При чём тут белорусский народ?

При чём тут белорусский народ?

№63 (30850) 18—19 июня 2019 года
4 полоса
Автор: Евгений ПОДЛЕСНЫЙ, кандидат политических наук. г. Минск.

«Правда» уже писала о попытках подменить историческое родство белорусов и русских вымыслами об их многовековой вражде («Ампутация памяти» и «Фальсификат вместо истории», №№ за 9—12 ноября 2018 года и 26—27 марта 2019 года). Справедливо отмечалось, что в этой кампании наряду с национал-«демократами» принимают участие сотрудники Института истории Национальной академии наук и ряда других научных учреждений республики. Разговор, начатый газетой, требует продолжения. Потому что неизвестным для читателей и широкой общественности остаётся одно из главных направлений этой неблаговидной кампании. Стараясь доказать, что белорусы ближе к полякам, чем к русским, её организаторы используют события Польского восстания 1863—1864 годов и его главного «героя» Константина (Кастуся) Калиновского, которого представляют «борцом за интересы белорусского народа».

ТРУДНО найти «демократическое» издание, которое не публиковало бы хвалебные статьи о Калиновском. Это один из самых почитаемых исторических деятелей в Республике Беларусь. Его «жизненному подвигу» посвящены даже опера и балет. А уж «почётных» наименований, которыми некоторые историки и публицисты награждают «великого белоруса» Викентия Константина (Кастуся) Калиновского, не счесть. И «выдающийся сын белорусского народа», и «основатель белорусского революционного демократизма», и «яркий политический деятель и публицист»…

В учебнике белорусской литературы для 9-х классов, изданном в 2011 году, читаем (все цитаты даются в переводе на русский. — Е.П.): «22 марта — День памяти национального героя Беларуси. Его имя золотыми буквами сияет в нашей истории». Поток восхвалений в адрес Калиновского не иссякает. Однако эпитеты о его «белорусскости» — плод воображения. Нигде нет документальных подтверждений того, что он ратовал за свободу Белоруссии или предлагал решить проблему белорусского народа как самостоятельного этноса, а не пушечного мяса для Польши.

В действительности Калиновский боролся за самостоятельный путь решения польского вопроса на землях Литвы и Белоруссии. Он предлагал наделить белорусских крестьян землёй и таким образом превратить их в защитников Польши. Эта идея красной нитью проходит через все его работы и призывы.

Идеологема мировоззрения Константина Калиновского, его политическое кредо и политическая позиция Литовского провинциального комитета (ЛПК), который он возглавил, изложены в статье газеты «Chorаgiew swobody» («Знамя свободы») за 1863 год, представлявшей собой официальный орган ЛПК (перевод с польского): «…Литовский провинциальный комитет… призывая к единству действий все без исключения слои польского общества во имя свободы и независимости… не сомневается в том, что тем самым он выражает всеобщие стремления и единодушные требования всей страны. Акт раскаяния Польши, возрождающейся после почти векового заслуженного покаяния, должен выразиться не в парламентском фехтовании… но лишь в действии… Везде, где национальный траур… грозно обозначил границы польской земли, нас объединяет солидарность принципа и цели… Русский народ содрогается, видя нашу вековую обиду…»

Национальную принадлежность восстания Константин Калиновский и его единомышленники чётко определили в «Манифесте польского правительства» от 1 февраля 1863 года. В тексте манифеста на литовском языке говорится: «Польское правительство передаёт помещичьим и государственным крестьянам навечно без выкупа и платежей землю, которой они до сих пор владели, а все законы русского правительства отменяет, ибо эта земля польская, а не русская…» В польскоязычном варианте мысль о польском характере восстания звучит так: «За это крестьяне должны, как шляхта, оборонять край польский, гражданами которого с сегодняшнего дня они являются». Не случайно текста манифеста на белорусском языке вообще не было.

Характерно личное обращение Константина Калиновского «К польским солдатам, отбившимся от своих отрядов»: «Мужество и храбрость польских солдат вызвали в общественном мнении Европы убеждение в том, что Польша должна существовать, что поляки — это народ, достойный быть независимым от Москвы». Где тут, даже через микроскоп, увидишь «руководителя белорусского восстания»?

