Главная  >  Номера газеты  >  №39 (28001) 9—12 апрель 1999 года  >  БАМ и таблица Менделеева

БАМ и таблица Менделеева

№39 (28001) 9—12 апрель 1999 года
1 полоса
Автор: Валентина НИКИФОРОВА, Иван ШАРОВ.

27 апреля 1974 года под аплодисменты и звуки торжественного марша увозил из Кремлевского Дворца съездов Валентин Сущевич комсомольский отряд в 600 человек на величайшую стройку, ставшую и подвигом, и тревогой для страны. О сделанном точнее всего свидетельствует техническая характеристика: «БАМ — железная дорога первой категории с проектной провозной способностью по Западному участку 18 миллионов тонн грузов в год, по Восточному — 9 миллионов тонн, электрифицированная на переменном токе, двухпутная — от Тайшета до Лены (704 км) и однопутная — от Лены до Таксимо (725 км), на остальном протяжении (3371 км) — однопутная, с тепловозной тягой.

Строительство Западного участка БАМа, второго пути Тайшет — Лена и линий Бамовская — Тында — Беркакит велось организациями Минтрансстроя, а Восточного — железнодорожными войсками».

БАМ построен. Но вместо прибыли сейчас от нее «одни убытки» — 1,4 млрд. рублей в год. Спустя четверть века «Правда» решила выяснить, в чем же дело. И что думают о своем детище сами строители? Об этом и пошел разговор за «круглым столом» газеты.

Стране не нужны богатства?

С этого вопроса-недоумения и начал беседу начальник штаба ЦК ВЛКСМ Валентин Александрович СУЩЕВИЧ:

— 25 лет назад, когда было общепризнано, что мы занялись нужным стране делом, не нашлось бы ни одного очень смелого журналиста, который бы бросил камень или «допустил недружественное высказывание» в адрес БАМа. Но что произошло в период этой злополучной пере-стройки? Что изменилось? Стране не нужны богатства? Если хотите, на память процитирую, что писали ученые в журнале «Коммунист» в 1985 году: «Примерно на одну треть все, что будет происходить в следующем веке, зависит от того, что сегодня происходит на БАМе». А с 1985 по 1986 год в нас летели комья грязи, мы получили коллективную оплеуху.

А ведь через школу БАМа (теперь говорят: «мясорубка БАМа») прошли полтора миллиона человек. Обижает нас, когда со страниц газет обвиняют, что мы поехали туда за длинным рублем. Давайте спросим Леню Казакова: за каким длинным рублем он погнался? Спросим и первых ребят. Вот сидит начальник штаба Центрального участка, мой преемник Юра Вербицкий: за каким длинным рублем мы ездили?! Мы уехали 27 апреля, а постановление ЦК КПСС и Совмина было принято 8 июля. И пока трансформировалось в приказы по министерствам путей сообщения и транспортного строительства, был уже и октябрь, и декабрь.

Я уверен, что если говорить о «застое», то на БАМ-то и уехали от застоя! Уехали, чтобы вдохнуть свободный воздух, чтобы получить достойное дело. Тогда корреспондент недружественного издания «Штерн» или «Шпигель» искал зеков. А потом написал: «БАМ — это островки социализма в океане застоя». Это был 1975 год. Тогда я и услышал слово «застой» применительно к большой экономической системе.

Вот с такими настроениями мы пришли на «круглый стол» и будем принимать приглашение как знак внимания к большому делу. К делу, которому отдали 20 и больше лет жизни.

— БАМ — не самоцель,— вступил в разговор Юрий Афанасьевич ЕСАУЛКОВ, первый секретарь Тындинского горкома КПСС, ныне председатель правления общественной организации «Бамовское содружество».— Это подход к богатствам России. Сегодня в европейской части полезных ископаемых, кроме Липецкой Магнитки, КМА, нет. Даже в Донбассе, российской части, за полуметровым пластом угля на два километра вглубь лезем. Урал исчерпали весь. Была гора Магнитная, а теперь там воронка, слизали гору. Нефть Тюмени мы тоже благополучно переварили. Все ресурсы, все природные ископаемые теперь начинаются с Красноярского края. КАТЭК знаменитый, Норильск. И сегодня если думать по-государственному, то будущее России зависит от того, насколько разумно мы будем использовать природные ресурсы, заложенные на Дальнем Востоке и в зоне БАМа. Ведь здесь, образно говоря, представлена вся таблица Менделеева. Мне обидно до слез, что сделали один шаг, и то не до конца. Идею, ради чего построили БАМ, начали забывать. Нам нужно поднять и укрепить в обществе мнение, что и сегодня проблема БАМа — это проблема экономическая, социальная, политическая, военная, экологическая, демографическая. Это — будущее России.

