Главная  >  Номера газеты  >  №31 (27993) 23—24 март 1999 года  >  Россия: беды безоглядной финансовой либерализации

Россия: беды безоглядной финансовой либерализации

№31 (27993) 23—24 март 1999 года
1 полоса
Автор: Игорь МЕЛЬНИКОВ. г. Вена.

Сегодня на страницах «Правды» выступает глава Австрийского национального банка

д-р Клаус ЛИБШЕР. Его интервью займет место в ряду заметных публикаций нашей газеты, авторами которых на протяжении 90-х годов были капитаны австрийской экономики — президенты известных в Европе концернов «ФЕСТ-Альпине», «Сименс-Аустриа», ОМФ, генеральные директора обоих ведущих банков страны: «Банк-Аустриа» и «Кредитанштальт». Этот перечень можно продолжать, причем характерный штрих обязательно бросится в глаза: иные из именитых менеджеров выступали в «Правде» по два-три раза, открыто и глубоко затрагивая в своих интервью злободневные для России проблемы штормового моря рынка, издержек той приватизации, которая ведется без оглядки на интересы государства.

Интервью с Клаусом Либшером — что вполне естественно — протекает в русле финансовой тематики. Его высказывания заслуживают полного внимания уже потому, что принадлежат одному из ведущих финансистов страны, с честью вышедшей из послевоенного кризисного горнила и собственноручно поддерживающей высокую пробу национальной валюты — не случайно же австрийский шиллинг европейцы прозвали «альпийским долларом». (Не удержусь здесь от сугубо личной нотки: мое знакомство с канцлером-легендой Бруно Крайским состоялось осенью 1973 года именно на выставке, носившей нарочито горделивое название «Шиллинг остается шиллингом».)

Заключительная часть беседы с главой АНБ посвящена «русской проблеме». Д-р Либшер заметно сдержан в ответах, а особенно в прогнозах и советах. Он не намерен навязывать свое мнение России и не склонен подбрасывать рецепты, до которых столь охочи «доброжелатели» из МВФ. В его ответах не просматривается поддержка неолиберальных заокеанских моделей, которым отбивают поклоны российские горе-реформаторы.

Помнится, летом минувшего года — ровно за месяц до злополучного 17 августа — в венском комментарии, опубликованном «Правдой», я приводил высказывание Клауса Либшера. Либерализация рынка капиталов в переживающих реформы восточноевропейских странах, по его убеждению, должна осуществляться с большой осмотрительностью. Но эти государства, подчеркивал он, порой обескураживают непродуманными решениями.

Разве это не было, как говорится, не в бровь, а в глаз господам гайдарам, чубайсам, кириенко и федоровым?

Глава Австрийского национального банка отвечает на вопросы корреспондента «Правды»

— Мне необходимо быть самокритичным, д-р Либшер: лишь недавно я узнал, что титул «президент» в Австрийском национальном банке сменен на «гувернер». Чем вызвана данная корректировка?

— Надо сказать, что должность гувернера существует в большинстве эмиссионных банков. У нас она введена согласно новому закону с 1 сентября 1998 года, и я, как видите, стал первым обладателем этого титула.

Гувернер руководит Австрийским национальным банком, одновременно отвечая как за внешние связи, так и за оперативную работу АНБ. Другая сфера его деятельности — участие в работе Европейского центрального банка.

— За свою 87-летнюю историю газета «Правда» никогда еще не публиковала интервью с главой АНБ. Так что вам предстоит «перейти Рубикон». Начну с хрестоматийного вопроса: каковы были первые шаги банка, какие события сыграли определяющую роль в его становлении?

— Истоки Австрийского национального банка относятся к 1816 году. Он был основан в целях стабилизации расшатанной денежной системы. Именно для ее стабилизации, а не для финансирования государства. Банку была дана значительная независимость.

За последнее столетие роль банка менялась, на его судьбе сказывались события европейской истории. В 1923 году, уже после первой мировой войны, АНБ был воссоздан заново. В 1955 году банк обрел свой новый конституционный закон, в рамках которого действовал до прошлого года. Обновление закона, обусловленное вступлением Австрии в Европейский экономический и валютный союз, произошло в 1998 году. Однако основные принципы, на которых зиждились как предыдущие, так и нынешний закон, сохранились. Это — гарантирование стабильности цен при полной независимости банка и отсутствии государственного финансирования. Данные принципы были, есть и останутся незыблемыми.

