Искушение властью

Потеря бдительности и забвение целей борьбы — прямой путь к поражению трудящихся. В Боливии правые празднуют победу и обещают развернуть страну лицом к США. В Чили задача остановить реакцию легла на коммунистов.

 Роковой раскол

Учитывая ресурсы владельцев капитала, успешное сопротивление им может гарантировать только титаническое напряжение сил, включающее самоотверженность и творческое использование теоретических основ. При этом завоевание власти не означает конца борьбы. Наоборот, только тогда и начинается наиболее острый период противостояния с внутренними и внешними врагами. Почивать на лаврах, пуская дело на самотёк, означает начало конца. Как подчёркивал В.И. Ленин, «все революционные партии, которые до сих пор гибли, — гибли от того, что зазнавались и не умели видеть, в чём их сила, и боялись говорить о своих слабостях».

Двадцать лет назад Боливия сделала поразительный рывок вперёд. Одна из наиболее отсталых стран региона, где крепостное право существовало до 1952 года, а дискриминация небелого населения (к индейцам и метисам относятся свыше 90 процентов населения) сохранялась до начала XXI века, приступила к смелым преобразованиям под знаменем социализма. Всего за десятилетие уровень бедности сократился с 63 до 35 процентов, демонстрирующий глубину неравенства коэффициент Джини рухнул с 0,585 до 0,409. Коренные народы обрели реальное равноправие, Боливия была провозглашена «многонациональным государством». Вместе с другими прогрессивными странами Латинской Америки она бросила вызов гегемонии Вашингтона, присоединившись к Боливарианскому альянсу для народов Америки (АЛБА).

Теперь, в год своего 200-летия, Боливия рискует вернуться к неравенству и неоколониальной зависимости. Самое печальное, что причина — не во внешней агрессии, а во внутренних просчётах и склоках. Признаки глубокого кризиса стали проявляться ещё в прошлом десятилетии. Снижение добычи и падение цен на природный газ — основной экспортный продукт — ударили по экономике. Противостояние с правой оппозицией привело в 2019 году к поддержанному США военному перевороту.

Тот кризис не оказался смертельным. Досыта хлебнув неолиберальных реформ и развязанного хунтой террора, трудящиеся вернули к власти левые силы. Луис Арсе был избран президентом, «Движение к социализму» получило уверенное большинство в обеих палатах парламента. Но вскоре после победы правящий лагерь стал разъедаться враждой между новым и прежним руководством в лице Эво Моралеса. «Движение к социализму» раскололось на «арсистов» и «эвистов», их конкуренция вылилась в беспорядки.

Конфликт обострил и без того непростую ситуацию в экономике. Доходы от экспорта газа упали с 5,5 до 1,6 млрд долл., из-за истощения месторождений Боливия вынуждена закупать топливо за рубежом. Это привело к резкому сокращению золотовалютных резервов, дефициту, росту цен. Продовольственная инфляция достигла 25 процентов — пика за тридцать с лишним лет, в то время как минимальная зарплата выросла за последний год лишь на 10 процентов.

Выходом могла стать диверсификация промышленности, в первую очередь добыча лития, по запасам которого страна занимает первое место в мире. Но заключённые с Китаем и Россией соглашения так и не вступили в силу: помешала междоусобица, расколовшая фракцию «Движения к социализму» в парламенте. Вместе с правой оппозицией «эвисты» назвали договорённости противоречащими национальным интересам. В результате вместо запланированных 150 тыс. тонн производство лития составило в прошлом году скромные 2 тыс. (9-е место в мире).

  Триумф неудачников

Положение накалялось по мере приближения к выборам. Конституционный суд отказал Моралесу в возможности баллотироваться в президенты. Это привело к выступлениям его сторонников. Жертвами столкновений стали по меньшей мере восемь человек. Моралесу предъявлены обвинения в терроризме, подстрекательстве к преступлениям и т.д., однако задержать его власти не решились. Политик скрывается в провинции Чапаре.