Давайте посмотрим: по территории от Красноярска до Чукотки — половина России. А живет в том регионе, дай Бог, десять миллионов человек. Можно такими силами освоить половину территории? По-моему, нет. И хорошо, что появился законопроект развития зоны Байкало-Амурской магистрали.

Россия будет процветать тем, как мы освоим те великие богатства. Нет другого пути. Тем более международная обстановка такая, что нас с нашей готовой продукцией на рынок не пускают, хотят заставить продавать сырье. Региональная общественная организация «Бамовское содружество», которую учредили год назад физические лица, готова помогать. Чем? В первую очередь пропа-гандой идей БАМа, привлечением к проблеме жителей региона. Я встречался с губернаторами — они все поддерживают.

Я хочу и другого. Чтобы была социальная защита людей, живущих в зоне БАМа. Теперь — обездоленных, обманутых. Многие и выехать оттуда не могут. Это и социальная защита бывших бамовцев, которые живут теперь в других местах.

И тетереву приятно гравиёчек поклевать

Говорит Виктор Федорович ДЕГТЕРЕВ:

— Я, бывший начальник ди-рекции строительства БАМа, с самых первых дней — на БАМе. Теперь слышу разговоры об экологии: дескать, много мы там нарушили.

— А общественная экспертиза была?

— Общественной тогда не было. Но была экологическая программа, которую разрабатывали академики. А мы выполняли все требования экологов. Тогда по озеру Байкал, его охране, пять постановлений приняли. Нас, я считаю, необоснованно загнали в мысовые тоннели.

Получилось как? Сначала проложили трассу по побережью Байкала, по «полке». Но вдруг «зеленые» завозмущались, что волны будут захлестывать дорогу, вымывать из рельсов химические элементы, которые, попав в Байкал, и рыбу отравят. Пришлось пробивать еще пять километров, четыре тоннеля.

Что такое трасса БАМа на теле Земли? Когда на вертолете низенько летишь — узенькая тропинка. Да, действительно, медведей и другое зверье распугали. На период строительства. Но оно, зверье, привыкшее жить в этом регионе, постепенно стало возвращаться. И медведи бродят по тайге, и глухари с удовольствием вылетают на насыпь поклевать гравийные камешки. Прошло время — и заросли те просеки, что прорубили, карьеры. Следы присутствия человека, конечно, есть. Но сказать, что нанесен ущерб природе края, будет преувеличением.

Существует же Байкало-Амурская магистраль в виде двух дорог: Восточно-Сибирской железной дороги и Дальневосточной. Как и всякое предприятие, они проверяются экологами, потому стремятся усовершенствоваться, так как проект осуществлен по пусковому комплексу не полностью. По сей день смета, которая была утверждена в ценах до 1991 года, не исчерпана. Некоторые знающие люди говорят, что 7,5 миллиарда рублей на строительно-монтажные работы до 1991 года истратили. Это — стоимость трех подводных лодок. Так что БАМ никого не объел, не обескровил государство. Не такие большие государственные капиталовложения отданы, истрачены, а дорога есть. Самое главное — работает.

Генерал-полковник железнодорожных войск Алексей Михайлович КРЮКОВ:

— Я хочу рассказать об истории принятия решения о строительстве БАМа. В 1974 году не-ожиданно раздается звонок: «Говорит министр обороны Гречко. Товарищ Крюков, вы смогли бы прибыть ко мне и обрисовать обстановку и район будущей железной дороги в Сибири? Я скоро должен быть у Леонида Ильича…» В тот период международная обстановка была тоже непростой. Никита Сергеевич Хрущев испортил отношения с Китаем. Надо было рассмотреть возможности доставки грузов, чтобы обеспечить оборону, безопасность нашей страны. Нельзя было ограничиваться одним Транссибом...

