Сталинград не сдадим!

Сталинград не сдадим!

№141 (31344) 16—19 декабря 2022 года
4 полоса
Автор: Алексей ШАХОВ, кандидат исторических наук.

(Продолжение.

Начало в №88—118, 121, 129, 132, 135, 138)

Несмотря на переброску для обороны Тракторного с левого берега свежей 37-й гвардейской дивизии, в штабе Горохова чувствовали, что в связи с разворачивающимися событиями у Орловки вероятность вражеского прорыва к заводу усилилась. Фронт к западу от СТЗ всё больше прогибался к его окраине. Наши войска на существенно сократившемся Орловском выступе сражались почти в окружении. Вольфганг Вертен в книге «История 16-й танковой дивизии» пишет: «Хотя русские части и были захвачены нами в клещи, они не прекращали борьбу в пригородах Орловки, Спартановки, Рынка. И немецким частям нужно было захватить Орловку, чтобы потом с трёх сторон вырвать ядовитые зубы — Спартановку и Рынок».

К сожалению, тревожные предчувствия Горохова и его штаба стали сбываться. Враг добился разгрома защитников Орловского выступа. Во многом это произошло за счёт большого численного превосходства и абсолютного господства его авиации. Кроме того, артиллерия на левом берегу Волги и кораблей военной флотилии не могла эффективно оказывать артподдержку защитникам Орловского выступа. Многие безвестные герои Орловки сражались до последнего патрона и гранаты в полном окружении, без продовольствия и воды.

Дрались хорошо.

Отступили в панике

Однако в отличие от мемуаров командования 62-й армии и других расхожих оценок событий вокруг Орловки полковник Горохов имел на этот счёт несколько другое мнение. Приведём его дословно: «115-я бригада занимала Орловку до октябрьских дней, прикрывая наш левый фланг (282-й стрелковый полк). Дрались до этого хорошо. Но отступила в панике, хотя имела возможность отступить в порядке на боевые позиции 282-го полка». В результате подразделения 282-го стрелкового полка, морские пехотинцы из группы Горохова были смяты и оказались в окружении.

В архиве Владимира Александровича Грекова, комиссара 124-й бригады, хранится небольшой фрагмент воспоминаний на этот счёт:

«Докладывает Болвинов: — Из Орловки оврагами и балками отходят тылы Андрусенко. Связи с ним нету… Минуту… Сейчас мне доложил разведчик… Немцы ворвались в Орловскую балку… Вижу: бегут группы по 10—15 человек… — Павел Васильевич (Горохов обращается к начальнику штаба), Вы тоже не можете связаться с Андрусенко? Начальник штаба бешено крутит ручку аппарата и в ответ разводит руками. — Немедленно отрядить офицерскую разведку к Орловке, установить, что там, — распоряжается Горохов. — В чём же дело, Владимир Александрович? Почему молчат перед нами?.. И не дожидаясь ответа, Горохов говорит, размышляя вслух: — Считаю, ждут момента: не пошлём ли мы на помощь, то есть не ослабим ли мы себя. «Рама» уже с полчаса над нами кружит, — говорит Горохов, отмечая что-то на своей рабочей карте.

А кругом — грохот взрывов, трескотня пулемётных очередей, пожары. Кажется, гореть уже давно нечему. Нет, горит. Пытаемся связаться со штабом армии. Безрезультатно».

Приведём одно из редких свидетельств о действиях при обороне на Орловском выступе отряда морских пехотинцев ВВФ, входивших в группу полковника Горохова и поддерживавших их миномётчиков. Примечательно, что эти свидетельства были подготовлены по горячим следам и изданы ещё до окончания войны — в 1944—1945 годах:

«29 сентября. Авиационно-артиллерийская подготовка и наступление на оборону 115-й ОСБр. Прорвав оборону 115-й бригады, силой 2 рот автоматчиков при поддержке 5 танков противник ударил во фланг отряда моряков. Десять раз противник атаковал безу-спешно. В этом бою исключительную стойкость проявили краснофлотцы роты лейтенанта Тринькова. Они отбили все атаки. Миномётный расчёт младшего лейтенанта Подольского неоднократно отражал атаки на свои окопы. Танки приблизились и вели огонь с расстояния 50—60 метров. Подольский ранен. Командование принял командир отделения Парфёнов, продолжая удерживать позиции миномётчиков. К вечеру 30 сентября противник, потеряв два танка и роту автоматчиков, прекратил атаки. 30 сентября. Наступление противника возобновилось, вновь моряки отбросили врага. 4 октября рота немецких автоматчиков в форме бойцов Красной Армии атаковала позиции моряков (вначале думали — военнопленные). Краснофлотцы под командованием старшего лейтенанта Василюка (НШ отряда) подпустили врага ближе и забросали его ручными гранатами».

К слову, после этого случая, с лёгкой руки миномётчиков 124-й бригады, а затем и моряков, пошёл слух, будто против гороховцев противник направил воевать эсэсовцев.

Из окружения в районе Орловки разрозненными группами вышли подразделения 115-й стрелковой и 2-й мотострелковой бригад, а также остатки 282-го полка и несколько морских пехотинцев. Командованием 62-й армии 115-я бригада с остатками 2-й мотострелковой бригады была направлена в оборону у Тракторного завода.

В результате потери Орловки конфигурация линии обороны группы Горохова изменилась. Части её левого фланга в ходе ужесточившихся беспрерывных боёв под Орловкой и на подступах к СТЗ понесли значительный урон. Полностью израсходовали свои силы и выбыли с передовой (т.е. из группы Горохова) морские пехотинцы, 282-й стрелковый полк. 149-я стрелковая бригада вынуждена была отойти от совхоза «Тракторный» на юго-западную окраину Спартановки и своим немногочисленным составом примкнуть к флангу 124-й бригады близ прежних плантаций ОРСа Тракторного завода.

Надо отметить, что сразу после 5 октября, то есть как только на СТЗ пришла дивизия Жолудева, полковник Горохов обратился к командованию 62-й армии за разрешением перенести свой КП. Такое разрешение было получено. Командующий артиллерией бригады и всей группы Горохова А.М. Моцак вспоминал, что «наше присутствие в районе красного недостроенного здания, несомненно, было обнаружено противником. Это было видно по артиллерийской стрельбе и бомбометанию противника. Ведь одно время противник стал сбрасывать бомбы на бреющем полёте именно в тот угол здания, где мы располагались в подвале. Из красного здания нас выжил противник на берег. Но и там нам противник не давал спокойно работать. Противник основательно поджимал наш левый фланг. Выход противника к Волге в район СТЗ был, по сути дела, уже предрешён. В этой обстановке наш КП оказывался на самом левом фланге боевого участка. Сидеть там было бессмысленно, и КП перенесли по берегу Волги на север — за речушку Мечётку».

Итак, в начале октября КП группы и 124-й бригады был перемещён из Дома техники с территории у Тракторного завода в посёлок Спартановку, туда, где в послевоенное время (до 1990-х годов) располагался кинотеатр «Комсомолец». Это дальновидное и своевременное решение Горохова сыграло в дальнейшем очень важную роль в устойчивом управлении войсками в период решительного штурма гитлеровцами Тракторного завода и его посёлков. Вслед за переносом своего КП полковник Горохов дал разрешение командиру 149-й бригады переместить его КП на юго-восточную окраину Спартановки, к береговому обрыву неподалёку от устья Сухой Мечётки. «Мы тоже могли врезаться в кручу, чтобы не перемещаться ещё раз, — писал В.А. Греков. — Однако командующий группой Горохов усмотрел в этом факте важный и верный элемент: командиры и бойцы должны видеть, что штаб среди них, а не укрывается за их спинами». С 17 по 25 октября КП бригады находился в 150 метрах от переднего края гороховской обороны.