Сам Луис Арсе отказался от выдвижения. Свой шаг он объяснил стремлением сохранить «единство левых сил», но в действительности это обезглавило прогрессивный лагерь. Кандидатом «Движения к социализму» стал малоизвестный правительственный чиновник Эдуардо дель Кастильо. Больше шансов было у другого левого политика — в прошлом профсоюзного активиста, а затем — спикера сената Андронико Родригеса. Прежде он считался «человеком Моралеса», однако затем последний заклеймил его как «предателя». Весь сохранившийся авторитет экс-президент бросил на призыв к бойкоту выборов. Штабы «эвистов» предложили избирателям две возможности — опустить в урны испорченные или пустые бюллетени. «Сегодня у народа нет своего кандидата», — объяснили там, назвав эти действия «референдумом против нелегитимных выборов и антинародной элиты».

Попытки Арсе преодолеть раскол провалились. Президент пригласил Родригеса и представителей Моралеса для выработки общего курса сопротивления «североамериканскому империализму и правому крылу, которые хотят снова грабить наши богатства». «Мы стоим перед опасностью разрушения многонационального государства, восстановления колониального режима, безжалостного неолиберализма и профашистской реставрации», — предупредил Арсе. Гости назначенную на 24 июля встречу проигнорировали.

Лучшего подарка оппозиция и желать не могла. Во второй тур выборов вышли два правых политика. Чуть более 30 процентов получил кандидат христианско-демократической партии Родриго Пас Перейра. Сын экс-президента Хайме Паса Саморы, он получил высшее образование в США. Его работа на посту мэра города Тариха закончилась коррупционными скандалами. Несмотря на это, теперь Пас предлагает программу, которая якобы выведет страну из кризиса. Главным пунктом является децентрализация с передачей средств и полномочий регионам. Другой популистский лозунг политика — «капитализм для всех». «Лучшие времена наступают. Более низкие тарифы, более низкие налоги, много кредитов, деньги для всех», — заявлял кандидат. Обещая прекратить «бюджетное расточительство», Пас призывает закрыть «неэффективные» госкомпании, либерализовать экспорт и импорт, содействовать частным инвестициям, реформировать образование «в соответствии с международными стандартами». Во внешней политике он обещает наладить связи с западными странами.

Второе место с небольшим отрывом занял бывший министр финансов, вице-президент и и.о. президента (в 2001—2002 годах), один из инициаторов неолиберальных реформ 1990-х годов Хорхе Кирога. В 2019 году он поддержал переворот, несколько раз неудачно участвовал в выборах, а затем провозгласил себя сторонником президента Аргентины Хавьера Милея. Подражая последнему, Кирога требует введения мер жёсткой экономии, массовой приватизации, отмены субсидий и сотрудничества с МВФ, «чтобы вернуть двадцать потерянных лет». Одним из первых шагов на посту президента Кирога назвал разрыв связей с Кубой, Венесуэлой и Никарагуа.

Кандидаты левых сил в сумме набрали чуть более десяти процентов голосов. «Движение к социализму», судя по предварительным данным, теряет представительство в парламенте. Одна из причин столь шокирующего провала — кампания Моралеса. Из 6,7 млн бюллетеней 1,5 млн — свыше 20 процентов — оказались испорченными или пустыми. Но призрачный успех группы политиков может обернуться катастрофой для страны.

  Коммунисты на передовой

Ошибки боливийских левых важно не повторить их чилийским единомышленникам. В ноябре в стране пройдут президентские и парламентские выборы. Прогрессивный альянс впервые будет представлять коммунист — Жаннет Хара. Родившись в рабочей семье, уже в 14 лет она стала членом молодёжного крыла компартии Чили (КПЧ). Опыт борьбы Хара получила в 1990-е годы, будучи главой студенческой федерации в университете Сантьяго.