— Какие направления в нынешней деятельности банка вы хотели бы отметить? Претерпевают ли изменения структура АНБ, численность его сотрудников, объемы работы в связи с интеграционными процессами, охватившими наш континент и приведшими Австрию в Европейский союз?

— Существенным для нас сегодня является то, что Австрия стала членом валютного союза. Поэтому гувернер АНБ представлен в совете Европейского центрального банка и отвечает, наряду с другими, за европейскую денежную политику. Это делает необходимым определить место АНБ и его новую ориентацию.

Последние 25 лет из-за привязки шиллинга к немецкой марке мы действовали в соответствии с классической политикой обменных курсов. Эта сориентированная на стабильность валютная политика была возможна лишь благодаря высокому доверию к Австрийскому национальному банку со стороны международного сообщества. Это во-первых. Во-вторых, она была возможной потому, что мы всегда действовали в согласии с правительством, с социальными партнерами. И, в-третьих, потому, что наша информационная политика всегда была прозрачной для населения. Мы всегда объясняли людям, что стоит за действиями АНБ в валютной сфере.

Вступление в Европейский союз не внесло изменений в денежную политику Австрии. Понятно, мы вынуждены будем расставлять новые акценты, поскольку база стратегии определяется Европейским центральным банком. Однако проведение в жизнь этих стратегических решений осуществляется национальными эмиссионными банками, в нашем случае Австрийским национальным банком.

Каков наш сегодняшний круг обязанностей? Мы продолжаем оставаться в том же, что и прежде, деловом контакте с нашими австрийскими банками. Мы берем на себя новые задачи — например, сферу платежей, поскольку в рамках валютного союза возникает общеевропейская система платежей. Мы более активно будем действовать в сфере анализа народного хозяйства. Мы намерены и далее продолжать свою работу в сфере контроля деятельности банков (сейчас это в первую очередь задача министерства финансов, однако и нам отводятся определенные функции). Иными словами, у нас не будет меньше работы. Однако мы хотим продолжить процесс «похудения» банка в плане количества сотрудников. В последние годы мы уже сократили численность нашего персонала, и эта тенденция будет последовательно продолжаться.

— Логика нашего диалога со всей неизбежностью привела к теме «главного именинника» финансового мира на стыке веков — евро. В канун 1999 года европейцы, пожалуй, ни о чем другом не говорили столь много и с таким воодушевлением, как о нем. Вы ведь тоже, д-р Либшер, являетесь сторонником новой валюты и оптимистически оцениваете ее будущее?

— Новая европейская валюта — евро означает завершение процессов в организации внутреннего европейского рынка, так как прекращение существования одиннадцати национальных валют снимает опасность, таящуюся в обменных курсах. В начале 90-х годов это привносило в жизнь многочисленные проблемы: когда та или иная валюта снижала обменный курс, в Европе возникали сложности в плане экономического роста, в плане занятости. Теперь, когда этот риск обменных курсов перестал существовать, возникает значительный шанс создать общие условия для всех государств — членов валютного союза. Поэтому внутренний рынок, который характеризуется четырьмя известными свободами, может полностью проявить свои потенции. Я считаю это очень ценным и убежден, что евро будет очень стабильным, он пойдет на пользу европейцам и европейской экономике. Поэтому я оптимист в том, что касается будущего евро.

— Но вот считанные недели назад в популярной передаче германской телекомпании АРД с тревогой констатировалось, что за полтора месяца евро «похудел» на 5 процентов относительно доллара США. Разделяете ли вы это беспокойство?

— Очень трудно определить, что является правильным курсом одной валюты к другой. Однако я считаю, что в отношении евро и доллара США не так важны, как это было ранее, колебания или изменения обменных курсов. Ведь в валютном союзе, в Европе одиннадцати государств, доля внешней торговли, экспорта составляет 12—13 процентов совокупного внутреннего брутто-продукта. Остальное — это внутренний рынок или торговля между одинна-дцатью государствами. Следовательно, чувствительность к колебаниям курсов стала значительно ниже, чем это было ранее для отдельно взятых стран, например, Германии, Австрии, Франции или Италии. Естественно, такое развитие курсов, как это имело место за последние недели, не доставляет мне большой радости, однако не вызывает у меня также и большой озабоченности.

Надо сказать, что при оценке обменного курса известную роль играет и ожидание, которое связано с этим курсом. Американская экономика сейчас в очень хорошем положении — низкая инфляция, низкая безработица, высокие темпы роста. Это означает, что сегодня перспективы у Америки лучше, чем у Европы, и это, безусловно, сказывается на оценках. Конечно, не на пользу делу и то, что с различных сторон заявляется, что слабый евро для нас был бы лучше, нежели сильный. Я провожу разграничение между внешней стоимостью валюты и внутренней, стабильной стоимостью валюты. А стабильность, иными словами, покупательная способность евро не меняется, даже если он становится внешне несколько слабее.

