Недра России хранят сокровища

Недра России хранят сокровища

№43 (28005) 20—21 апрель 1999 года
1 полоса
Автор: Редактор отдела науки Анатолий ПОКРОВСКИЙ.

Это не обычное газетное интервью. Это запись беседы академика РАЕН Б. М. Ребрика с министром природных ресурсов Российской Федерации академиком РАЕН В. П. Орловым. Полагаем, что беседа двух крупных специалистов по животрепещущей проблеме представляет особый интерес для читателей «Правды».

Б. Ребрик. В какой степени в настоящее время обеспечена минерально-сырьевая безопасность (МСБ) Российского государства и возможна ли в какой-либо перспективе утрата этой безопасности?

В. Орлов. Сегодня опасности попасть в экономическую зависимость, связанную с использованием богатств недр, пока нет. Пока, подчеркиваю! Ибо потенциал разведанных запасов в предшествующие десятилетия сегодня достаточен, чтобы в ближайшие 5—10 лет удовлетворять потребности страны в большинстве видов полезных ископаемых. И прежде всего в топливно-энергетических ресурсах. То же относится к ресурсам, приносящим валюту: золото, алмазы, серебро, платина. Что касается других видов полезных ископаемых, особенно для черной и цветной металлургии, то здесь дело сложнее. Однако мы работаем и в этом направлении. Урана, к сожалению, мы потребляем и продаем больше, чем добываем, т. е. потребляем складские «запасы». Есть дефицит в марганцевых, титановых, циркониевых и некоторых других рудах. Постепенно преодолеваем и этот пробел.

Но, с другой стороны, я не являюсь сторонником изоляции России от мирового рынка. Кое-что мы должны продавать, кое-что покупать. Это нормально, так делают все. Но убежден, что в стратегических видах сырья мы должны иметь гарантированный резерв! В этом состоит суть минерально-сырьевой безопасности! Я не думаю, что в ближайшей или отдаленной перспективе Россия эту безопасность утратит.

Б. Р. Следующий вопрос. Разделяете ли вы идею частного владения недрами земли?

В. О. Нет, не разделяю! В соответствии с Конституцией недра — это государственная собственность. Могут быть частные компании или частные лица, получившие право на какой-то период работать с недрами. Но недра, я повторяю,— это государственная собственность, и пересмотру эта позиция не должна подлежать. Недра должны служить всему народу, а не являться источником обогащения избранных. Это мое глубокое убеждение!

Б. Р. В каком состоянии в настоящее время находится геологическая служба страны и что необходимо, по вашему мнению, осуществить для укрепления и развития этой службы?

В. О. Я бы не сказал, не употребил выражение «плачевное», поскольку мы из плачевного состояния (а именно таким оно было в 1993, 1994 и 1995 гг.) как-то выкарабкались. То есть мы нашли свое место в общем экономическом пространстве страны. Начиная с 1996—1997 гг. мы относительно стабилизировали ситуацию. Но до конца геологический сектор еще не устоялся. На долю госсектора сейчас приходится четверть объема выполняемых работ, а по численности он составляет 35—40 процентов.

Частный сектор (главным образом акционированные предприятия) уже достаточно устоялся в том виде, в каком он необходим добывающим компаниям. К сожалению, государственные потребности в геологической службе четко пока не определены. Наши представления на этот счет имеются: задачи госсектора прежде всего состоят в региональном геологическом изучении страны, в информационном обеспечении, научных исследованиях, разработке новых технологий и технических средств. Но вот этот сектор, повторяю, пока окончательно не устоялся. И на него в наибольшей степени приходятся все невзгоды. Причина одна — катастрофически не хватает средств.

В свое время геологическая служба через закон о недрах нашла механизм самообеспечения, финансового самосодержания, введя понятие «фонд воспроизводства минерально-сырьевой базы». Были введены платежи на восполнение этой базы, учитывая, что месторождения полезных ископаемых (МПИ), которые ныне разрабатываются, ранее, в советские времена, были разведаны за государственный счет. Это как бы компенсация ранее сделанных государством вложений. Справедливо? Безусловно! Но вот исполнение закона в части целевого использования получаемых средств находится на очень низком уровне. На федеральном уровне мы получаем примерно половину этих средств. Такой же уровень неисполнения (примерно 60—65 процентов) и со стороны субъектов Федерации. И только непосредственно добывающие предприятия почти неукоснительно выполняют закон.