Реплика: Тем более что Транссиб проходит на расстоянии пушечного выстрела от границ.

— Министерство обороны разрабатывало ряд проектов. Некоторым противились угольщики и нефтяники. А МПС заломило большую сумму — 6 миллиардов рублей.

Реплика: Это проектировщики. Главтранспроект.

— Так вот Гречко попросил. Я, безусловно, пошел, — продолжил А. Крюков. Он пригласил еще товарищей. В деталях полдня вопрос обсуждали. А потом уже — на Политбюро, и было принято решение о строительстве БАМа благодаря настоянию Министерства обороны. Железнодорожные войска активно участвовали в строительстве — там были собраны лучшие специалисты.

— А сейчас вынуждены сокращать, терять квалифицированные кадры эксплуатационников. Большую часть строителей уже потеряли,— с горечью признает Виктор Федорович Дегтерев, представитель заказчика в дирекции строительства БАМа.— Мы озабочены этим регионом, хотим вывести дорогу до состояния прибыльной. И это может стать полигоном оживления всей экономики. Там же столько полезных ископаемых! Это нам — работа, людям — жизнь. По инициативе МПС родилось два недавних постановления правительства. Разработана программа хозяйственного освоения БАМа. Готовится проект Федерального закона об особой экономической зоне БАМа. Начато хорошее дело — строительство железнодорожных путей для освоения Чинейского месторождения разных руд — там и железо, и медь, и платина, титано-ванадиевые. Ведется подготовка к освоению Эльгинского угольного месторождения. Недавно министр путей сообщения с правительством Республики Саха подписали программный протокол. На очереди ряд других проектов. По инициативе МПС несколько лет назад было создано акционерное общество «БАМИНВЕСТ». Регион БАМа надо скорее осваивать, ради этого дорога строилась. И хорошо, что она, дорога, построена раньше.

Неприватизированные-то сильнее

— Думаю, вы все знаете, что система МПС, система железных дорог России, — федеральная система,— заметил заместитель министра путей сообщения Олег Анатольевич МОШЕНКО.— Неприватизированная, неакционированная, государственная, с единоначалием: управляемая, мобильная, дисциплинированная. Мы пережили, конечно, начиная с 1991 года сложный период. Было много всяких покушений: чтобы нам разбиться на куски, приватизироваться, акционироваться… Но выдержали. И в результате получили (или сохранили) все то, что имеем сегодня. И с большим огорчением смотрим на наших коллег — транспортников, моряков, авиаторов, которые раздолбали все свое хозяйство, а теперь не могут ни управлять, ни эксплуатировать.

Конечно, у нас есть участки железных дорог и прибыльные, и убыточные. Такая дорога, как, например, Кемеровская, где перевозят десятки тысяч тонн угля,— конечно, прибыльный участок. Но есть и такие, где мало движения: естественно, они приносят убытки. Вот одна из таких — Байкало-Амурская магистраль. Поэтому с первых дней создания МПС России, в начале 1992 года, встал вопрос: как быть с БАМом? Как сделать прибыльным, — чтобы люди получали зарплату, не уезжали оттуда. Так и родилась идея поделить БАМ между прибыльным участком — Восточно-Сибирской дорогой и убыточной — Дальневосточной дорогой, но имеющей порты, нефтебазы (тоже дают прибыль).

Реплика: А справедливо ли?

— Не открою никакой Америки, если скажу, что БАМ строилась для решения нескольких задач. Прежде всего — это разработка края, недр. Вторая задача — стратегическая. Третья — это сокращенный выход к портам Дальнего Востока, потому что БАМ короче Транссиба на 500 километров. И четвертая — разгрузка путей: в то время Транссиб уже задыхался. Он пропускал сто пар грузовых поездов и больше не мог принять на себя.

Все эти цели были благородны, правильны, разумны, обоснованны. Но сегодня, когда смотришь на то, что построено, замечаешь, что немножко не хватило времени, чтобы еще построить «усы» к кладовым природы. А «усы» эти — солидные: где 300 километров в сторону, где — 80 километров, где — 50. Я думаю, если бы мы жили в том режиме, как строили в 1981-м, 1983-м, 1985-м, сегодня бы все это уже было сооружено.

