Вот начнёт помирать — звоните
Столкновение с реалиями «оптимизированного» российского здравоохранения может оказаться смертельно опасным.
На днях широкую огласку получила публикация в личном телеграм-канале ведущего радио КП Ивана Панкина:
«Прямо сейчас в буквальном смысле от боли умирает бабушка моей жены. Медицина по ОМС может помочь, но плевать хотела. Я говорю — вы не поверите — про Москву! Ей — 86, она Сталина живьём видела, её отец военный лётчик пропал на войне, мать тоже погибла, она — сирота, после детдома встала на ноги, родила двоих детей и обеспечила их жильём. Вот такая пробивная женщина, совсем не ипохондрик. Никогда не любила «скорые» и больницы, но на даче то ли простудилась, то ли перетрудилась — болит спина, она не встаёт, не может даже пошевелиться. Пару лет назад был небольшой перелом позвоночника — тогда лечили в больнице. Сейчас не забирают, потому что нет предписания. Чувствительность в ногах есть? Есть. Значит ходить можете».
Далее журналист уточняет, что «скорая» ограничивается лишь обезболивающими уколами. В поликлинике предложили делать платную капельницу на дому. Сама же пожилая женщина категорически отказывается от услуг платной больницы. «Я, говорит, всю жизнь работала и честно налоги платила», — пишет Иван Панкин. То есть её позиция принципиальная, и это не может не вызывать уважения.
«От себя говорю — это мрак и мат, мат, мат, — так заключает журналист свою публикацию. — Зареформировались, идите на ... со своими реформами! Можем, говорят, укол поставить. Уточняю: это чуть-чуть снимает на время боль, и то не полностью. И не лечит — не решает проблему. Да и через пару часов снова адские боли. «Вот убьют, тогда звоните». Не сбой. Не мем. Реальность».
Таков итог столкновения крайне лояльного действующей российской власти журналиста Ивана Панкина с «оптимизированной» столичной медициной. Он заключается в том, что пожилая женщина страдает, но помогают ей формально и никто не торопится везти её в больницу, чтобы поставить верный диагноз. Потому что пациент в возрасте 86 лет — это «головная боль», а младший медперсонал для ухода за ним давным- давно сокращён.
По-человечески тут можно только посочувствовать, а сделать что-то очень трудно. О разрушительной роли «оптимизации» «Правда» писала многократно. Но позицию КПРФ и нашего издания большинство СМИ поддерживать не спешили, кто-то даже атаковал за критику и обвинял в «паникёрстве». Наши авторы тем временем обращали внимание и на введение новых протоколов лечения, которые фактически связали медиков по рукам и ногам.
Вот ещё один недавний пример роли пресловутых протоколов, а также падения качества подготовки врачей. В дагестанском Дербенте семья 15-летнего мальчика обратилась к врачам, когда он стал жаловаться на сильную боль в руке. «Скорая» предположила перелом, но в городском травмпункте не работал аппарат рентгена. Мальчика направили в ЦРБ, где перелом не подтвердили, назначили лечение от ушиба и отправили домой.
Но ребёнку становилось всё хуже, на руке появилась опухоль. «Скорая» приезжала чуть ли не ежедневно, но в больницу его так и не забрала. Через шесть дней родители самостоятельно довезли сына до Ставрополя. Там ему диагностировали сепсис, сделали операцию, но спасти не смогли: на следующий день он умер. По последним данным, мальчик погиб от последствий укуса насекомого или змеи.
Мы не знаем, говорили ли дагестанские врачи вслух о протоколах лечения, но практически уверены, что постоянно держали их в уме. Потому что за госпитализацию без достаточных, с точки зрения нынешней оптимизированной российской медицины, оснований медиков по головке не погладят. И замордованные протоколами и начальством, они порой действительно ждут до последнего.
Журналист Панкин вспомнил про известное полицейское: «Вот убьют, тогда звоните». Медицину в России «оптимизировали» с одной лишь целью: не потратить «лишнюю» копейку на пациента и сэкономить везде, где только можно. Поэтому у медиков теперь так: «Вот начнёт помирать — звоните».