О бедных крестьянах замолвите слово

Председатель Еврокомиссии Урсула фон дер Ляй-ен, торжественно подписавшая 17 января в Асунсьоне «сделку века» — соглашение о свободной торговле между Евросоюзом и МЕРКОСУР (экономическое содружество южноамериканских государств), все минувшие выходные находилась на верху блаженства. Купаясь в лучах славы и радостно обнимаясь с шестёркой весьма импозантных мужчин — лидеров Аргентины, Бразилии, Парагвая, Уругвая, Боливии и Панамы, самая известная немка планеты предвкушала победоносное возвращение в Старый Свет под звуки фанфар и грохот литавр.

Увы, фантазии тщеславной фрау разошлись с реальностью: по прибытии в Европу брюссельскую «гранд-даму» встретили не толпы почитателей её сомнительных бизнес-талантов, а тысячи разъярённых фермеров и какофония из зазываний вувузел и тракторных клаксонов. В  Страсбурге, законодательной столице ЕС, проходила масштабная общеевропейская акция протеста аграриев, более походившая на осаду Европарламента, в котором 21 января решалась судьба договора, способного изменить экономическую карту мира. Сельхозпроизводители из Франции, Германии, Бельгии, Италии и других стран окружили здание, пытаясь в последний момент повлиять на исход голосования, ведь ратификация соглашения с МЕРКОСУР — готовившегося 25 лет крупнейшего торгового пакта в истории ЕС (два блока создают зону свободной торговли с населением 718 млн человек и ВВП 22,4 трлн долларов) — для европейских сельхозпроизводителей равносильна суициду.

Впрочем, чиновников и предпринимателей, грезящих о баснословных прибылях, беды крестьян едва ли тревожат, поскольку жаждущие наживы евробонзы видят в МЕРКОСУР, куда входят Аргентина, Бразилия, Парагвай, Уругвай и Боливия, огромный неосвоенный рынок для европейских товаров. Сторонники соглашения, главными из которых выступают Еврокомиссия, за последние годы превратившаяся в вотчину фон дер Ляй-ен, и Германия, озабоченная проблемами своего хиреющего автопрома, считают сделку, сулящую на бумаге внушительные прибыли, экономическим трамплином и политической необходимостью. По оценкам Брюсселя, соглашение увеличит годовой экспорт товаров из ЕС в Южную Америку на 39% (примерно на 49 млрд евро) и поддержит более 440 тыс. рабочих мест в Европе, чей бизнес получит возможность ежегодно экономить около 4 млрд евро только на отмене экспортных пошлин.

Кроме того, ЕС озабочен стремительным ростом влияния Китая в Латинской Америке, а потому «братание» с МЕРКОСУР для Брюсселя — уникальный шанс закрепиться в сулящем огромные возможности регионе, потеснив Поднебесную. 

Однако, несмотря на вроде бы радужные перспективы, потенциальный пакт с южноамериканскими государствами разделил старушку Европу на два непримиримых лагеря: против соглашения сформировалась мощная коалиция государств, включая Францию, Польшу, Венгрию, Италию, Ирландию и Австрию. Волны протестов под лозунгами наподобие «Не приносите в жертву семейные фермы ради немецких автомобилей!» прокатились по десяткам стран. Даже президент Пятой республики Эмманюэль Макрон, редко изрекающий что-либо толковое, на сей раз удивил ясностью мыслей, чётко сформулировав ключевую претензию к сделке: «Не могу понять, как можно применять правила к тому, что производится в Европе, и одновременно давать добро на импорт зарубежной продукции, не соответствующей нами же установленным нормам».

Гнев европейских фермеров, как уже неоднократно писала «Правда», вызван не абстрактным страхом конкуренции вследствие наплыва дешёвого импорта, а конкретными фактами двойных стандартов. В МЕРКОСУР разрешено использование множества пестицидов и гербицидов (в частности, некоторых видов неоникотиноидов, убивающих пчёл), давно запрещённых в ЕС. Кроме того, в Старом Свете действуют строжайшие нормы содержания скота и жёсткое табу на применение гормонов роста, тогда как в Южной Америке критерии зачастую мягче, а контроль за их соблюдением слабее, что значительно удешевляет себестоимость аргентинского стейка или бразильской курятины, делая соперничество с ними заведомо проигрышным для европейских животноводов.