Но нас застала перестроечная лихорадка — она-то это поломала и отвергла. А сегодня возродить БАМ, оживить его можно за счет тех полезных ископаемых, которые есть в промышленной зоне БАМа.

Как мы представляем себе, что такое зона? Это — 3,5 тысячи километров, если начинать от Тайшета, а до конца — это 5 тысяч километров. И ширина — 400 километров. Там шесть регионов — субъектов Федерации. Вот вместе с ними надо вложить средства, чтобы вести разработки. Поэтому и нужен закон об особой экономической зоне БАМа.

— Особая экономическая зона не предполагает офф-шорности?

— Предполагает. Вариантов много: и офф-шорность, и концессии, и налоговые льготы… Проект солидный. Когда подсчитали, оказалось: он стоит 700 миллиардов рублей. Если установить льготы, государство в первые два-три года потеряет семь миллиардов рублей. Но зато потом пойдет окупаемость. И вот этот психологический барьер: заложить в бюджет семь миллиардов рублей на БАМ — очень трудно преодолеть. Хотя понять бы надо, какая обстановка и в стране, и за рубежом.

Реплика: Обстановка тяжелая, все может быть. Закон укрепит страну?

— Так я о чем и говорю?! Конечно!

— Но законопроект доберется до Минэкономики — там и погибнет…

— Но мы, прежде чем выйти на этот закон, еще в 1996 году большой комиссией объехали все те месторождения, присмотрелись к ним, сдали экономические расчеты. Остановились на трех: Удоканский и Чинейский меднорудные месторождения и эльгинский уголь. Там — 2,7 миллиарда тонн коксующегося угля. Копать не перекопать.

— Так в Удокане же все замерло...

— Ничего не замерло! Если мы три эти точки: Удокан, Чиней и Эльгу копнем — БАМ будет загружен на сто процентов своей мощности, он будет рентабельным, там все оживет.

— А Бодайбо почему не берете?

— Там — другое. Дело в том, что разработана программа. В нее сначала входило 250 объектов. Потом подумали: мы же реалисты, зачем браться за все? И начали ужимать: вычленили то, что жизненно, что дешевле. Ужали до 50, потом до 10, а сейчас остановились на 3 объектах. Если бы нам провести этот закон, если бы наши банки, даже иностранные инвесторы увидели, что там выгодно работать, они бы пошли туда.

Что мы делаем, чтобы раскрутить? Начали строить пути. К Чине уже положили 20 километров. В этом году будет 47, а в 2000-м должны подъехать туда.

Это сложно. Но помогают нам губернаторы, МПС деньги вкладывает за счет железных дорог. 17 железных дорог создали объединение «БАМИНВЕСТ». Считаем, что с 2002 года пойдет оживление зоны БАМа.

Второе. БАМ явился плацдармом, чтобы идти железной дороге на север, на Якутск. Правда, там не мы строим, а акционерное общество Якутии. Они уже до Томомота дошли.

И третье. Мы намерены через Татарский пролив тоннель проложить. Чтобы ездить на Сахалин нормально. Там всего восемь километров. Учитывая, что через год закончим Северомуйский тоннель, одолеем и тот.

А сегодня давайте железнодорожников не бросать, не забывать о них. То, что мы напишем на страницах «Правды», наверное, будет сто раз прочитано, зачитано до дыр. Это — людям надежда.

Алексей Михайлович КРЮКОВ:

— Мне тоже представляется, что сегодняшний «круглый стол» собран очень своевременно. Время БАМ поднимать! Когда мне позвонили и пригласили на него, душевно вздрогнул: наконец-то!