Разведка не доложила точно

5 октября, по воспоминаниям командующего 4-м воздушным флотом Вольфрама фон Рихтгофена, командующий 6-й армией Фридрих Паулюс решил прекратить атаки до подхода подкреплений. В дневнике боевых действий ОКВ за этот день содержится запись, сходная по смыслу: «Продолжение наступления в Сталинграде в настоящее время невозможно из-за временного отсутствия сил и утомления войск». 6 октября противник приостановил наступление на Тракторный. Удары с воздуха по боевым порядкам 37-й гвардейской дивизии Жолудева не ослабевали, но наземные атаки прекратились.

7 октября противник предпринял попытку врезаться танками и пехотой в посёлок СТЗ с юга — со стороны Нижнего посёлка завода «Баррикады». Этот натиск пришлось принять на себя также дивизии Жолудева. Утром 8 октября новых атак в Заводском районе не последовало. Не возобновлялись они здесь ещё в течение пяти дней.

Противник начал очередную перегруппировку атакующих сил и ввод резервов. Начальник штаба группы армий «Б» генерал Георг фон Зоденштерн сообщил в конце сентября — начале октября в оперативный отдел генштаба сухопутных войск, что в связи с предстоящей зимой дальнейшая борьба за Сталинград не имеет смысла. Доводы: город «выключен как военно-промышленный центр». Главная задача группы армий: перевод войск на пригодные для обороны зимние позиции, накопление резервов и передислокация их за войска союзников.

Войска из Сталинграда нужно было отвести за Дон. Но фюрер и слышать не хотел об отходе. Историки, в прошлом генералы вермахта А. Филиппи и Ф. Гейм, пишут: «Его воля была выражена в приказе командования группы армий «Б» от 6 октября: «Обстановка под Сталинградом, взятие которого фюрер считает важнейшей задачей группы армий, требует напряжения всех имеющихся сил. Перед этой необходимостью должны отступить все остальные интересы».

8 октября группа армий «Б», куда входила и 6-я армия, получила из ставки фюрера приказ приготовиться к новому наступлению на северную часть города. Начать его было приказано не позднее 14 октября.

В середине октября наступило наивысшее напряжение в обороне Сталинграда. Надо признать, что накануне немецкого штурма в районе Сталинградского тракторного завода штаб и разведка 62-й армии не чувствовали никакой угрозы на этом участке фронта. По-прежнему командарм ставил боевые задачи раздельно каждому соединению, в том числе из состава группы Горохова.

В боевом приказе штаба армии, датированном 14 октября в 1.40 (то есть поздно ночью — рано утром в день падения СТЗ), отражены боевой порядок наших войск к началу штурма противником Тракторного и задачи, поставленные каждому армейским командованием. В документе, в частности, говорилось, что противник стремится полностью овладеть городом Сталинградом и заводскими посёлками. Одновременно с этим противник проводит фортификационные работы по закреплению захваченных районов. Задача армии — «прочно удерживать занимаемые рубежи, не допустить противника к Волге и частными операциями к 20.10 очистить заводские посёлки от противника и захватить Мамаев курган, создать прочную и глубокую оборону».

Боевой порядок (справа налево) наших сил на этом участке обороны выглядел так: на правом фланге, упираясь обороной в берег Волги недалеко от Латошинки, — участок 124-й ОСБр полковника Горохова. Задача — «прочно удерживать занимаемый участок и дооборудовать оборонительные районы батальонов в инженерном отношении, сделав их недоступными для продвижения танков и пехоты противника». Бригада отвечала за оборону двух посёлков — Рынок и Спартановка.

Её сосед слева — 149-я ОСБр подполковника Болвинова имела задачу: «не допустить выхода противника в северную часть завода СТЗ, усилить батальонные районы инженерными средствами, сделав их недоступными для танков и пехоты противника». Граница слева — южная опушка садов восточнее завода СТЗ, железнодорожный мост через р. Мокрая Мечётка, высота 75.9».

Затем располагалась 112-я стрелковая дивизия подполковника Ермолкина. Она должна была оборонять участок «от реки Мокрая Мечётка до кладбища, подготовив противотанковые и противопехотные районы по улице Ударник до разветвления железных дорог, западнее стадиона, не допустить выхода противника в район Культармейская».