Или возьмём заявление Литовского провинциального комитета (его иногда называли Временным Провинциальным Правительством в Литве и Белоруссии). Оно рассчитано только на польское население: «Братья! Королевство восстало — наши везде бьют москалей! Кровь, которая льётся за Нёманом, призывает нас к оружию! Ведь и для нас приближается час борьбы с захватчиками за наши священные права, за нашу свободу!..»

И, наконец, вчитаемся в слова присяги повстанцев 1863 года: «Присягаем во имя Пресвятой Троицы и клянёмся на ранах Христа, что нашей родине Польше будем служить верно и исполнять, во имя того же отечества Польши, все приказания, предписанные нам начальниками, распоряжений же грабительского Московского правительства слушать не будем, и, насколько возможностей и сил хватит, мы обязуемся помогать польскому войску и повстанцам…»

Факты свидетельствуют: это было польское восстание против России, и Калиновский был польским националистом, сражавшимся за воссоздание Речи Посполитой «от можа до можа» (от моря до моря). Называть восстание белорусским — предел исторической безграмотности или, будем до конца объективными, политического мошенничества. Белорусский народ не поддержал польское восстание. Наоборот, выступил против, не присоединяясь к повстанцам либо оказывая им активное сопротивление.

Для расправы над «непослушными белорусами» восставшие создали специальные группы жандармов-вешателей и кинжальщиков. Зверствам их не было предела. На границе Гродненской и Ковенской губерний они схватили десять местных старообрядцев. Над ними долго издевались, выкололи глаза, а затем развешали на деревьях для устрашения местных жителей. Зачастую вешали или вырезали белорусских крестьян и православных священников, подвергая их мучительным издевательствам, вместе с жёнами. В Виленском Пречистенском соборе сохранились доски с именами 349 жертв террора польских повстанцев. Общее же число убитых так до конца и не известно. Разные исследователи называют цифру от 600 до 2 тысяч человек. И это всего за несколько месяцев!

«Вина» большинства казнённых белорусов состояла в том, что они не хотели сражаться за восстановление «великой Польши». Польский пан был для них самым ненавистным человеком. Вот что писал известный этнограф Павел Шейн об отношении белорусских крестьян к панам: «Поляков не любят вообще, помещиков же польских просто ненавидят. В каждом поляке им представляется пан или управитель пана, которые их постоянно преследовали и угнетали».

УДИВИТЕЛЬНО ЛИ, что царские власти не испытывали недостатка в добровольных помощниках? Во многих белорусских сельских обществах в отряды местной самообороны записалось едва ли не всё мужское население. Польские повстанцы боялись белорусских крестьян больше, чем царских войск. За смелые и решительные действия 300 крестьян белорусских земель были награждены золотыми медалями «За храбрость». Серебряными медалями «За усердие» были награждены 500 местных сельских жителей, 1000 человек получили «наградные листы».

В «братском» письме командиру повстанческого отряда Феликсу Вислоуху один из руководителей восстания Владислав Малаховский пишет: «Потом одновременно вспыхнуло восстание в Могилёвской и Витебской губерниях, но длилось также недолго; народ, всеми средствами подстрекаемый властями, был для него наибольшим препятствием».

Какой ещё аргумент нужен белорусским псевдоисторикам, которые усиленно ищут «политический компонент независимости Беларуси» в Польском восстании 1863—1864 годов, если даже ближайший сподвижник Константина Калиновского считал белорусский народ главным препятствием этого восстания?

Вся доказательная база его борьбы за независимость Белоруссии строится на фантазиях, домыслах, а иногда и на откровенной лжи. Возьмём, к примеру, «Pismа z pod szubienicy Konstantego Kalinowskiego» («Письма из-под виселицы»). Первым, кто в начале 1980-х годов нашёл оригинал «Писем из-под виселицы» Константина Калиновского, был белорусский исследователь Владимир Казберук. Это были отрывки фраз, написанных мелким почерком на 1/4 части листа папиросной бумаги («аркуша»), сложенной в виде почтовой марки. Казберук прямо говорит, что названия «Письма из-под виселицы» и стихотворения «Марыська Чарнаброўка» в тексте не было.

А то, что нам сегодня показывают в виде духовного наследия «белорусского революционера», — явный вымысел, который в 1867 году был напечатан в Париже в первом томе книги Агатона Гиллера «История восстания народа польского в 1861—1864 гг.». Вероятнее всего, в создании «труда» Константина Калиновского, изложенного почти на десяти страницах, приняли активное участие эмигрировавшие во Францию сподвижники Калиновского, которые и придумали эти «письма…».