Все азиатские «тигры» были бы смирными

Владимир Иванович МИНЬКИН, вице-президент корпорации «Трансстрой», заместитель начальника «БАМстроя», развил тему:

— Мне пришлось в 1989 году принимать выездную сессию Института США и Канады по проблемам зоны освоения БАМа. Поверьте, и тогда спор шел о том, о чем сейчас говорим. Называли четыре цели БАМа: оборонная, транспортная магистраль, доступ к источникам сырья и, что не прозвучало, но важно особенно сегодня, — возможность получить валюту. Как за счет перевозок, так и за счет продажи того, что там находится. Уже в 1989 году была необходимость зарабатывать валюту. Тогда во время той конференции регионы провели переговоры с бизнесменами, и нашлось очень много интересных предложений, которые могли быть реализованы. Я помню, дискуссия завершилась тем, что один из ученых-миллионеров, когда мы расходились, поднял тост за то, что, если бы этот регион попал в хорошие руки, и тогда «все азиатские «тигры» будут ничто».

Валентин Витальевич ЛЕБЕДЕВ, летчик-космонавт, дважды Герой Советского Союза:

— Несколько отпусков на БАМе провел: проходил инструктаж, брал пилу «Дружба» — валил лес. И не случайно в маленьком поселке, первом поселке на Западном участке, есть музей космонавтики, — представил его В. Сущевич.

Я возьму угол, который ближе редакции, потому что все люди, которые отработали на БАМе, сейчас говорят и о проблемах, и о перспективах. Но почему у нас проблемы? Почему строим БАМ — и страна становится беднее? Почему мы строим станцию «Мир» — и страна теряет? Почему поднимаем «Буран» и... Почему мы строим навигационную систему «Глонас» и — опять деньги в пропасть? Опасная тенденция.

Шел сюда и думал, поговорим, ностальгию выльем — и на этом закончится. Но когда я услышал, что есть программа, включающая разработку медных и угольных месторождений, есть «БАМИНВЕСТ», он пробивается туда, изыскивает деньги, на сердце посвежело.

Как странно, почти дико: зона освоения БАМа была, но построили железную дорогу, а остальное потом...

Есть три критерия эффективности: первый — актуальность проблемы, второй — результат, третий — насколько разработка обременительна государству. Посмотреть с этих критериев — и все высветится.

А сегодня индусы, которых мы обучили, дают на рынок продукцию, связанную с космосом. Имеем огромную отрасль, а на рынок все время опаздываем. Сегодня космическую систему нельзя рассматривать как технику верхнего яруса. Это система, где верхний и наземный сегменты связаны. А мы наземные сегменты не развивали. В Северомуйском тоннеле мы налетели на разломы, потому что не имели хорошей космической съемки. Иначе бы не полезли в разломы в 800 метров. Берем одно, а второе забываем. А это второе — деньги.

Сейчас вот заговорили об экологии, я подумал: ну, частный вопрос. А когда сказали об общественной экспертизе, понял: злободневно! Все общество должно оценивать большие проекты, поскольку они всех касаются.

— Добавлю,— это Анатолий Акимович ЛУКЬЯНЧИКОВ, доктор Академии транспорта. — Есть в Кемеровской области месторождение, где добыча угля стоит от 3 до 4 долларов. На 90 процентов законченный комплекс. И что вы думаете? В прошлом году бросили, заморозили — и растаскивают все кому не лень. А там был построен комплекс по очистке вагонов под погрузку, обслуживать его могли всего пять человек (вместо 150). Сейчас нет ни комплекса, ни железнодорожного обеспечения. Сегодня надо работать по-другому: есть цель, есть задача — и транспортные строители с листа строят. Применяются все системы смешанной оплаты. МПС выполняет все функции настоящего заказчика. Смотрите: сегодня до Удоканского месторождения правительство Москвы уже дошло. Юрий Лужков пошел на освоение Удокана!

Леонид Давыдович КАЗАКОВ, Герой Социалистического Труда, бригадир монтажников-бетонщиков управления «ТындаБАМстрой» в 1974—1986 годах:

— Юрий Афанасьевич Есаулков прав: ресурсы исчерпываются. На Украине добывают коксующийся уголь из пласта полтора метра с полутора километров. А такого же качества уголь в Нерюнгри — пласт 96 метров лежит наверху: черпай, грузи и отвози. Калийной соли там хватит на сто лет. Там — и пласты асбеста. Словом, перспектива. И если бы построить «усы», БАМ давно уже окупилась бы. Десять территориально-производственных комплексов там должно быть. Это же работа на страну.

— И поплевывали бы на Запад...

