Земля — последнее прибежище банкротов
Когда Сталин готовился к проведению индустриализации (которая в считанные годы привела к реальному, а не лозунговому всеобъемлющему импортозамещению), он определил как один из фундаментальных принципов: проводить индустриализацию без опоры на иностранный капитал, «чтобы всё наше хозяйственное развитие в целом, организация новых отраслей индустрии… велись по такой линии, чтобы общее развитие обеспечивало экономическую независимость нашей страны, чтобы наша страна не превращалась в придаток капиталистической системы мирового хозяйства». Далеко не всё в процессе индустриализации можно было предусмотреть заранее, и не раз Сталин шёл на тактические компромиссы. Однако этот стратегический принцип, даже при самых больших трудностях, соблюдался неукоснительно.
ДЛЯ НЫНЕШНИХ ЖЕ правителей России иностранные инвестиции стали фетишем. Одержимы идеей иностранных инвестиций и белгородские высокопоставленные чиновники. Их любимая тема на встречах с зарубежными гостями: «инвестиционная привлекательность» Белгородчины. И, действительно, разве не привлекательно для владельцев капиталов, когда год назад в Белгородской области при росте средней зарплаты тружеников, производящих сельхозпродукцию, в 1,1 раза (что не достигало уровня инфляции), прибыль хозяев сельхозпредприятий от её реализации выросла втрое?
На Белгородчине промышленные предприятия и природные богатства уже давно перешли в руки «эффективных собственников», и прибыль от не столь уж давно общественного достояния идёт в их карманы, позволяя кое-кому даже фигурировать и в списках журнала «Форбс». Однако в руках областной власти осталось ещё немалое богатство: земля. Порядка 600 тысяч гектаров земли — в собственности области.
И вот губернатор в столь чтимых им традициях помещиков царской России решил пустить её в коммерческий оборот. На встрече со швейцарскими бизнесменами, посетившими Белгородчину, Е.С. Савченко заявил: «Мы бы могли 100 тысяч гектаров предоставить в залог для привлечения двух-трёх миллиардов швейцарских франков. За эти деньги можно реализовать проекты по строительству тепличных комплексов». Цель губернатора — создать в области такое «тепличное хозяйство, которое обеспечит производство 10% овощей от их потребляемого объёма в России».
Подчеркну: 600 тысяч гектаров земли — собственность не губернатора и не администрации области, а именно Белгородской области, то есть это — общее имущество жителей области. И губернатор намерен отдать шестую часть его в залог иностранцам, чтобы на вырученные деньги создать тепличные хозяйства, которые позволят круглый год снабжать население свежими овощами. Благое дело. Но возникают вопросы, неизбежные в условиях капитализма.
В-первых: кому будут принадлежать тепличные хозяйства, построенные за швейцарские миллиарды?
Быть может, губернатор лелеет мечту создать госхозы по выращиванию овощей или народные предприятия, за которые ратует КПРФ? Подобная идея очень привлекательна, однако, учитывая опыт последней четверти века, надежда на разворот курса власти на 180 градусов представляется крайне призрачной. Да если бы областная власть и решила пойти по такому пути, пиар-кампания уже шла бы полным ходом, тем паче, что это был бы крупный козырь в предвыборной игре.
С учётом всех обстоятельств наиболее вероятный вариант: тепличные хозяйства достанутся очередным «эффективным собственникам». Остаётся надеяться, что всё же не швейцарским предпринимателям. Иначе ситуация будет совсем уж нелепая: за деньги, полученные от передачи белгородской земли в залог швейцарцам, будут построены сельхозпредприятия, прибыль из которых будут извлекать те же швейцарцы. Однако приведённая в печати фраза Е.С. Савченко о создании в нашей области «маленькой Швейцарии» наводит на мысль, что это опасение небеспочвенно.
Замечу, что, как рассказали жители Алексеевского района, они уже натерпелись от «маленькой Германии». Немецкие свинарники с открытыми жижесборниками обступили сёла со всех сторон — так удобно размещать инфраструктуру немцам… Жители остались без воды — всю её выкачивают свинокомплексы, Но что особенно возмущает — это то, что губернатор отдал землю немцам в аренду на 49 лет. Теперь немцы сдают худшие земли местным жителям за более высокую плату.
В-вторых: а как отразится возведение тепличных хозяйств за импортные кредиты на стоимости продукции? Если они, как ожидается, попадут под контроль «эффективных собственников», можно не сомневаться, дешевле зимние овощи от значительного роста их производства не станут. Ныне Белгородская область превратилась в огромный свинарник, и производство свинины достигло заоблачных высот. Однако на белгородском рынке свинина по сравнению с теми временами, когда свиньями ещё не занялись агрохолдинги, мягко говоря, отнюдь не подешевела. Ведь «эффективные собственники» нацелены не на обеспечение потребностей народа, а на извлечение прибыли. И потому не приходится удивляться, что год назад при снижении реальных доходов населения цена мяса на Белгородчине выросла более чем на 25%.
Третий вопрос опять же возникает из опыта развития капиталистического хозяйства в области. Тепличные хозяйства есть и у фермеров, и в личных подсобных хозяйствах. Не вызовет ли появление тепличных агрохолдингов какой-нибудь новой эпидемии уже не среди животных, а среди растений, которая даст повод власти в очередной раз регламентировать деятельность фермерских и личных подсобных хозяйств?
И четвёртый, но по значению главный вопрос: что будет, если белгородская власть не сможет погашать взятые под залог земли кредиты? А такая угроза вполне реальна. Белгородская область и без того увязла в долгах. В прошлом году в СМИ приводились данные, что в среднем по России долговая нагрузка на региональный бюджет составляла 33,5%. В минувшем декабре областная Дума приняла закон о бюджете Белгородской области на 2016 год. И в нём говорится, что при общем объёме расходов областного бюджета 59174774 рубля верхний предел государственного внутреннего долга Белгородской области на 1 января 2017 года определён в сумме 46482794 рубля, то есть 79% — в два с лишним раза больше, нежели в среднем по стране. С 2011 по 2014 год бюджетные расходы по статье «Обслуживание госдолга» в Белгородской области выросли более чем впятеро. В бюджете-2015 по сравнению с предыдущим годом они увеличились ещё в 1,29 раза. А в бюджете-2016 — ещё в 1,27 раза. Не однажды СМИ называли Белгородскую область в числе тех регионов, которые находятся на грани дефолта. Брать в этих условиях зарубежный кредит, закладывая нашу землю, — это вряд ли образец ответственного решения. Ведь если власть не сможет расплачиваться с кредиторами, фраза губернатора о «маленькой Швейцарии» на белгородских землях обретёт уже не образный, а прямой смысл.
Полагаю, если бы губернатор закладывал не имущество области, а своё имение, он был бы куда более осмотрителен.