Нынешняя осада Страсбурга — кульминация годами копившегося недовольства главных кормильцев Европы. И договор с МЕРКОСУР явился своего рода последней каплей, переполнившей чашу фермерского терпения, в которой, как в ядовитом снадобье, смешались удушающая бюрократия ЕС, рост цен на топливо и жёсткие экотребования в рамках «зелёного курса» Брюсселя, требующие сокращения выбросов CO2 без адекватной компенсации. По сути, еврочиновники одной рукой закручивают гайки собственным производителям, а другой — настежь распахивают двери тем, кто игнорирует правила ЕС.

Кстати, сопротивление «сделке века» не ограничивается Европой. Коренные народы Бразилии и экоактивисты называют соглашение «экспортом в обмен на экологию», опасаясь, что резкий рост спроса на сою и говядину в Старом Свете увеличит объёмы вырубки лесов Амазонии под сельхозугодья, особенно на фоне спорных бразильских законов, ограничивающих права индейцев на землю.

Впрочем, на пути финального утверждения долгожданного документа, 9 января одобренного в Брюсселе Советом ЕС, а 17 января, как уже говорилось выше, подписанного в Асунсьоне от имени  Европы главами Еврокомиссии и Евросовета Урсулой фон дер Ляйен и Антониу Коштой, встал последний и, пожалуй, самый сложный барьер — согласие Европарламента (ЕП).

Дело в том, что раскол по поводу торгового союза с МЕРКОСУР вызвал разлад не только между членами «дружной» евросемейки, но и внутри крупнейших партийных фракций ЕП. Так, имеющая большинство правоцентристская Европейская народная партия традиционно отстаивает интересы бизнеса, хотя многие её депутаты от аграрных регионов находятся под колоссальным давлением избирателей. Социалисты и демократы разрываются между желанием поддержать международное сотрудничество и опасениями по поводу прав трудящихся и экологии в Южной Америке. Сомнениями не мучаются лишь «Зелёные», выступающие категорически против сделки из-за климатических рисков.

Понимая, что участь договора зависит от нескольких десятков колеблющихся депутатов, на которых и было направлено давление тракторов на улицах Страсбурга, предсказать исход голосования не брался ни один эксперт. И правильно. 21 января Европарламент решил передать соглашение о свободной торговле между ЕС и МЕРКОСУР в Европейский суд справедливости: «за» высказались 334 евроизбранника, «против» — 324, ещё 11 воздержались. Непредвиденный поворот значительно задержит реализацию договора и потенциально способен помешать его окончательному утверждению. Ведь на вынесение вердикта высшей инстанцией судебной власти ЕС, которая рассмотрит вопрос о том, не нарушает ли торговый пакт еврозаконодательство, может уйти более года, и до тех пор сделка будет заморожена.

В ожидании решения служителей европейской Фемиды аналитики пока не делают прогнозов, а лишь рассматривают варианты дальнейшего развития событий. Ратификация договора явится триумфом лоббистов свободной торговли и немецкой промышленности, но спровоцирует беспрецедентный социальный взрыв в аграрной Европе. Если же труженикам земли удастся «закопать» сделку, то последствия примут глобальный характер: провал утверждения документа после длившихся четверть века дебатов и официально состоявшегося подписания нанесёт катастрофический удар по репутации ЕС как надёжного международного партнёра и, скорее всего, поставит крест на шансах Брюсселя заключать крупные торговые пакты в будущем. При таком исходе выгодоприобретателем окажется Китай, поскольку в случае неудачи с Брюсселем члены МЕРКОСУР однозначно ускорят экономическую интеграцию с Поднебесной, не выдвигающей драконовских экологических и правозащитных требований, зато охотно скупающей южноамериканское сырьё.

Ясно одно: главные кормильцы Европы, получившие внезапную отсрочку приговора, наверняка используют выпавший им шанс на полную катушку и усилят бунт в Старом Свете.