Такими же современными фальшивками являются «рассказы» про «Мужицкую правду», которая изначально формировалась на польском языке, а потом переводилась на белорусский латинским алфавитом с массой полонизмов и издавалась коллективом авторов — Константином Калиновским, Феликсом Рожанским, Валерием Врублевским, по некоторым сведениям, — и Станиславом Сонгиным. Данных о том, что тексты «Мужицкой правды» писал лично Константин Калиновский, нет. Уместно отметить, что обращение польских националистов через газету к белорусским крестьянам, по словам очевидцев, совершенно не пользовалось у тех популярностью. Знакомясь с сохранившимися номерами «Мужицкой правды», неангажированный читатель понимает несуразность попыток увязать эти пропагандистские листовки с борьбой за интересы белорусов.

КАК получилось, что ярый польский националист Wincenty Konstanty Kalinowski стал историческим символом независимой Белоруссии — «Кастусём Каліноўскім»? Ответ кроется в особенностях политической обстановки начала XX века. Белорусское национально-освободительное движение в то время «приватизировала» католическая интеллигенция. Одной из главных её целей было «создание» белорусских национальных героев, которые стали бы символами «революционной борьбы белорусов против российских властей». Константин Калиновский, будучи уроженцем белорусских земель, своей яростной борьбой с царским самодержавием заслужил право играть эту роль. Судя по всему, немаловажное значение имело цивилизационное единство Калиновского и тогдашних белорусских революционеров, их принадлежность к западно-христианской цивилизации. То, что он являлся этническим поляком и его девизом были слова: «Польское дело — это наше дело», никого не смущало.

Формировать из Константина Калиновского образ борца за свободу белорусов начал Вацлав Ластовский. Член (с 1902 года) Польской социалистической партии в Литве, откровенный русофоб, один из руководителей Рады БНР, объявившей о разрыве отношений с Россией, он «изобрёл» особую кривскую расу и противопоставил белорусов и русских не только по национальному, но и по расовому признаку. В статье «Памяти справедливого» (1916 год), присвоив Константину Калиновскому звание борца за свободу белорусов, Ластовский дал ему имя «Кастусь».

Надо признать, что определённую роль сыграла и советская пропаганда. Она остро нуждалась в представителях национальных республик, которые олицетворяли бы борьбу с царизмом. «Кастусь» Калиновский идеально вписывался в эти требования. Его образ в качестве защитника простых белорусов «раскрутили», как сейчас говорят, до небывалых высот.

С развалом СССР «Кастусь» Калиновский был востребован силами, которые стояли на литвино-польских позициях, и стал инструментом расшатывания белорусской государственности. Его мировоззрение и преданность «польскому делу» удобно подходили для смены этнокультурных ценностей белорусского народа, перемены его цивилизационной принадлежности, разрыва политических связей с Россией, превращения белорусской земли в антироссийский плацдарм и в конечном счёте создания условий для краха белорусской независимости, которую народ видел в союзе с Россией.

Не случайно исключительно большую работу по белорусизации Калиновского в Республике Беларусь проводят Польский институт в Минске и его филиалы в других городах страны, «Беларускае Гістарычнае Таварыства» в польском Белостоке. Они же являются инициаторами большинства симпозиумов с участием иностранных историков, на которых обсуждение истории Белоруссии насквозь пронизано идеологией и отсутствием научной объективности. Так, на одной из международных научных конференций в Брестском государственном университете имени А.С. Пушкина его преподаватель Сафроний Жлоба, следуя концепции своих западных, прежде всего польских, партнёров, «увидел» в наследии Константина Калиновского создателя «моделирующей системы» белорусского национального вопроса. По таким основополагающим направлениям, как: «1) определение этнической общности «белорусы»; 2) стремление к росту и укреплению этнического самосознания; 3) оппозиция этнической общности «белорусы» другим этническим общностям; 4) идея борьбы за национальную независимость».

Международная научная конференция в Минске, проходившая в сентябре 2009 года, добавила к образу «борца за независимость Белоруссии» Калиновского элемент эпохальности. Название конференции говорит само за себя: «Кастусь Калиновский и его эпоха в документах и культурной традиции».