С ней соседствовала 115-я стрелковая бригада полковника Андрусенко, имея задачу «подготовить и оборонять рубеж двора, 1 км севернее Жемчужная, овраг, западная окраина Жемчужная, прикрывая подступы с северо-запада к СТЗ». Командарм потребовал от командиров дивизий и бригад к 12.00 14.10.1942 года доложить ему «план проведения частных операций с заявкой на артусиление, боеприпасы и инженерное имущество».

Решительное наступление врага

Но в действительности вышло совсем по-другому. Накануне, 13 октября, немцы заметно усилили бомбардировку района СТЗ с воздуха. Они целенаправленно разрушали то, что до этого пострадало сравнительно мало. Вероятно, ранее противник берёг эти строения для своих зимних квартир. Теперь же немцы беспощадно и целенаправленно бомбили уцелевшие кирпичные дома в посёлках СТЗ и цеха самого завода.

Вот как вспоминал о бомбёжке 13 октября офицер штаба Горохова Степан Чупров: «В этот день штаб 124-й ОСБр сменил командный пункт. При переходе на новый КП майор Усов и я уходили последними. По пути мы попали под бомбёжку девятки немецких бомбардировщиков. Над нашими головами в воздухе сыпались бомбы, была отчётливо видна каждая из них и то, в какую сторону они летят с неприятным пронзительным воем. Мы находились в непосредственной зоне разрывов многих бомб, и трудно было менять своё место между ними. Интервалы между разрывами взрывов были небольшие, нас оглушало и засыпало землёй. Мы уцелели только благодаря стремительному движению и своевременному залеганию в воронках. Я видел, как под бомбами гибли наши люди. Когда мы подбежали к Яхт-клубу (деревянное здание под обрывом берега Волги у СТЗ), то он ещё был цел. Около него стояли пятеро наших солдат. Мы крикнули им, чтобы они укрылись в окопе. Но они медлили и смотрели, как кружатся на бреющем полёте немецкие самолёты. Мы кубарем с обрыва скатились на берег Волги и спрятались в щель около штурмового мостика. В это время произошло прямое попадание бомбы в здание Яхт-клуба. Во все стороны полетели щепы, а что осталось от строения — занялось пожаром. Выждав до ухода самолётов и подымаясь после бомбёжки вверх по обрыву, я видел, что вся земля вокруг остатков Яхт-клуба разворочена разрывами. Полузасыпанные землёй, лежали убитые бойцы. Штурмовой мостик на остров Зайцевский был частично разрушен и перестал действовать. Мы насчитывали в эти дни по 600—700 самолёто-вылетов противника. Такое большое количество самолётов ежедневно фактически непрерывно сбрасывало на наши позиции бомбовый груз. Целого, не затронутого бомбёжкой клочка земли в расположении нашей обороны не было».

14—18 октября противник предпринял решительное наступление на всём фронте. Для этого было переброшено много танков и пехоты. Но главный удар был направлен против СТЗ.

Немецкий генерал Ганс Дёрр так описал наступление на Тракторный завод: «14 октября началась самая большая в то время операция: наступление нескольких дивизий (в том числе 14-й танковой, 305-й и 389-й пехотных) на Тракторный завод им. Дзержинского, где на восточной окраине находился штаб 62-й армии русских (это не так, здесь был до перемещения штаб 124-й ОСБр. — А.Ш.). Со всех концов фронта, даже с флангов войск, расположенных на Дону и в Калмыцких степях, стягивались подкрепления инженерных и противотанковых частей и подразделений, которые были так необходимы там, откуда их брали. Пять сапёрных батальонов по воздуху были переброшены в район боёв из Германии. Наступление поддерживал в полном составе 8-й авиакорпус».

