчас, намерен бороться слезоточивым газом, конной полицией, резиновыми пулями и дубинками с непосредственными проявлениями конфликта — погромами и  беспорядками, а не с их причиной, то взрывы негодования в молодёжной среде рискуют стать повседневной картиной и создавать постоянный очаг напряжённости.

Как отмечают аналитики, французская молодёжь всегда была легка на подъём, когда дело касалось борьбы за свои права. То, что сегодня происходит на улицах страны, конечно же, несопоставимо (пока!) со студенческим восстанием мая 1968-го, но вполне соизмеримо с беспорядками, накрывшими Пятую республику осенью 2005-го. Тогда для усмирения молодого поколения власти были вынуждены на несколько месяцев установить  режим ЧП и ввести комендантский час, а также ограничить продажи бензина, использовавшегося для изготовления зажигательных смесей.

В октябре 2026 года до столь решительных мер ещё не дошло, хотя премьеру Себастьену Лекорню пришлось спешно созвать совещание кризисной ячейки, дабы обсудить с профильными министрами меры по снижению градуса школьных протестов.

В свою очередь министр национального образования Эдуар Жеффре осудил нападения на госучреждения и выразил сожаление по поводу того, что «движение лицеистов оказалось в заложниках у крайне агрессивных групп». Одновременно он заявил о готовности продолжать диалог с профсоюзными и студенческими организациями. А вот глава минюста Жеральд Дарманен без всяких миндальничаний сообщил о планах взыскать с родителей бунтующих школьников ущерб, нанесённый имуществу в ходе беспорядков.

Тем временем сотрясающие Францию мощные волнения перекинулись на соседнюю Бельгию — главным образом на франкоязычный регион Валлонию, где местные школьники также забрасывают прибывающие на место наряды полиции петардами и яйцами. В крупных городах — Льеже и Намюре — демонстрации лицеистов, пикетирующих образовательные учреждения в попытке привлечь внимание властей к перегруженности учебных программ, нехватке педагогов, плохим условиям в классах и другим системным проблемам, носят мирный характер, причём к маршам нередко присоединяются и преподаватели. Вообще протестные события во Франции часто находят отражение именно в Валлонии, даже если в самой Бельгии на тот момент для этого нет причин: сказываются общая информационная среда и влияние французских соцсетей, распространяющих эмоциональные видео с уличными баталиями.

Фотобанк ТАСС.