К сожалению, подобной трактовки придерживается и официальная белорусская историография. Обобщённая позиция её по поводу тех событий отражена в четвёртом томе «Истории Беларуси», изданном в 2005 году: «Накануне и во время восстания 1863—1864 гг. белорусское национальное движение, благодаря К. Калиновскому и его единомышленникам, поднялось на качественно новый уровень; в нём зародился политический компонент, идея государственной самостоятельности Беларуси, которая рассматривалась, с учётом общих исторических корней, в единстве с государственной самостоятельностью Литвы».

В силу ряда причин, в том числе опасения идти против официальной линии, белорусские историки не решаются показать истинные цели и дела повстанцев. Так, на конференции, организованной Национальной академией наук и посвящённой восстанию 1863—1864 годов, большинство учёных, хотя, не в пример историкам Гродненского, Брестского и отчасти Белорусского государственного университетов, и не провозглашали панегириков и осанн в адрес польских повстанцев, но проявили солидарность с ними. Об этом прямо говорится в редакционной статье сборника научных статей, изданного в 2014 году по материалам конференции: «Абсолютное большинство белорусских историков, специалистов по истории восстания 1863—1864 гг. однозначно оценивали и оценивают его как важную веху в борьбе за белорусскую государственность, особо подчёркивая выдающуюся роль в этом руководителя восстания — Кастуся Калиновского…».

В последнее время появились попытки отстоять, наконец, истину. В учебнике русской литературы для 8-х классов (2018 г.) восстание 1863—1864 годов названо «Польским». Авторы издания, обладающие учёными степенями и званиями, пошли против официальной линии исторической науки Республики Беларусь. Казалось бы, дорога к восстановлению исторической правды расчищена. Но наметившаяся тенденция к объективной оценке польских восстаний XVIII—XIX веков ситуацию не меняет. Чтобы убедиться в этом, достаточно прочитать изданную в нынешнем году Институтом истории Национальной академии «Историю белорусской государственности», претендующую на роль законодательного акта в исторической политике республики. Вот лишь одна выдержка: «В «Письмах из-под виселицы» К. Калиновский наполнил смыслом белорусскую национальную идею, которая родилась в пламени освободительного движения. Его призыв бороться «за своё человеческое и народное право, за свою веру, за землю родную» и стал национальной идеей белорусов XIX — начала XX в.».

К СОБЫТИЯМ, происходившим в то время на белорусской земле, приковано внимание политиков и историков многих стран. В США, например, в 2013 году проводились международные публичные чтения «Письма из-под виселицы Кастуся Калиновского». Через год в Лондоне прошла конференция по теме «Кастусь Калиновский и нациеобразующий процесс в Беларуси». Характерно, что в этих чтениях принимали участие такие одиозные личности, как «ветеран борьбы с коммунизмом» Янка Запрудник и нынешний председатель Рады фантомной БНР, заявившей в марте 1918 года о разрыве отношений с Россией, Ивонка Сурвилла. Запрудник был членом профашистского Союза белорусской молодёжи, созданного по образцу гитлерюгенда, служил во вспомогательной части немецкой авиации, а затем в дивизии СС «Беларусь».

В профашистской среде воспитывалась и Ивонка Сурвилла. Её отец, министр финансов в правительстве БНР, бежал из Белоруссии вместе с гитлеровцами. В их доме часто бывали отъявленные коллаборационисты — палачи белорусского народа. Своим заместителем госпожа Сурвилла выбрала самого кровавого пособника эсэсовцев Бориса Рагулю.

Обращением к «наследию» Константина Калиновского Соединённые Штаты дают знак всему коллективному Западу о направлениях работы с Республикой Беларусь, территория которой является идеальным местом для борьбы с Россией. Белоруссия, входящая с ней в Союзное государство, не даёт возможности западным странам выполнить один из их главных замыслов — замкнуть предназначенную для удушения России «петлю анаконды» от Чёрного до Балтийского моря, создание которой они уже почти завершили. Мешает только Белоруссия, и Запад стремится втянуть её в свою орбиту, превратить если не в союзника, то в партнёра блока НАТО.

Пристальное внимание историков, политиков, публицистов, в том числе зарубежных, к восстанию 1863—1864 годов объясняется тем, что в тот период противостояние западно-христианской и восточно-христианской цивилизаций на белорусской земле достигло апогея. Решался принципиальный вопрос геополитического будущего белорусского края: коренному населению продолжать оставаться в рабстве польского панства, в последующем войти в состав Польши и подвергнуться полной ассимиляции или через этническое, культурное и политическое возрождение белорусской народности в рамках Российской империи превратиться в полноценную нацию.