На праймериз — предварительном голосовании — она обошла трёх соперников, получив более 60 процентов голосов. Этому способствовали успехи Хара на посту министра труда. C 2022 года минимальная зарплата в Чили выросла более чем на 50 процентов, рабочая неделя сокращена с 45 до 40 часов. Шагом вперёд стала пенсионная реформа, расширившая охват системой соцобеспечения и увеличившая роль государства. Платформа коммуниста «Справедливость, безопасность, процветание» делает упор на укрепление трудовых прав, включая защиту коллективных переговоров, расширение государственной собственности на природные ресурсы, ликвидацию частной пенсионной системы, увеличение налогообложения богатых, строительство государственного жилья.

Буржуазия развернула против Хара и левой коалиции «Единство для Чили» масштабную пропагандистскую кампанию. Политик подверглась настоящей травле за слова о том, что на Кубе тоже есть демократическая система, пусть и отличная от чилийской. На помощь правым силам пришли ведущие западные СМИ, избравшие главной мишенью КПЧ. «Партия поддерживает связи с авторитарными правительствами Кубы и Северной Кореи», — пугает газета «Файнэншл таймс». «Многие чилийцы относятся к компартии с глубоким подозрением, помня её роль в хаотичном правительстве Альенде, — утверждает американский журнал «Национальный интерес». — Вооружённое крыло партии совершало теракты. Даже сегодня КПЧ в основном управляется ярыми марксистами, отвергающими реформы, которые провели братские партии в Западной Европе».

Около двухсот бизнесменов и бывших членов правых кабинетов опубликовали открытое письмо с призывом выставить против левых единого кандидата. «Чили нуждается в переменах. Если мы будем действовать вместе, у нас есть историческая возможность победить. Если же мы останемся разобщены, мы рискуем столкнуться с президентом — активистом коммунистической партии и углублением кризиса», — заявили они. Этот страх толкает капитал на крайне правый фланг. Если изначально он делал ставку на относительно умеренную фигуру Эвелин Маттеи из альянса «Чили, вперёд!», то затем симпатии буржуазии стали склоняться к лидеру Республиканской партии Хосе Антонио Касту. На прошлых выборах он вышел во второй тур, но проиграл Габриэлю Боричу.

Персону одиознее представить сложно. Отец Каста — офицер вермахта и член нацистской партии — бежал в Чили от денацификации, где сколотил состояние. Брат политика занимал высокие посты в пиночетовской хунте, сам он тоже начинал карьеру, поддерживая диктатора. С тех пор взгляды Каста изменились мало. Он не скрывает восхищения Пиночетом, требуя для страны «твёрдой руки», «свободного рынка» и «защиты европейского наследия Чили». Программа кандидата отражает интересы крупного бизнеса. Каст обещает «посадить государство на диету», сократив госрасходы на 6 млрд долл. в течение полутора лет, снизив корпоративный налог с 27 до 20 процентов и сократив регулирование экономики. В частности, политик выступает против участия государства в добыче лития, утверждая, что это отталкивает зарубежных инвесторов.

Ставку капитала на крайне правые силы подтвердил опрос американского агентства «Блумберг». Изучив мнение финансовых аналитиков, оно пришло к выводу, что «рынок заложил в цены победу Каста». Последнего издание назвало кандидатом, «наиболее дружественным финансовым рынкам».

В таких условиях от левых требуется выверенный и последовательный курс. Над кампанией Жаннет Хара довлеют ошибки и неудачи Борича, уровень поддержки которого едва превышает 30 процентов, а также недостаточная сплочённость альянса. Входящие в него социалисты, Либеральная партия, «Широкий фронт» склоняются к компромиссам с буржуазией. Крайне неоднозначны высказывания экономического советника Хара — Луиса Эдуардо Эскобара. Он отверг такие пункты программы, как упразднение частных пенсионных фондов, и назвал устаревшими положения о диктатуре пролетариата и ликвидации социальных классов.

Гарантией реальных изменений является закрепление позиций КПЧ. «Чили должна решить, куда двигаться: углубить путь перемен или вступить в авторитарный дрейф, — заявляют в партии. — Перед лицом наступления ультраправых, провала рыночной модели страна нуждается в реальной альтернативе. Мы хотим справедливого, процветающего общества для всех, где уважают труд, где обеспеченная и безопасная жизнь — это не привилегия, а право».