Хочу особо обратить внимание и на следующее обстоятельство. Когда планировался бюджет этого года, мы в качестве шага «доброй воли», несмотря на огромные трудности, нашли возможным выделить 300 миллионов рублей (!) на поддержку Пенсионного фонда страны. Конечно, было бы приятней, если бы мы знали, что эти деньги пойдут пенсионерам-геологам. Но Пенсионный фонд безличен, и такое осуществить невозможно. Кстати, нашему примеру последовали и другие, скажем, Федеральная дорожная служба.

И что в результате получается? Не далее как во II квартале мы практически «оголили» геологическую службу (почти на 90 процентов!), сами остались буквально с... копейкой, а то и вовсе без нее. Вот такая ситуация. И мы пошли на эту меру, абсолютно не будучи уверенными, что соответствующие органы будут исполнять закон о бюджете, о чем я говорил выше. Мы не устаем доказывать важность целевого использования установленных законом и предназначенных для нас средств. И должен сказать, что в правительстве Е. М. Примакова наша точка зрения находит понимание. Нам предстоит сейчас начало полевых работ. Необходимо «выбросить» около 200 полевых экспедиций, партий, отрядов только для съемки, не говоря о других работах. Будем выкручиваться, но ситуация тяжелейшая. Да и общая экономическая обстановка в стране не то что не легкая, а весьма и весьма напряженная.

Б. Р. Как вы оцениваете роль и значение науки в геологическом изучении и освоении земных богатств?

В. О. В геологии это — главная составляющая! По существу сам процесс поисков и разведки МПИ — это сугубо научный процесс. Мы придаем огромное значение сохранению нашего научного потенциала. Нам удалось сохранить все ранее функционировавшие научно-исследовательские институты и проектно-конструкторские бюро (а их около 40!). Министерство поддерживает тесные связи с вузовской наукой. По мере возможности помогаем вузам оборудованием и финансированием. Особенно плодотворные связи у нас сложились с МГУ, Московской государственной геолого-разведочной академией и другими вузами страны.

Б. Р. Многие специалисты утверждают, что техническая база геолого-разведочных работ разрушена почти необратимо. Говорят, что глубокие геолого-разведочные скважины на твердые полезные ископаемые (до 1000 м) и бурить нечем.

В. О. Да, действительно, техническая база геологоразведки на сегодня уступает технической базе западных стран. Но что бурить нечем, таких утверждений я делать не стал бы. У нас другая проблема: нечем задействовать, загружать имеющиеся технические средства. Просто не хватает объемов работ. Наша техническая база в настоящее время такова, что мы можем увеличить объемы работ в 1,5—2 раза.

Но я должен подчеркнуть, что и сегодня разработки в части подготовки буровых агрегатов нового поколения не заброшены. Их продолжают вести! Это относится ко всей геолого-разведочной технике в целом. Конечно, приобретать оборудование на Западе и дешевле, и хлопот меньше. Но меня вот что тревожит. Оснащая себя этим оборудованием, мы тем самым попадаем в зависимость от западных стран на долгие годы. И выбраться из этой зависимости будет чрезвычайно трудно, если вообще возможно. Поэтому мы продолжаем разработки своей техники. Но у министерства не хватает средств. Оно не может быть заказчиком техники. Есть предприятия, и они должны закупать, что им нужно. А роль государства, как мне кажется, должна заключаться в создании благоприятных условий для отечественного производителя техники и ограничении импорта. Такова наша позиция.

Б. Р. Как я помню, вы работали в правительстве В. С. Черномырдина, сейчас работаете в правительстве Е. М. Примакова (хочу заметить, что повторное возвращение в правительство — случай почти уникальный!). Есть ли разница в стиле и методах работы этих правительств?

В. О. Мне кажется, что нынешнее правительство стало работать более конкретно, более подтянуто, более ответственно. Подготовка и обсуждение вопросов идет с большей степенью детальности, решения более взвешенны. Неподготовленный материал часто возвращается на доработку. Повысилась требовательность к исполнению решений. Появилось больше делового подхода, исходя из интересов государства и просто здравого смысла. И контроль... Ему придается огромное значение. Наше министерство курирует вице-премьер Кулик. Никаких разночтений у нас с ним не возникает. И еще. За исполнение решений отвечает вся «команда». Солидарность членов кабинета — характернейшая черта работы правительства, и в этом — несомненная заслуга Е. М. Примакова.