Нынешние попытки белорусских историков объяснить формирование из Калиновского личности «белоруса» планетарного масштаба необходимостью повышения международного престижа Республики Беларусь скорее имеют обратный эффект, ибо польский националист, сражавшийся за воссоздание Польши «от можа до можа», не может быть символом независимости Беларуси, даже если он в ней родился и жил.

«Лепка» из него национального героя имеет политический разрушительный аспект не только для белорусской государственности. Возведение Калиновского в ранг «мыслителя», «создателя белорусской литературы» принижает в глазах мирового сообщества белорусскую духовность и белорусскую культуру. Это в Республике Беларусь неизвестно кем написанные «Письма из-под виселицы» возможно выдавать за «образец философской и политической мысли», а одно опять-таки неизвестно кем сочинённое стихотворение — за пример творчества выдающегося поэта. Учёные Польши, Литвы и России прекрасно знают истинную цену «мыслителю» и «поэту» Константину Калиновскому. И попытка поставить его в один ряд с действительно выдающимися мыслителями, политиками и литераторами Кириллом Туровским, Франциском Скориной, Сымоном Будным, Симеоном Полоцким, отстаивавшими кровное родство и единство белорусов с русскими, бросает тень на всё белорусское духовное наследие.

Белорусы сделали тогда свой политический и идеологический выбор: Россия, восточнославянская цивилизация и культура. На основе этого выбора образовались этнокультурные ценности, которые стали базисом формировавшейся белорусской нации. По сути, на белорусские земли вернулись ценности белорусской народности XVI — первой половины XVII века, которые потом были уничтожены польской католической элитой. Они продолжают оставаться этнообразующими элементами современных белорусов.

В событиях того времени кроется ответ на один из самых важных вопросов современной белорусской истории, который стараются запутать национал-«демократы»: если в Российской империи и Советском Союзе уничтожалось под корень всё национально белорусское, как утверждают ныне ангажированные историки и публицисты, то почему именно в составе России были созданы условия для превращения белорусской народности в полноценную нацию в конце XIX столетия и откуда взялась Белоруссия (Советская Белоруссия) XX века с её заводами, фабриками, Национальной академией наук, университетом и сетью институтов, со своей литературой, искусством, театром, членством в ООН? Разве не экономический, политический, научный и культурный потенциал БССР стал основой для сегодняшней Республики Беларусь? Избегая ответа на этот вопрос, они вместе со своими западными патронами с особой злобой нападают на самый успешный, советский период развития республики. Их оголтелый антисоветизм переплетается с не менее оголтелой русофобией.

В этом геополитическом противостоянии особое место отведено Польше. Запад учёл, что у неё свой собственный интерес: белорусские земли будут связывать польские территории, Литву, Латвию и Украину в единое экономическое и политическое пространство будущей IV Речи Посполитой, идею которой выдвинул польский этнограф Ярослав Лещинский в книге «Речь Посполитая Четырёх Народов» (2005 г.). Эта идея была поддержана рядом политиков Польши и деятелей польской диаспоры за рубежом. Правовым обоснованием IV «Речи Посполитой Четырёх Народов» стало закрепление Конституцией Польши 1989 года за нынешним польским государством названия «Третьей Речи Посполитой». Согласно данному законодательному акту, политические интересы поляков стали «законно» распространяться на Литву, Белоруссию и Украину (земли бывшего Великого княжества Литовского, входившего до 1772 года в состав Речи Посполитой).

Была бы отмашка хозяев — и уже в мае 2006 года польский премьер-министр Казимеж Марцинкевич объявил о начале выполнения программы строительства очередной, Четвёртой Речи Посполитой. По той же, что и у Вашингтона, схеме: Польша должна стать региональной сверхдержавой, в зону прямого влияния которой войдут прибалтийские страны, Украина, Белоруссия и Молдавия. Кроме того, не исключаются и обширные территориальные приобретения на востоке — об этом не раз заявлял один из идейных отцов Речи Посполитой ХХI века, бывший вице-президент Европарламента Марек Сивец.

В сентябре 2009 года сейм принял резолюцию, осудившую освободительный поход Красной Армии, в результате которого Белоруссии и Украине были возвращены земли, занятые Польшей с помощью Запада, и тем самым фактически заявил о претензиях на эти земли.

