Главная  >  Номера газеты  >  №144 (30350) 25—28 декабря 2015 года  >  Сто лет — не срок для любви

Сто лет — не срок для любви

№144 (30350) 25—28 декабря 2015 года
8 полоса
Автор: Лариса ЯГУНКОВА.

Есть замечательные события в истории искусства, мимо которых невозможно пройти. Сто лет назад, в конце 1915 года, в Вене воцарилась «Королева чардаша». Только не пожимайте плечами: подумаешь, какая-то оперетка! Во-первых, оперетта давно стала признанным театральным жанром, обогатившим сценическую культуру. Во-вторых, этот жанр представил замечательные примеры беззаветной преданности музыке, подарил столько радости людям, что не грех и поклониться тем, кто посвятил свой талант этому искусству. Кто только из признанных мастеров русской культуры не ценил, не любил оперетту — Некрасов, Чайковский, Рахманинов, Блок, Шостакович; о деятелях театра и говорить нечего: Станиславский, Немирович-Данченко, Таиров, Марджанов.

НАЧИНАЛ Станиславский с оперетты и на всю жизнь сохранил к ней нежное чувство. «Жанр оперетты по плечу только настоящему актёру — мастеру своего дела», — говорил он. И с удовольствием примерял опереточные амплуа к своей прославленной труппе: «Качалов, например. Вы представляете себе, какой бы это был замечательный опереточный простак. А Книппер! Сногсшибательная гранд-дама».

Станиславский мог бы назвать и своего либреттиста — ну конечно Чехова. Были к тому основания: драматургия великого писателя всегда напоминала о том, что от печального до смешного только один шаг. Может быть, этот жизненный парадокс и привлекал к оперетте внимание художников самых разных направлений. Именно в оперетте человеческое счастье всегда висит на ниточке, а потом происходит что-то невероятное, и обстоятельства круто меняются. Таков опереточный принцип: «Плохой конец заранее отброшен, он должен, должен, должен быть хорошим!» Может быть, потому и привержены «несерьёзному» жанру весьма серьёзные люди?

Ну а как не любить оперетту за её музыкальность? Мелодичная, зажигательная музыка согревает сердца и поднимает дух. Оперетта задаёт актёрам высокую планку: здесь надо уметь петь, и пение это особого рода — темпераментное, полётное, в ритме танца. В оперетте нужно ещё и танцевать: это синтетическое искусство соединяет в одном спектакле самые разные способы отображения человеческой натуры. В оперетте должны быть сильные чувства, и публика должна всем сердцем воспринимать их, иначе пропадёт весь заряд музыкальных и театральных эффектов. Сколько оперетт великих композиторов было забыто из-за неудачного либретто! Короче говоря, звёзды должны сойтись так, чтобы интересное либретто попало в руки большого композитора и вдохновило его на целый каскад мелодий. Так всё и вышло — родилась новая оперетта. Её успех превзошёл все ожидания.

Время было совсем не подходящее для развлечений. Автор, молодой венгерский композитор Имре Кальман, с огромной неуверенностью представлял своё детище на суд публики. Получив либретто ещё в начале 1914 года, он прервал свою работу над опереттой, как только началась Первая мировая война, и вернулся к ней лишь по настоятельной просьбе друзей. В Сербии разворачивалось австро-германское наступление, и каждый день приносил в Вену похоронки. Потери на всех фронтах были чудовищны. И не мудрено: оружия такой убойной силы ещё не знало человечество. Уже применены были отравляющие газы. Уровень военной истерии зашкаливал. Мир дошёл до края человеконенавистничества и теперь стоял на переломе истории. На австро-венгерском троне ещё доживал свой длинный век император Франц Иосиф I, в России ещё царствовал Николай II, но в воздухе уже носилось предчувствие небывалых перемен, сокрушающих престолы, меняющих облик мира.