14 октября на Тракторном и в его посёлках развернулись невиданно ожесточённые бои. Как вспоминали многие ветераны, немцы бешено стремились овладеть Тракторным заводом. Это был необыкновенно тяжёлый, трагический день великого сражения на Волге. Бои шли днём и ночью. Кругом всё горело, было в сплошном дыму. Пока было светло, сотни немецких самолётов, делая один заход за другим, непрерывно сбрасывали на наши боевые порядки огромное количество бомб. Одновременно с их разрывами выстрелы сотен орудийных и миномётных стволов врага разбивали и поднимали в воздух каждый метр земли на участках нашей обороны. С наступлением темноты всё пространство возле наших позиций было прорезано цветными трассами шквального пулемётного огня противника.

Командование 62-й армии, как теперь представляется, имея далеко не полную картину происходившего на северном участке обороны города, в течение дня 14 октября пыталось частичными мерами если не переломить, то хотя бы изменить крайне неблагоприятный характер развития обстановки на СТЗ и возле него. Так, командиру 112-й стрелковой дивизии командарм приказал «привести части дивизии в порядок и удерживать занимаемые позиции, не допуская дальнейшего продвижения на северо-восток».

Комдива проинформировали, что для усиления обороны этого направления привлекается 115-я стрелковая бригада со 2-й мотострелковой бригадой. От него потребовали установить прочную связь с командиром 37-й стрелковой дивизии. В приказе также говорилось: «Обращаю Ваше внимание на потерю Вами связи со мной, требую положение на фронте любыми средствами связи (используя и связь соседей — телефон, радио) доносить мне через каждые полтора-два часа».

Соответствующую боевую задачу поставил командарм и перед 115-й ОСБр с остатками 2-й МСБр: «Немедленно занять и оборонять всеми наличными силами (кроме боевого охранения) новые рубежи, чтобы …не допустить противника в район Бригадирск — Мортальск и в северную часть СТЗ». Командир бригады должен был установить связь с батальоном 124-й ОСБр, который выдвигался по приказу командарма для обороны северной половины СТЗ. Примерно в то же время, то есть в 19:00, комбриг Горохов приказывает командиру 1-го ОСБ 124-й бригады «со взводом автоматчиков бригады (28 человек) и шестью противотанковыми ружьями из роты ПТР занять и оборонять территорию СТЗ, не допуская противника на территорию завода. Все подразделения, находящиеся на территории завода, подчинить себе. Справа на рубеж р. М. Мечётка выходит 115-я ОСБр со 2-й МСБр. Слева части 37-й Гв. СД и 84-й ТБр».

Однако все эти меры уже не могли повлиять на коренное изменение ситуации на СТЗ. Тем более незначительные силы из бригады Горохова, направленные туда на усиление, разумеется, не были способны остановить лавину немцев. У бойцов славного батальона Степана Цыбулина был достаточный боевой опыт, знали они и повадки врага. Но тот давил силой, количеством, господством в воздухе. А тут ещё кругом асфальт — даже между цехами не окопаешься. К концу дня 14 октября гитлеровцы прорвали оборонительные позиции 37-й гвардейской дивизии на СТЗ и вышли к Волге. К ночи на 15 октября для всей правофланговой части войск 62-й армии сложилась исключительно тяжёлая, критическая обстановка.

Гороховцы держатся

На участке обороны Горохова ураганным огнём противника были уничтожены все средства связи. Парализовано управление для маневрирования войсками. О дальнейших событиях мы можем судить по воспоминаниям Г.С. Голика, парторга 4-го ОСБ бригады Горохова. Вот его рассказ:

«В эту памятную для меня ночь на 15 октября я в 24.00 по приказанию В.А. Грекова явился в его распоряжение. На его лице было видно чрезвычайное переутомление. Комиссар бригады был очень озабочен отсутствием всякой связи с нашими частями. Владимир Александрович приказал: — Вам, товарищ Голик, боевое задание. Вы должны во что бы то ни стало связаться с уцелевшими частями и воодушевить их. Заявляйте от имени командования фронта, что Сталинград не сдадим, отступать не будем. При любых условиях живыми в руки немцев не сдавайтесь… На КП я с трудом нашёл одного связного — бойца Расторгуева и вдвоём с ним приступил к выполнению задания комиссара. Была тёмная осенняя ночь, но артиллерийская канонада не стихала. Мы с Расторгуевым сквозь темноту продвигались всё дальше от КП бригады, в направлении севернее завода.