— БАМ — это школа опыта, и особенно для молодежи, где студенты из строительных отрядов получали практические навыки. Нигде в мире такого не было. У меня дочь учится — я вынужден сам бегать, искать, куда ее на практику пристроить.

Вчера был на 40-летии студенческого движения. Все бойцы отрядов — сегодня доктора наук, академики, ректоры. Вот она, школа.

Там же построены прекрасные поселки — живи и радуйся. Молодежь бы с удовольствием там селилась. И страна бы не бегала с протянутой рукой, не выпрашивала подачки. Очень своевременно подняла «Правда» вопрос. Я думаю, это подтолкнет и правительство, и Федеральное собрание. Надо поддержать МПС. Есть люди, которые заставят работать БАМ, зону БАМа на подъем страны.

— Если не вернутся чубайсы. В нынешнем правительстве появляются люди с рациональным мышлением.

— Сколько можно разваливать?! Предел должен быть!

Дайте только сигнал!

— Я хотел бы сказать еще об одном: кроме полезных ископаемых, на БАМе создана хорошая промышленная база,— напомнил Юрий Сергеевич ВЕРБИЦКИЙ, в 1980—1985 годах начальник штаба ЦК ВЛКСМ. — Потребуются небольшие вложения, и мы можем выпускать продукцию мирового класса. Есть такой материал — вермикулит. Это еще не родившаяся слюда. Материал экологически чист, не горит, не намокает. Из него можно делать столы, отделывать им помещения: кинотеатры, школы, детские сады, использовать на корабельные перегородки. И для вагонов — незаменимый материал. У нас есть производственные мощности, под Тындой мощный комбинат, директором которого мне посчастливилось работать. Мы успели его перепрофилировать. Там современная западногерманская технология по выпуску ДВП, плит из вермикулита. И много чего другого. БАМ сегодня уже может давать отдачу. И не зря гайдарчики, все эти неудавшиеся монетаристы, первое, что сказали: «Север нам не нужен, надо всех вывозить!» Им-то не надо, а стране необходимо!

Мы построили не только железную дорогу, создали огромные мощности в Тайшете, в Шимановске, в Бамовске. Это база для дальнейшего развития. Мы уже были готовы принять тех, кто приедет осваивать месторождения. Мы все подготовили — не только железную дорогу, но и промышленность. Люди, которые там остались,— это герои, они берегут там наше народное добро. Сегодня еще не поздно вдохнуть жизнь во все это. Поэтому очень приятно, что «Правда», наша родная «Правда», о нас вспомнила, о деле вспомнила.

Даже если взять только то, что может дать быструю отдачу (сделать экономические выкладки и привлечь потребителей), живые деньги в бюджет пойдут. Нам никакой иностранец не поможет, всем ясно. Можем сами собраться, скооперироваться и продавать тем же иностранцам.

Я могу сказать: нам удалось многое. Вот Анатолий Дмитриевич Гусев. Он с бригадой 1200 человек построил всю Тынду. Все, что в Тынде есть,— это их рук дело. Вся гражданка. Мы с ним за последние полтора года освоили новую технологию в строительстве. Можем строить по новым теплотехническим нормативам прекрасные дома, которые обходятся процентов на 20 дешевле. БАМ не умер, мы здесь живем, работаем для того, чтобы вернуться туда.

Анатолий Дмитриевич ГУСЕВ:

— Для этого и собран «круглый стол». Жаль, что нельзя передать тот свой опыт и строительства магистралей, и возведения городов, поселков. Их строил весь Советский Союз, и каждый город, поселочек отличался технологией, отделкой, материалами. Москвичи построили Тынду, где есть и Арбат, и Сокольники, и Красная Пресня...

Я в Тынде и в Москве жил на одной улице — на Красной Пресне.

Некому передать свой опыт. Мы же жили и строили в суровейших условиях, когда в Тынде, например, три-четыре месяца — минус 50. Строили в три смены, как в Москве. Вводили новые школы, детские сады, дома.