А в венском «Иоганн-Штраус театре» разыгрывали красивую сказку о любви, сметающей все преграды и предрассудки. Естественно, действие происходило ещё до войны, до рокового выстрела в Сараево. Это потом уже, спустя много лет, в постановке венской Фолькс-оперы обозначилась Первая мировая в облике раненого солдата, который блуждает среди веселящейся толпы и время от времени символически расстреливает её из своего костыля.

Ничего подобного в изначальном замысле не было. Тут главенствовали сама музыка, равная по своему мелодическому богатству подлинным оперным шедеврам, настоящая вокальная драма и в то же время искромётная комедия-буфф. В основу главной музыкальной темы лёг венгерский чардаш: мажор был в самой тональности, даже самые драматические дуэты звучали как вызов тоске и отчаянию, доходя почти до катарсиса и давая надежду на выход из тупика, на спасение и возрождение. Либретто Лео Штайна и Бела Йёнбаха, написанное в соответствии со вкусами довольно узкой социальной среды, обогатилось в музыке общечеловеческой идеей: любовь и верность превыше всего. Кстати, первое название оперетты было «Да здравствует любовь». У нас она изначально называется именем главной героини: «Сильва».

Сюжет этой оперетты общеизвестен. Нет смысла его пересказывать, тем более что в пересказе он теряет всё своё обаяние, тесно связанное с музыкой. Заметим только, что этим бродячим сюжетом вдохновлялись писатели и композиторы с мировым именем. «Сильва» нередко ассоциируется и с «Травиатой», и с «Мадам Баттерфляй». Но тема социального неравенства любящих (спасибо жанру!) нашла здесь искромётное, жизнерадостное воплощение, ведущее к счастливой развязке.

Оптимизма прибавляет и то, что у девушки из горного селения нет печального жизненного опыта; она только представляется роковой женщиной с «чертовщинкой». Это богатая натура. У кого-то деньги, у кого-то титул, а у неё — талант. И она прекрасно знает себе цену. Тут ещё и гордость, врождённая, можно сказать, кровная. Но, в сущности, это дитя по сравнению с названными оперными героинями, дитя Трансильвании (отсюда и Сильва). И влюбляется она, конечно, раз и навсегда. А побеждает не только потому, что талантлива, но и благодаря своим нравственным принципам.

Кальман привнёс в оперетту совсем иной стиль человеческих отношений, нежели бытовавший до тех пор на опереточной сцене: отношений чистых, искренних, серьёзных. Он опоэтизировал героев и самую среду их обитания: кабаре «Орфеум» — это дом друзей, мир артистов, преданных друг другу и своей сцене. Вместе с тем и сюжет, и музыка давали основание для постановки яркого, истинно театрального спектакля, заряжавшего публику оптимизмом.

То, что на музыкальной сцене родился шедевр, ни у кого не вызывало сомнений. Для тридцатитрёхлетнего Кальмана это был момент истины — он достиг вершины. Всё остальное — и «Баядерка», и «Принцесса цирка», и «Графиня Марица», и «Фиалка Монмартра», и добрый десяток других оперетт — было только красивым планированием с этой высоты. В венском «Иоганн-Штраус театре» «Королеву чардаша» с неизменным аншлагом сыграли тысячу раз. В Берлине её давали ежедневно в течение двух лет. В Будапеште, кажется, не осталось человека, который не видел «чардашку». Она утвердилась на всех европейских сценах, в том числе и в государствах Антанты.

Через год Кальмана пригласили на премьеру в Нью-Йорк. Окольными путями через Швецию партитура достигла России, и началась отечественная история многочисленных постановок этого шедевра. Именно у нас «Сильва» с первых постановок решалась как вокальная драма: действие направляли и развивали вокалисты. И героиня преимущественно пела, а не танцевала. Вот когда получили достойное воплощение кальмановские дуэты, квартеты и хоры. Тут, конечно, не обходилось без стремительных фиоритур, без задушевного легато. Поэзия этой музыки раскрывалась сполна.