…Впереди вновь послышался разговор. Говорили по-русски. Нас это очень обрадовало, и мы быстрее двинулись на звук голосов. Но в тот же миг впереди нас вновь разорвался снаряд, и мы были отброшены в сторону. Расторгуев сильно ушиб ногу, а меня задел маленький осколок. Перебинтовали мы друг друга и пошли дальше на сближение со своими. Эта встреча и нас, и товарищей очень обрадовала.

Группа воинов окружила меня кольцом; наперебой стали задавать вопросы. …Вид у командного состава, с которым мне тогда довелось разговаривать, был исключительно усталый. Они не отдыхали, не ели, были всё время на ногах. Прежде всего командиры были озабочены подбором на поле боя и оказанием помощи раненым. Их было много. О еде, продуктах никто не спрашивал. Времени было мало, с рассветом бой начинал нарастать.

Я передал товарищам слова нашего комиссара: город сдавать не будем. Держаться. Помощь будет.

С исключительными трудностями через ураганный бой ранним утром 15 октября я с бойцом Расторгуевым возвратился на КП бригады и доложил обстановку о чрезмерно тяжёлом положении на переднем крае, о том, что мало осталось сил противостоять немцам. Комиссар, выслушав мой доклад, так же решительно, как и в прошлый раз, повторил: свой плацдарм будем держать и удержим. Командование группы понимает, что дела на левом фланге очень плохи, принимает меры для стабилизации обстановки».

Для устойчивости гороховской обороны в те дни было очень важно, что командование 124-й бригады не дрогнуло. На месте оставался штаб. Эта уверенность от командования передавалась бойцам. «Раз штаб стоит, врос в землю, то и боец будет стойким. А ведь какая в той неразберихе под дьявольским натиском врага тогда была главная забота: чтобы тысячи воинов не побежали вплавь за Волгу, не потонули зазря в реке. А ведь свободно могла быть такая трагедия, — размышлял после войны об этом С.И. Чупров. — На Дону так и было. На переправах был беспорядок, что наводило панику даже в организованных частях и соединениях. Но у нас этого печального акта бегства через воду не было».

15 октября немцы с 5.30 утра стали ещё заметнее усиливать свою огневую мощь на боевые порядки защитников северной части города. Сплошной рёв моторов танков и самолётов слился воедино с несмолкаемым грохотом разрывов бомб, снарядов и мин. Всё это буквально оглушало человека, подавляло психику, создавало невыносимые условия для бойцов. За всё время тяжёлых полуторамесячных предыдущих боёв в Сталинграде такого гороховцам не доводилось испытывать. Это был воистину ад на земле.

Анализируя обстановку в итоговом боевом донесении командованию 62-й армии, штаб 124-й бригады определил, что «в 15.10 противник силой до 3 полков при поддержке 50 танков перешёл в наступление на оборону бригады в двух направлениях:

1. Балка Сухая Мечётка — на Рынок. 2. С высоты 101.3 — на отметку 64.7. Наступление было поддержано сильным действием его авиации. Части 124-й ОСБр вели оборонительные бои, нанося противнику контрудары. Сильным напором противник смял левофланговую 2-ю стрелковую роту 4-го батальона 124-й бригады и занял высоту с отметкой 64.7, огороды, вал, три западных квартала посёлка Спартановка, где действия противника были приостановлены. Положение 2-го и 3-го батальонов 124-й ОСБр оставалось прежним. 1-й батальон 124-й ОСБр, усиленный одним взводом автоматчиков, вёл оборонительный бой на территории завода СТЗ. Остатки батальона (12 человек) вышли 16.10.1942 г. и были влиты в 4-й батальон 124-й ОСБр».