Самый драгоценный человеческий фактор

Владимир Васильевич ЯКУТКИН:

— Много слов сказано о БАМе, я хотел бы остановиться на человеческом факторе. Те слова, которые мы все знаем: «БАМ — школа мужества» — стали привычными. В то время, продолжу мысль Алексея Михайловича Крюкова, мы были молодые командиры, только окончили училище. Мы знали, куда идем. До нас довели задачу, что БАМ имеет военное, стратегическое значение для обороноспособности страны. Нам были поручены воины, солдаты. Это вчерашние школьники, которых мы должны были в сжатые сроки обучить. И не только строить, копать землю, а обучить выполнять свою боевую задачу, то есть военному делу в тех суровых условиях.

Сейчас прошло время, и мы удивляемся, что 18-летние парни, которым выпадала нелегкая судьба, когда на улице минус 50 градусов...

— И воздух шуршит...

— Да, они выполняли эти две задачи: строили БАМ и отрабатывали боевую подготовку. Те солдаты, что прошли БАМ,— мужественные и физически закаленные, умственно развитые. На них можно положиться во всем. Приятно, что вернулись к БАМу. И мы, его строители, будем оказывать помощь, чтобы магистраль развивалась и имела то значение, которое ей и предназначалось. Потребуется — мы еще можем вернуться туда. Есть такая книга «Дорога, которую мы не выбирали». В ней написано: «Они действительно дорогу не выбирали, а восприняли ее как приказ Отечества». Если Отечество снова нам прикажет: «Товарищи воины-железнодорожники! Надо!». Мы скажем: «Есть!». И не хуже справимся, чем в то время.

В разговор вступает народный артист России Эмин Алекперович БАБАЕВ:

— Несколько поколений советских людей воспитывалось на романе Николая Островского «Как закалялась сталь». Моему поколению повезло, наверное, несколько больше. Это была жизненная школа настоящего ухода от застоя, настоящего строительства. Мое поколение воспитывалось на трудовых подвигах БАМа. Я не буду говорить, что это такое, — здесь собрались люди, разбирающиеся в этом лучше меня. Но я хочу сказать, что были великие артисты (они и сейчас есть), которые приезжали на БАМ не за рублем, не за званием. И если они сейчас не те, что были тогда, прочитают материал в «Правде» о БАМе, вздрогнут, вспомнят. И, может быть, вернутся к людям.

Сергей КАРАЧЕНЦЕВ, первый секретарь горкома комсомола Тынды:

— Так получилось, что я приехал на БАМ в 1983 году на практику, а в 1985 году окончательно. Первое, что поразило,— дух, состояние людей, которые там работают. Бескорыстные, товарищеские отношения. И после этого я решил, что поеду работать именно туда. Писал диплом по этому региону (Нерюнгри).

Что я хочу сказать? Среди планирующихся ТПК (территориально-производственных комплексов) это единственный ра-ботающий ТПК. Хотел бы попросить начать с Нерюнгри, в порядке реанимации, потому что там есть то, что работало. Я последний раз там был год назад — меня повергла в шок одна из крупнейших, как говорил Юрий Сергеевич Вербицкий, промышленных зон в области домостроения. Нерюнгринский ДСК рухнул. Хорошо, что те, кто строил город, в большинстве своем еще не уехали оттуда. Обидно, что они сейчас торгуют на базарах, борются за свое выживание... Несмотря на то, что, как сказал наш уважаемый космонавт, там есть востребованные вещи, домостроительная база. А рядом, в Алдане, — бараки, надо идти и строить там. Просьба к «Правде»: поднять общественное мнение.

В Москве — о тех, кто далеко от столицы

Не случайно это обращение к «Правде». Главный редактор Александр Ильин, завершая беседу, напомнил, что БАМ — это подшефная стройка газеты. И прав Валентин Сущевич, когда сказал, что теперь есть надежда на возрождение БАМа, потому что «у нас есть своя газета — «Правда».

И конечно, надо объединять усилия. Участвовавшие в беседе за «круглым столом» фотокорреспондент Валерий Корешков, спасший в последние окаянные годы свою книгу «БАМ продолжается», и редактор отдела экономики и науки газеты «Гудок» Тамара Андреева говорили о сложении усилий для того, чтобы зона БАМа вновь стала объектом государственного внимания.

Просмотров: 41

Другие статьи номера

Тетя Бася приехала!