— Что можно сказать о соперничестве доллара и евро, о разнице между европейской и американской моделями финансовой политики?

— Доллар имеет очень и очень большое значение как валюта для трансакций. Большое количество торговых налогов фактурируется в долларах, а не в евро. Однако я думаю, что с течением времени евро также станет валютой для трансакций, завоюет свое место у международных инвесторов, а также в эмиссионных банках как резервная валюта.

Появление евро приведет к большей стабилизации финансовых рынков, нежели это было, например, в минувшем году, когда существовали многочисленные отдельные валюты. Я убежден, что не будет соперничества между долларом и евро, а будет существовать хорошая биполярная система, которая станет служить взаимной стабильности.

— В заключение, д-р Либшер, разрешите обратиться к «русскому вопросу». Какими были последствия прошлогоднего августовского финансового кризиса в России для ведущих австрийских банков, работающих на пространстве СНГ? Насколько удалось им смягчить потери?

— Естественно, для австрийских банков, прежде всего работавших в России, а не в остальных странах СНГ, ситуация последних восьми месяцев была значительным вызовом. Естественно, были сделаны определенные изменения в балансах, определенное списание задолженностей. В конечном итоге, по моему мнению, у австрийских банков не возникло серьезных сложностей в их балансах. Они, что и понятно, сократили кредиты российским банкам в последние месяцы и смогли выправить свои балансы по выгодным курсам. В итоге — не радостно, но абсолютно переносимо. Никаких долгосрочных последствий для австрийских банков.

— Несколько ранее финансовый кризис ударил по странам Юго-Восточной Азии, а также Латинской Америки. Есть ли, на ваш взгляд, общие черты для обвала банков в этих регионах и в России?

— Совместные признаки развития событий в Азии или России, я думаю, можно свести к общей формуле — недостаточный контроль за банковской деятельностью, недостаточные и ошибочные системы контроля внутри самих банков, в некоторых случаях — недостаточные правовые рамки банковской деятельности, особенно в плане неплатежеспособности.

Возможно и то, что применялась слишком рискованная кредитная политика и существовала нехватка собственного банковского капитала. И, может быть, было бы целесообразно при либерализации движения капитала двигаться постепенно, а не вводить либерализацию сразу, безоглядно. Проще говоря, не вводить свободу сразу, а делать это в рамках определенного срока, о котором конкретно я не хотел бы говорить.

— Я понимаю, что никто не хотел бы брать сегодня на себя роль античной пифии и предсказывать будущее российской финансовой системы. Но все же рискну спросить: на каком пути видится вам выход России, ее банков из глубочайшего кризиса?

— Это самый сложный вопрос. Я думаю, что существенным для России, следовательно, и для ее банковской системы была бы, во-первых, экономическая политика, сориентированная на стабильность. Это консолидация бюджета, реалистическая экономическая концепция и приспособленная к этому денежная политика. Во-вторых, необходимо осуществить некоторые структурные реформы, например, в действующей налоговой системе. Полагаю, что она нуждается в улучшении.

В-третьих, необходимо не только использовать зафиксированные в законе правила, но и эффективно применять их на деле. В-четвертых, я повторюсь,— постепенная, шаг за шагом либерализация движения капитала. В-пятых, все пакеты реформ, которые принимает правительство или намеревается их принять, должны быть согласованы с Международным валютным фондом. Иными словами, тесное сотрудничество. И, наконец, должно быть найдено долговременное решение проблемы иностранной задолженности — при согласии частных и государственных кредиторов, а не в одностороннем порядке.

— Как вы оцениваете профессиональный уровень российских банкиров, в частности своего коллеги Виктора Геращенко?

— Я не знал его в былом качестве председателя Центробанка России. Зато знаю его в новом старом качестве и очень высоко ценю.

Признаюсь, что не знаю других российских коллег, работающих в коммерческих банках. Однако полагаю, что существенным является — и это в равной мере можно отнести к России, Австрии и другим странам — способность людей разбираться в управлении ситуацией рисков. Надо оставаться на реальной почве, заботиться о достаточном количестве собственного капитала, не идти безоглядно на риск, а разумно диверсифицировать риски.