Как вспоминал С.И. Чупров, «в штаб 124-й бригады прибыли Криворучко, Старощук, Уваров, измученные, худые, еле держась на ногах. Доложили, что десять разведчиков батальона окопались на языке у пристани СТЗ. Больше первого батальона нет. Это сообщение нас всех очень потрясло. Криворучко, докладывая это, плакал». Стало также известно, что в ходе боя между цехами завода при отражении атаки немцев трагически погиб помощник по комсомолу начальника политотдела 124-й бригады Сытов. Тело политрука попало в руки немцев и было подвергнуто глумлению: произведён выстрел в упор, а затем оно было повешено прямо в цехе завода. Вынести его с поля боя возможности не было.

Накал битвы за СТЗ и его посёлки можно почувствовать даже в освещении бывшего противника. Вольфганг Вертен в «Истории 16-й танковой дивизии» так описывал события 15 октября на участке обороны Горохова: «В дивизию прибыл её новый командир генерал-майор Ангерн. Он поставил боевую задачу: Спартановка и Рынок должны быть взяты. Полковник Крумпен, хорошо знавший противника, не советовал генералу атаковать Спартановку и Рынок при дневной видимости. И всё же на рассвете в 4 часа 18 минут 15 октября немецкие части ринулись в атаку. Танки с посаженными на них гренадерами были обстреляны противотанковыми орудиями, пехота противника забросала их бутылками с горючей смесью, гранатами, и они повернули обратно. Противник сильно обстрелял фланг батальона 64-го полка. Немецкие самоходные орудия были подбиты. В Рынок ворвался батальон под командованием Штрельке, и там разгорелись упорные уличные бои. Русские везде отчаянно сопротивлялись. Батальон был вскоре выбит из Рынка, сам Штрельке погиб. Отступили из-за сильного огня и роты 64-го мотополка. Противник в яростных контратаках снова захватил свои передовые позиции. Перевязочные пункты немецких частей были заполнены ранеными. Танки повсюду на поле боя подбирали убитых и тяжелораненых. Красным, как кровь, закатом от артиллерийского и бомбового огня покрылся Сталинград».

Взвод автоматчиков под командованием Семёна Павловича Бычкова из 1-го стрелкового батальона 149-й ОСБр до начала штурма противником Тракторного завода находился на позициях неподалёку от роддома в районе СТЗ. Личному составу взвода посчастливилось избежать трагической судьбы большинства своих товарищей по батальону. Как мы уже писали, 8 сентября почти весь 1-й стрелковый батальон бригады Болвинова был по приказу штаба 62-й армии спешно брошен в сторону района Городище — Разгуляевка. Без должной разведки и взаимодействия с другими нашими частями в этом районе батальон в своём большинстве был беспощадно разгромлен немцами.

Взвод Бычкова в то время выполнял роль заградотряда 149-й бригады и находился в распоряжении штаба. С началом штурма противником промышленной части города, «несмотря на героическое сопротивление наших бойцов, — писал С.П. Бычков, — нам пришлось отступить к Тракторному заводу. Здесь завязались жестокие бои. В жарких схватках мы не заметили, как оказались в окружении. …Под покровом ночи мы вновь отходили к Волге. Всё это происходило в ежеминутных схватках с гитлеровцами. Каждый метр земли был полит кровью наших бойцов. Много, очень много погибло наших воинов. …Мы находились в подвале дома, вели оттуда огонь из пулемётов и автоматов, а немцы, находившиеся несколькими этажами выше в этом же доме, кричали нам сверху: «Сдавайтесь в плен». Несмотря на, казалось бы, безвыходное положение, ни у одного из нас не было мысли об этом. …Мы вновь отходили с боями к своим. Продвигаться приходилось ночью. Бойцы вели трудные бои, но отход происходил организованно. На нашем пути попадались группы немцев, с которыми мы вели быстротечные бои, уничтожали их, отбирали оружие».

Итак, уже с 15 октября 1942 года войска группы С.Ф. Горохова были вынуждены развернуть оружие в сторону СТЗ и повести огневые бои с противником, занявшим завод, Нижний посёлок и южный берег Мокрой Мечётки, за исключением её устья при впадении в Волгу.