Б. Р. Что вы думаете о раздутой до невероятных масштабов, инициированной Григорием Явлинским шумихе о якобы имеющей место коррупции в правительстве Е. М. Примакова?

В. О. Знаете... Прежде всего необходимы убедительные факты. Говорить можно о чем угодно. Я лично считаю так. Есть факты против кабинета или отдельных его членов, их необходимо представить в соответствующие органы. Подтвердились? После этого можно раздувать шумиху. Даже в два раза большую! Но ведь, чему мы являемся свидетелями, просто несолидно. Причем не обозначая поименно... Вроде мы все замараны. Мне лично приходится много ездить по стране. Как смотреть людям в глаза, как отвечать на вопросы? Бить себя в грудь и кричать: «Я не коррупционер»? Абсурд! А может, и преследовалась именно такая цель: выбить членов кабинета из колеи, посеять рознь, подозрительность, взаимное недоверие... Неблаговидная цель...

Просмотров: 47

Другие статьи номера

Кому не покорился Рихтер

В Великую субботу утром встретил я старого приятеля, и он меня первым делом спросил:

— Видел вчера по телевидению фильм о Рихтере? Какие-то иностранцы, англичане, что ли, смастачили. Назвали: «Рихтер, непокоренный».

— Как же! До часа ночи не спал.

Свобода — это жить по совести

Недавно в Центральном Доме литераторов прошла встреча московских критиков с писателем Валентином Распутиным. Первая за многие годы, я бы сказал, — прямая, с глазу на глаз, встреча.

Картины приобщить к делу

Группа художников, составивших объединение «Русский пожар», провела свою очередную выставку в Государственной думе. Здесь, в холле второго этажа, что называется, на самом ходу, развернулась экспозиция, отнюдь не ласкающая взгляд многим завсегдатаям этого учреждения. Кое-кто на наших глазах ускорял шаг, а то и вовсе отворачивался, проходя мимо; кое-кто с откровенным пренебрежением пялился на картины, демонстративно жуя резинку.

За что банкир Смоленский любит Ельцина?

Такой вопрос задает австрийская пресса

В давние уже годы, работая в «Комсомолке», мне довелось брать интервью у одного из «последних могикан» дореволюционной РСДРП. Рассказывая о большевичке Розалии Землячке, долгие годы руководившей органами партийного и советского контроля, седой ветеран так оценил одно из ее качеств: «Кого полюбит — для тех землячка, кого не взлюбит — для тех болячка».

Последний парад века

Со смешанными чувствами обновления и грусти прощаются пекинцы с многочисленными переулками, торговыми рядами, мастерскими, мелкими ателье.

«Запомните: сильный духом народ не сломить!»

Предраг МИЛИЧЕВИЧ, член ЦК Новой Компартии Югославии

Пионеров сменили гагаринцы

На Смоленщине отметило первую годовщину своей деятельности общественно-патриотическое движение «Гагаринцы».

Кто хозяин в опорном крае державы?

Свердловская областная организация КПРФ сегодня насчитывает 114 первичных, где состоит на учете 2224 человека. Какими проблемами занимались коммунисты в течение последних двух лет? Что мешает сплочению сил, работе единомышленников? Какие задачи они должны решать в трудовых коллективах, по месту жительства? За счет чего можно увеличить потенциал, боеспособность парторганизации? Об этом шел разговор на состоявшейся в Екатеринбурге отчетно-выборной конференции коммунистов Среднего Урала.

«Правое дело» в Кузбассе — дохлое дело

Официальные власти Кемеровской области — губернатор А. Тулеев и Законодательное собрание — жестко осудили агрессию НАТО против Югославии.

Утро после победы

Варварство, чинимое США и НАТО в Югославии, не только не ослабило интерес на Украине к предстоящим президентским выборам, но во многом помогает присмотреться к патриотическому выражению лиц основных претендентов и сделать вывод: тень какой политической силы падает на чело соискателей высшего поста в государстве. Любопытно и то, что особую активность проявляют те, кто засомневался в законности нажитого за годы независимости состояния и хотел бы не только его сохранить, но и избежать ответственности за вероломно «схваченное». Они жадно ищут того (или тех), кто способен все оставить как есть, ну, может, чуть-чуть припудрить и облагородить...

Все статьи номера