И снова — огромный успех, совершенно невероятный в условиях войны. Хотя оперетту переименовали, а фамилии героев переменили, зрители прекрасно знали, откуда взялась эта всечеловеческая музыка.

Вскоре сама русская жизнь круто изменилась, в театр пришли герои нового времени, но девушка из Козьего болота (у нас героиню в соответствии с русскими клише сделали цыганкой) по-прежнему не сходила со сцены. Венская оперетта обошла всю нашу страну — от столиц до глубокой провинции, выдержала несчётное количество постановок. Время от времени в театральной критике начиналась борьба «с засильем Кальмана», а в «Крокодиле» появлялись карикатуры на «красоток кабаре», в панике покидающих сценические подмостки, но с популярностью «Сильвы» ничего нельзя было поделать.

Великая Отечественная война не только не помешала её успеху — напротив, она подарила ей, без преувеличения сказать, миллионы зрителей. В 1944 году на Свердловской студии известным комедиографом А. Ивановским был поставлен художественный фильм по этой оперетте, бережно сохранивший либретто и музыку. Сам Кальман, проживший всю войну в эмиграции в Америке, был потрясён, узнав об этом, когда после освобождения Будапешта картину начали показывать на городских площадях. «Поразительно, — говорил он, — из репродукторов, ещё недавно извергавших фашистскую пропаганду, теперь звучит моя музыка». Знаменательно это противопоставление: музыка против человеконенавистнической идеологии, несущей разрушение и смерть. Музыка, несущая свет любви вопреки войне и насилию. Не в этом ли секрет её потрясающего успеха?

За сто лет лучшая из оперетт претерпела множество редакций. В ней появлялись новые персонажи и коллизии, её даже пытались трактовать как исторический документ, свидетельствующий о крахе целой империи. Из неё выкраивали мюзикл по современным лекалам. Но публика быстро отметала все надуманные версии и заставляла вновь и вновь возвращаться к истории любви. Кальмановский стиль и по сей день торжествует, отстаивает себя в борьбе за высокое искусство, в котором глубина и задушевность чувств соединяются с экспрессивностью страстей, в противовес холодной и пустой музыке нашего времени.

«Королева чардаша», она же «Княгиня-чардаш», она же «Сильва», и сейчас собирает полные залы по всему миру, поднимая жизненный тонус, давая настрой на радость. А уж в родном Будапеште она никогда не выходит из репертуара. Доподлинно это её сцена: здесь, на улице Надьмёзе, в здании нынешнего Театра оперетты, и располагался до Первой мировой войны тот самый «Орфеум». Здание, построенное в конце ХIХ века, не изменило своего облика: реконструированы только зрительный зал и сцена, но великолепная люстра осталась с тех времён. Акустика хорошая, музыка звучит как обещание счастья. А напротив парадного входа, в пешеходной зоне, благодушествует на скамейке Имре Кальман. Он редко остаётся в одиночестве. Туристы со всего света спешат сфотографироваться с ним. Влюблённые парочки присаживаются рядом; существует поверье: посидишь тут минуту — любовь будет вечной.

Просмотров: 1440

Другие статьи номера

Помню, отец повёл меня в магазин…

Как и всем, мне по нескольку раз в неделю приходится бывать в магазинах. Поневоле обращаешь внимание на озабоченные лица покупателей в связи с постоянным ростом цен. Цены растут не только на несколько рублей, но порой и в разы. Кроме того, часто слышны нарекания на качество продуктов. Растут и тарифы на услуги ЖКХ. К тому же недавно получил счёт — налог на землю: он вырос в 3,5 раза.

Афганский пожар и его поджигатели

Ситуация в Афганистане приближается к критической. Гражданская война разгорается всё сильнее, огненным кольцом охватывая Кабул. Силы НАТО, самовольно продлившие свой мандат, бороться с огнём не собираются, наоборот, используют его для сохранения своего влияния в регионе.