Что это неизменная политическая линия польских верхов, подтвердил, выступая перед сеймом в октябре 2015 года, президент Анджей Дуда: «Я призываю всех граждан Республики Польша быть готовыми к борьбе за возвращение бывших польских земель, где наши соотечественники продолжают подвергаться гонениям и унижению со стороны уже нового украинского руководства. Если современная Украина осуждает действия СССР, а она их осуждает, то это государство должно добровольно вернуть земли Польши, принадлежавшие ей до 1939 года. Мы уже проводим определённую работу по возвращению Полесья, Галиции и Волыни и нам необходима поддержка всего населения Республики Польша. Каждый житель страны должен быть готов к праведной борьбе за возвращение польских территорий, на которых проживает огромное число этнических поляков…» К таким территориям польское руководство относит и западные области Белоруссии.

По сути, Польша встроилась в доктрину США, разработанную главным геостратегом Вашингтона Збигневом Бжезинским. Согласно ей, Западу не нужна никакая Россия, даже «демократическая». Республика Польша должна играть более важную, по сравнению с ней, геополитическую роль.

ЕЖЕГОДНО в январе во многих уголках Белоруссии отмечают День памяти повстанцев 1863 года, их «героической» борьбы с российскими «оккупантами». Главные встречи в самых «памятных» местах проходят традиционно: собравшиеся посещают могилу брата Константина Калиновского — Виктора, которого литвино-польские круги считают «идеологом восстания». Там произносят речи, зажигают свечи и исполняют на белорусском языке польский исторический гимн «Магутны Божа». Затем возлагают венки к памятнику Константина Калиновского и Ромуальда Траугутта (генерала повстанцев). После хвалебных речей в их адрес посещают родовой фольварк Калиновских в посёлке Якушевка, где новые члены «Молодого фронта» принимают «народо-фронтовскую» присягу у памятного креста «на верность Беларуси» в их понимании.

Исполнение белорусской молодёжью польского исторического гимна, принятие присяги в памятных местах польских повстанцев, которые сражались за превращение белорусских земель в историческую Польшу, — прямой результат деятельности ряда белорусских историков. Таким же результатом стало прославление в республике литвино-польских деятелей. На улицах Минска выставлены баннеры с изображением графа Кароля Яна Александра Гуттена-Чапского («Гуттен» на баннерах не упоминается) — представителя одной из самых известных польских фамилий города во второй половине XIX — начале XX столетия. Продолжается прославление Сапег и Радзивиллов, польских магнатов, ничего общего не имевших с белорусским народом и жестоко его угнетавших. Нельзя не заметить и перекос в сторону реставрации их замков и имений в ущерб сохранению и возрождению памятников восточнославянской истории.

К этому следует добавить всевозможные иностранные гранты, культурные и образовательные программы для белорусов, направленные на полонизацию их сознания, а также открытие в Минске католической епархией собственного университета (наподобие Виленского, закрытого в 1832 году) и католических «школок», объявляющих польских националистов историческими героями Белоруссии.

От народа пытаются скрыть историческую истину. А она очевидна. Поражение польских националистов, боровшихся с оружием в руках против России в 1863—1864 годах, стало исходной точкой белорусского национального возрождения в новейшей истории. Разгром их и противодействие России полонизации края способствовали возвращению на белорусскую землю исторических этнокультурных ценностей и формированию белорусов как нации со своим литературным языком, культурой и традициями.

В свою очередь, сложившаяся практика признания польских инсургентов основателями национальной идеи белорусской независимости создаёт предпосылки для превращения Белоруссии в польский анклав и в состояние, в котором её земли долгое время находились после Люблинской унии 1569 года. Наступит эра «белорусского быдла» (так было тогда), а белорусские элиты за ненадобностью прекратят своё существование (у поляков есть своя знать и собственные национальные интересы). Ни о какой независимости Белоруссии — а она, повторюсь, возможна только в союзе с Россией — и говорить не придётся.

Белорусским властям пора полностью осознать, что в кампании по прославлению польских националистов, и прежде всего Константина Калиновского, история используется как орудие для подрыва этой независимости. И поставить заслон тем, кто создаёт «научную» базу для лукавой, иначе и не назовёшь, геополитической диверсии. Чтобы обрубить её питательные корни, следует в первую очередь объективно оценить труды Института истории Национальной академии, особенно издающуюся сейчас пятитомную «Историю белорусской государственности», как и труды других научных учреждений, основанные на идее полонизации восточнославянских народов. Необходимо остановить кампанию, которая имеет не только антироссийские, но и антибелорусские корни.