Хотел бы возобновить до времени приостановленную работу по составлению современного политсонника, могущего стать чем-то вроде ночного путеводителя. Сразу с благодарностью отмечу, что проанкетированные по столь тонкой материи респонденты не подвели, больше того — обогатили автора полезными сведениями по части тайного механизма возникновения живоподобных картин, навеянных в объятиях Морфея, о взглядах на затронутую проблему Зигмунда Фрейда, других корифеев психоанализа.

Менялы в Храме

В разгар горбачевской перестройки, еще не перешедшей в перестрелку, в кругах либеральной интеллигенции модно было спрашивать: «Ведет ли эта дорога к Храму?» Вопрос был чисто риторическим. Ответ подразумевался: «Нет, социализм не ведет к идеалу. Нет, он не ведет к нравственности».

Вруны не имеют права на талант
Телекадр, где два силовых министра путались в трех соснах, пытаясь что-то разъяснить в связи с «делом Скуратова», и окончательно завили мозги телезрителям, можно считать визитной карточкой режима, почти уже задушенного грудной жабой распоясавшегося криминала.
Чудо настигает врасплох

В одном из телевизионных репортажей Патриарх Московский и Всея Руси Алексий II с болью заметил, что некоторые бомбы и ракеты, громящие в эти дни многострадальную землю Югославии, снабжены глумливыми надписями вроде: «Подарочек к Пасхе».

В США или в Самару, к теще Сысуева...

Люди с мягким темечком

Тут многое повергало в изумление. Во-первых, почему нельзя судить за политику, если она привела к страданиям и гибели множества людей? А за что судили нацистов в Нюрнберге и японских военных преступников в Токио, в числе коих было четыре премьера и одиннадцать министров,— за дурной литературный вкус? За что большинство из них повесили и приговорили к пожизненному заключению — за супружескую неверность? А в нынешние дни за что присудили к смертной казни сразу двух корейских президентов и собираются судить Пиночета — за непочтение родителей? Это, говорю, во-первых.

Обман

Лицемерие как дымовая завеса агрессоров

Североатлантический военный блок, усиленно подталкиваемый из-за океана, развязал открытую агрессию против Союзной Республики Югославии. Сегодня он ведет против нее крупномасштабную ракетно-бомбовую войну, уже принесшую неисчислимые бедствия народам этой многонациональной страны.

США вооружаются
Как уже сообщалось, обе палаты американского конгресса приняли 17 и 18 марта соответственно законопроект о возведении в ранг официальной государственной политики Вашингтона создание системы «национальной противоракетной обороны» под предлогом так называемой защиты США от ракетного нападения, заявил представитель МИД КНДР.
Правило левой руки
После того как 17 августа прошлого года каждому непредвзятому человеку стало ясно, что прежний курс реформ надо пересматривать, возник вопрос: как пересматривать, что должно стать ему альтернативой? У радикал-либералов на это всегда готов ответ, вписанный, кстати, в послание президента Б. Ельцина: обвал в прошлом августе — результат не реформ, а их половинчатости. Следовательно, надо не поворачивать их вспять к дефицитам и уравниловке, как требует Анпилов, а энергично двигать вперед.
«Посмотрим по-государственному»

Сначала немного о себе. Родился в 1947 году в деревне Абдуллино Илишевского района Башкирии. Окончил с серебряной медалью школу, поработал в колхозе механизатором, а потом учился в институте, аспирантуре — имею степень доктора экономических наук. И конечно же, работал: в НИИ, в партийных органах; последняя додепутатская должность — директор Башкирского НИИ животноводства и кормопроизводства. И депутатом отслужил около 20 лет, разрабатывал сам, участвовал в разработке нескольких аграрно-экономических законопроектов.

Безнаказанность воодушевляет бандитов

Такое впечатление, что в последнее время абреки из Чечни в своих набегах на сопредельные территории устроили настоящую охоту на работников милиции. Во вторник в Курском районе Ставрополья шестеро бандитов подстерегли милицейский патрульный уазик. Автоматным и пулеметным огнем из засады были убиты четверо милиционеров. Мало того, по сообщениям из Ставрополя, изверги затащили тела убитых в ров и сделали каждому по «контрольному» выстрелу в голову.

Все статьи номера