Сказки для детворы

ГРОДНЕНСКИЙ областной театр кукол предоставит возможность первыми увидеть новогоднюю премьеру спектакля «Сказка о бедной сиротке Марушке и двенадцати месяцах» воспитанникам детских домов, сообщила корреспонденту БЕЛТА литературный редактор театра Анна Фортальнова. До начала премьеры для них проведут благотворительную ёлку.

Праздничный Молодечно

В БРЕСТСКОМ областном Дворце культуры профсоюзов состоялось финальное мероприятие республиканской акции «Культурная столица Белоруссии-2015».

С успешным завершением акции брестчан поздравил заместитель министра культуры Василий Черник. Он поблагодарил всех, кто имел непосредственное отношение к реализации этого проекта, и подчеркнул: «Полагаю, что город, который примет у Бреста эстафету, также высоко пронесёт это высокое звание».

«Отказ от социализма равнозначен отказу от независимости»

Беседа Чрезвычайного и Полномочного Посла Республики Куба Эмилио ЛОСАДЫ и правдистов — главного редактора газеты Бориса КОМОЦКОГО и политического обозревателя Виктора ТРУШКОВА

Борис Комоцкий: Товарищ посол, как известно, приближается VII съезд Коммунистической партии Кубы. Мы знаем, что предсъездовская кампания состоит из нескольких стадий. Чем знаменуется её нынешний этап?

Таким мир запомнил 2015 год
Европа, некогда так приветствовавшая «арабскую весну», вылившуюся в итоге в перевороты и гражданские войны в целом ряде ближневосточных и североафриканских государств, теперь пожинает её горькие плоды: в Старый Свет хлынул небывалый поток беженцев из Ливии, Йемена, Сирии, Туниса, Ирака и других охваченных затянувшимися вооружёнными конфликтами арабских стран. Только официально с января по сентябрь 2015-го в Евросоюзе было зарегистрировано свыше 700 тысяч ищущих убежища. Вопрос о распределении мигрантов, стремящихся попасть главным образом в процветающую Германию, стал яблоком раздора среди членов ЕС, многие из которых попросту возводят заборы на своих границах.
Борьба за мир должна быть активной

Редакция журнала «Солидарность», печатного органа Рабочей партии Бельгии (РПБ), в последнем номере за 2015 год уделяет повышенное внимание положению на Ближнем Востоке, политике Европейского союза, урегулированию сирийского кризиса, проблеме беженцев, вопросам безопасности и борьбы с международным терроризмом.

Пульс планеты

БРЮССЕЛЬ — ВАРШАВА. Евросоюз резко критикует действия новых польских властей и сравнивает их с диктаторскими режимами. Правящая в Польше партия «Закон и справедливость» провела через парламент поправки к закону о Конституционном суде (КС). По мнению оппозиции, разделяемому и европейскими политиками, речь идёт о серьёзном ограничении полномочий суда, лишающем его независимости. Как утверждают критики документа, увеличение числа судей с 9 до 15 приведёт к тому, что они не сумеют прийти к консенсусу, и в результате КС не сможет отменить ни одного закона, принятого правительством.

Шахтёрский кулак грозит власти

Когда на днях президент Порошенко выступал в кнессете и очень благодарил руководство Израиля за оказанную ему честь, на площади перед зданием Верховной Рады собрались тысячи людей, чтобы сказать всё, что они думают о своих «благодетелях».

«Это был самый разгар революции»

К 110-летию I конференции большевиков в Таммерфорсе

Первая большевистская конференция состоялась в разгар революции 1905—1907 годов, отразившей глубочайшие противоречия российского общества и одновременно фундаментальные различия в социальных и политических требованиях движущих сил революционного процесса. По своему социальному содержанию это была буржуазная революция.

В то же время она являлась крестьянской революцией, поскольку земельный вопрос играл в ней важнейшую роль. Одновременно эта революция была пролетарской, поскольку пролетариат сыграл в ней наиболее активную роль.

Все статьи номера