Необходимо, чтобы в каждом банке действовали внутренние контрольные системы — и это отнюдь не специфически русский феномен. Подчеркиваю: все, что обсуждается на международном уровне по улучшению прозрачности, по своевременной информации о приближении сложной ситуации,— это и есть центральная тема.

Просмотров: 538

Другие статьи номера

Смоляне сбросятся на памятник автору «Катюши»
В январе 2000 года исполнится сто лет со дня рождения известного советского поэта Михаила Исаковского. Его поэтическое творчество входило и входит в жизнь каждого нового поколения песнями, которые давно стали народными. Достаточно упомянуть всемирно известную «Катюшу». Смоляне задолго до юбилея знаменитого земляка начали подготовку к торжествам. Главой администрации области принято постановление о сооружении в Смоленске памятника М. Исаковскому по проекту народного художника России Альберта Сергеева.
От сумы до тюрьмы...

Проблемы заключенных решать всем миром

Мои окна выходят на Бутырскую тюрьму. Каждый день я вижу, как выводят на прогулку заключенных, слышу, как перекликаются они из зарешеченных окон. Доводилось мне бывать и на территории Бутырки: спускаться в Пугачевскую башню, где расположен музей одной из самых старых российских тюрем, которой недавно исполнилось 250 лет. Сидели здесь Е. Пугачев, В. Маяковский, Ф. Дзержинский, К. Ворошилов, Н. Махно, да и сегодня немало известных подследственных ждут здесь своего приговора.

«Солженицын взял на себя роль проповедника...»

Восприятие того, что писал и пишет Александр Солженицын, было и есть очень разное. Соответственно и отношение к нему — тоже. Причем нельзя не отметить такой факт: гораздо реже в центре внимания возникающих дискуссий находится Солженицын как художник; больше говорят о его общественной или даже политической позиции.

Памяти Галины Улановой

В канун печальной годовщины со дня кончины Галины Улановой мы получили письмо с Украины от ветеранов Великой Отечественной войны Валентина Демидова и Виктора Тарана с просьбой напечатать стихотворение их старого друга, днепропетровского поэта Михаила Селезнева, посвященное памяти Улановой.

Кому на руку скандал в МОК

Премьер-министр Израиля Нетаньяху, прибывший в Москву с двухдневным рабочим визитом, встретился с премьер-министром России Примаковым и министром иностранных дел Ивановым. Основная тема переговоров, как заявил перед встречей Нетаньяху,— развитие двустороннего экономического и политического сотрудничества. Он отметил, что намерен обсудить с Примаковым проблему нераспространения ракетных и ядерных технологий и в связи с этим затронуть вопрос о сотрудничестве России с Ираном в ядерной сфере.

(«Эфир-дайджест»).

В окружении таинственности

В Британии объявили о назначении нового главы разведывательного ведомства. Представитель Форин офиса сообщил, что директором Сикрет интеллидженс сервис (СИС) — спецслужбы, называемой также МИ-6, станет Ричард Дирлав. Он сменит на этом посту сэра Дэвида Спеддинга, уходящего на пенсию.

Пульс планеты

Не исключено, что уже в ночь с понедельника на вторник по территории Югославии будут нанесены первые ракетно-бомбовые удары. Американский президент говорил по телефону с руководителями Франции, Германии и Британии. Судя по сообщениям западных агентств, США получили полную поддержку союзников планам нанесения военных ударов по территории Югославии. Россия выступает категорически против.

Грозовые тучи над Югославией

В последние дни блок НАТО залег, как хищник, перед решающим прыжком на Югославию. Семь лет назад наиболее активные члены этого альянса — США и Германия дали зеленый свет местным националистам на развал Социалистической Федеративной Республики Югославии, одного из основателей Движения неприсоединения. Но тогда, по крайней мере, НАТО действовала в основном из-за угла. Теперь на Союзную Республику Югославию, оставшуюся от большой единой страны, напрямую направлена военная мощь Североатлантического пакта. Цель очевидна и цинична — добить Югославию.

Бойся последних верблюдов

Созданная Государственной думой 19 июня 1998 года специальная комиссия «для проверки соблюдения процедурных правил и фактической обоснованности обвинения, выдвинутого против Президента Российской Федерации Б. Н. Ельцина» представила Совету Государственной думы итог своей работы.

Не трогайте время!

Уважаемые депутаты Госдумы и Совета Федерации!

Я тружусь на заводе «Пермские моторы» и, чтобы вовремя успеть на работу к 7 час. 10 мин., встаю в 5 часов утра. И таких, как я, очень рано встающих по утрам, миллионы.

Все статьи номера