Просмотров: 854

Другие статьи номера

Смертельные риски лёгких денег
Зарубежные кредиторы Киргизии требуют увеличить тарифы и в целом начать осуществление мер жёсткой экономии. Нестабильная ситуация в экономике может подтолкнуть власти к принятию этих условий, что грозит республике углублением кризиса и дальнейшим обнищанием населения.
Швейцарские женщины протестуют против неравенства
Десятки тысяч женщин в Швейцарии не вышли в пятницу, 14 июня, на работу, чтобы участвовать в манифестациях против гендерного неравенства в оплате труда, домашнего насилия и непропорционально низкого представительства в органах власти.
Без крови

В Молдавии преодолён острый политический кризис

Как уже писала «Правда», двоевластие в республике, возникшее вследствие трёхмесячной недееспособности избранного в феврале парламента, серьёзно обеспокоило и политический класс Молдавии, и внешних игроков на молдавском поле.
Пульс планеты
ВАШИНГТОН. Президент США Дональд Трамп заявил, что рассматривает возможность переброски большего количества американских войск из Германии в Польшу, нуждающуюся в этом «для подавления потенциальной агрессии со стороны России». Принимая польского лидера Анджея Дуду в Овальном кабинете, Трамп подчеркнул своё желание усилить военное присутствие США в этой восточноевропейской стране, не планируя при этом присылать в Старый Свет дополнительный контингент. Между тем в рамках операций НАТО в Польше уже находятся более 5000 американских солдат.
Автогиганты бегут из Великобритании
Американская автомобилестроительная компания «Форд» собирается закрыть в следующем году свой завод по производству двигателей в Бридженде на юге Уэльса. Ликвидация предприятия приведёт к потере 1700 рабочих мест и, по мнению британских профсоюзов, нанесёт реальный удар по экономике и населению города-графства.
Программа «Здоровый океан»
НАУЧНО-ИССЛЕДОВАТЕЛЬСКИЙ центр океанографии при Китайской академии наук дал старт совместной исследовательской экспедиции «Здоровый океан». В её состав вошли четыре научных судна КНР: «Чуансинь-1», «Чуансинь-2», «Кэсюэ-3» и «Шиянь-2».
Единственный источник — печатный станок

В предыдущем номере «Правда» рассказывала о серьёзных и хронических проблемах, парализующих украинскую угольную отрасль. В частности, западного региона страны — шахт Львовской области.

НО НЕ МЕНЕЕ острая ситуация по всей стране в целом. Так, на шахте «Центральная» города Дзержинска (после его захвата украинскими военными бывший населённый пункт ДНР «декоммунизирован» в Торецк) произошла авария с гибелью одного шахтёра.

А Пушкина спросили?
На днях в здании главной воздушной гавани страны — аэропорта Шереметьево — был установлен памятник великому русскому поэту Александру Сергеевичу Пушкину. Церемония, в которой принял участие сам министр культуры РФ Мединский, была приурочена к присвоению аэропорту имени нашего национального гения.
Солидарность юных

Подарки, собранные школьниками Подмосковья, доставлены в прифронтовую школу в пос. Золотое-5 (Марьевка).

УЧАЩИЕСЯ подмосковных школ по собственной инициативе собрали книги, тетради и другие канцелярские принадлежности для сверстников из прифронтовой школы в пос. Золотое-5 (Марьевка) (ЛНР). В данном учебном заведении выбиты осколками и простреляны украинскими снайперами практически все окна. Несколько дней назад в стену школы был запущен зажигательный снаряд.

В «рывок» не верит никто
Гигантский экономический рывок, обещанный властями не далее 2024 года, который якобы позволит России войти в топ-5 крупнейших экономик мира, является не более чем утопией. Опрос профессиональных экспертов, организованный Высшей школой экономики с привлечением десятка отечественных и зарубежных инвестбанков, семи аналитических центров, двух институтов РАН и двух ведущих госкорпораций, показал, что уверовавших в скачкообразный рост в предстоящие годы до темпов выше 3% (то есть выше среднемировых, как обещал Владимир Путин) не обнаружилось. Согласно консенсус-прогнозу, вплоть до 2024 года экономика страны не сможет подняться выше планки 1,8—2%.
Все статьи номера