Просмотров: 248

Другие статьи номера

Планета протестует
Пока ЕС, израсходовавший уже практически весь запас имевшихся в его арсенале антироссийских санкций, пытается изобрести новые и вводит потолок цен на нефть из РФ, а также расширяет поставки оружия Киеву, рядовые европейцы продолжают массово протестовать против антинародной политики своих правительств. Как уже писала «Правда», помимо социальных лозунгов, на митингах всё чаще звучат требования прекратить военную помощь Украине. 
100 вопросов и ответов о Советском Союзе
Почти сорок лет назад, в 1983 году, в СССР издательством Агентства печати «Новости» была выпущена книга «СССР. 100 вопросов и ответов». Вышла как на русском языке тиражом 500 тысяч экземпляров, так и ещё на 30 языках. Не только на английском, немецком и испанском, но и, например, на дари, суахили и фарси. В ней издательство отвечает на наиболее типичные вопросы, которые поступили из-за рубежа.
Фемида без повязки
Как любит выражаться один из отцов нынешней «российской демократии» Григорий Явлинский, теперь власти ничего не хотят решать сами и по любому поводу посылают нас на три буквы: в суд. Счастлив тот, кому довелось миновать такой участи. Однако очень и очень многим не повезло. И хотя, выступая на Х съезде судей, президент говорил о судебной защите граждан, реальность выглядит совершенно иначе.
Поможем всем
Очень важный объект — филиал центра социального обслуживания — на днях открылся в агрогородке Бычиха Городокского района Витебской области республики. Об этом корреспонденту БЕЛТА сообщила директор Территориального центра соцобслуживания населения (ТСОН) района Светлана Ардяко.
Скорость, надёжность, экологичность
В Китае претворяется в жизнь план, где намечены основные цели развития транспортной сети на 14-ю пятилетку. Согласно документу, опубликованному Госсоветом КНР, в 2025 году общая протяжённость высокоскоростных железных магистралей составит 50 тыс. км по сравнению с 38 тыс. км в 2020 году, а сеть высокоскоростных (с движением поездов 250 км в час и больше) железных дорог охватит не менее 95 проц. городов с населением свыше 500 тыс. человек.
Не нужен нам берег турецкий?

На «чёрном рынке» посредников появилось большое число «помогаек», предлагающих услуги по комфортному и в быстрые сроки перемещению из страны.

Как известно, любой рынок действует по принципу «есть спрос — будет и предложение». Тем не менее исполнение вспыхнувшей особенно среди молодёжи в последнее время мечты о чудесных заморских странах зачастую приводит к совсем неожиданным для мечтателей результатам.

ПУЛЬС ПЛАНЕТЫ
КОСОВКА-МИТРОВИЦА. Косовские албанцы провели силовой захват власти в муниципалитете Северна-Митровица в северной части Косова и Метохии (КиМ). Как сообщил глава Канцелярии по КиМ при кабмине Сербии Петар Петкович, косовары вошли в здание муниципалитета, под охраной косовской полиции провели заседание совета муниципалитета, на котором назначили депутатов из числа албанцев, принёсших присягу и избравших своим главой албанца Неджата Углянина.
Дресс-код для театра: свитер и тёплый шарф
Конец нарядам: больше вечерних платьев в чешских театрах мы не увидим. Дорогая энергия заставила культурные учреждения снизить в зданиях температуру, и поэтому зрителям придётся одеваться потеплее, пишет в интернет-газете Lidovky Ивета Кршижова.
Ответный удар
Чем больших успехов добиваются левые силы, тем ожесточённее сопротивление буржуазии. В Перу смещён и арестован президент, попытка мятежа произошла в Боливии. Пользуясь ошибками власти, ультраправые поднимают голову в Аргентине.
Советская память зовёт вперёд

Дорогие правдисты!

Как давний подписчик главной коммунистической газеты выражаю вам мою признательность и благодарность за ваш труд. Особенно выделяю публикации, связанные с темой Советского Союза, 100-летие образования которого мы скоро будем отмечать.

Все статьи номера