За линией фронта

№137 (30634) 8—11 декабря 2017 года
4 полоса
Автор: Алексей ШАХОВ.

К 75-летию разгрома немецко-фашистских войск на Волге

В октябре сражение за Сталинград развёртывалось с новой, до того невиданной силой. Немецкое командование приступило к подготовке прорыва в северной, промышленной части Сталинграда. В штабе С.Д. Горохова понимали, что после ликвидации Орловского выступа противник берётся за группу войск самым серьёзным образом. Ах как важно теперь не спускать глаз с врага, у которого было выгодное преимущество скрытно, за прибрежными высотами, перемещать свои части, накапливать их для внезапных массированных ударов по участкам нашей обороны!

После прорыва немцев в район Тракторного группа войск под командованием полковника Горохова оказалась отрезанной от основных сил 62-й армии. Теперь о противнике, его группировке и намерениях он мог узнавать только сам. В конце октября со всей остротой встал вопрос о реорганизации разведки.

Разведку 124-й бригады и всей группы войск полковника С.Д. Горохова в это тяжёлое время доверили капитану Дмитрию Фёдоровичу Старощуку. Он получил хороший боевой опыт в 1-м стрелковом батальоне бригады и как начальник штаба, и как организатор эффективной войсковой разведки. Разведвзвод упомянутого стрелкового батальона захватил к этому времени больше пленных, чем бригадные разведчики.

Старощук блестяще справился в стрелковом батальоне, стал правой рукой комбата Цыбулина, удостоенного за руководство батальоном в тех боях одним из первых в стране ордена Александра Невского, а затем зарекомендовал себя в период самых тяжёлых боёв и в роли начальника разведки 124-й бригады и группы войск полковника С.Ф. Горохова на стыке Сталинградского и Донского фронтов. При окончательной ликвидации окружённых частей Паулюса Д.Ф. Старощуку было поручено вести в атаки на врага последние оставшиеся в 124-й бригаде подразделения ветеранов сталинградской обороны.

В 1-м батальоне Степана Цыбулина

1-м отдельным стрелковым батальоном командовал капитан Степан Петрович Цыбулин. Сорок суток батальон вёл манёвренные оборонительные бои на нескольких рубежах обороны. С 8 сентября до 16 октября подразделения батальона искусно оборонялись вдоль западного берега Мокрой Мечётки: от Городища к Селезнёву бугру и далее к кирпичному заводу при устье Мокрой Мечётки. 800 бойцов и командиров этой гороховской части при ограниченных средствах артиллерийской поддержки и борьбы с танками проявили выдающиеся образцы боевого упорства, сплочённости и неутомимости. Это яркий пример, опровергающий много раз повторенные «выводы» злопыхателей: мол, в Сталинграде русские воевали не умением, а только благодаря бесконечным пополнениям из-за Волги.

Своим небольшим составом подразделения 1-го стрелкового батальона наносили гитлеровцам чувствительные удары. Большую роль в успешности этой обороны играла эффективная работа батальонной разведки. Разведчики 1-го ОСБ повседневно держали в поле зрения противника, доставляли «языков», участвовали в обороне — отражали атаки. Ходили в тыл врага, вели разведку наблюдением, а местами — и боем.

Оказалось, мало разведчику хорошо высмотреть окоп противника и подходы к нему, мало знать время смены, ужина, сна врага. Нужна разведчику победа над самим собой. Поначалу всё кажется ему искажённо-преувеличенным. Не нужна и вредна лихость очертя голову, не дай боже выпить лишку. Надо научиться понимать звуки боя по очереди пулемёта, разрывам мин — по тебе или дежурное. А другой горе-разведчик умышленно вызовет вражеский огонь на себя, вернётся ни с чем: мол, обстреляли, потому не смог выполнить задачу. Соврёт со страху один, и все разведывательные сведения — прахом, недаром берут их из многих источников, сличают, перепроверяют.

«Первые дни было как-то жутко, каждый шорох настораживал, а в дальнейшем привыкли, — писал Дмитрий Логинович Солоха, разведчик 1-го стрелкового батальона в своих воспоминаниях. — Даже в их тылу впоследствии мы чувствовали себя нормально. И хотя мы далеко не ходили, но передний край пересекали». За время манёвренного отхода батальона до Тракторного завода его взвод разведки привёл девять «языков», в захвате шести участвовал лично Д.Л. Солоха. «Языков» брали с секрета и с обороны. Мы брали в основном артиллеристов, они как-то беспечней вели себя».

Лейтенант Шепета, командир взвода разведки, и его разведчики не только захватили свежих «языков». Они помогли командованию батальона и бригады «прочесть» походный порядок 100-й легкопехотной дивизии врага, головной полк которой был под Городищем, а хвост только сдавал участок на Дону итальянцам. К Старощуку в 1-й батальон на выучку посылали разведчиков из бригадной роты разведки.

Итак, 1-й стрелковый батальон был основным «поставщиком» «языков» в предыдущих боях. Но с помощью тех же разведчиков из этого батальона выяснилось: знания пленными обстановки — часто блеф. Многие пленные — дурные какие-то… Сколько ни таскай таких «языков» из подразделений с передовой — толку чуть. Знают такие «языки» только то, что находится у них под носом.

Жизнь подсказала командованию 124-й бригады необходимость создания групп зафронтовых разведчиков. Целое созвездие таких разведчиков-гороховцев прославит себя потом в 39-й армии и на других фронтах. На свой страх и риск командование 124-й бригады прибегло к проведению ближней агентурной разведки. По предыдущим боям разведчики взвода лейтенанта Шепеты хорошо знали район недавних боевых действий 1-го батальона, о нашем населении там, его занятиях. Знали беспечность противника, особенно чуть подальше от передовой. Шепета с группой разведчиков неоднократно проникал в тыл, находясь там по 3—4 дня, ведя скрытно наблюдение, не обнаруживая себя. Полученная информация предохраняла от внезапного сосредоточения наступательных группировок противника.

А тут ещё на КП к Горохову в недостроенный Дом техники приехал член Военного совета, начальник политуправления 62-й армии дивизионный комиссар Кузьма Акимович Гуров познакомиться с обстановкой. Но получилось так, что больше всего внимания К.А. Гуров уделил беспокоившей нас разведке противника, вспоминал В.А. Греков. Когда казалось, что разговор уже исчерпан, Гуров повёл его как бы совершенно заново. Он сформулировал простую, но важную мысль: ночные разведпоиски должны идти своим чередом. Но почему бы не заняться тыловой разведкой противника? Он предложил связаться с заводскими партийной и комсомольской организациями, найти вместе с ними верных людей, знающих здешние места, занятые противником. Этих добровольцев нужно было специально подготовить для выполнения заданий в тылу врага. «Тем самым К.А. Гуров и сам воодушевился, и нас растормошил», — писал В.А. Греков.

Зафронтовая разведка

Итак, было ясно: чтобы узнать силы противника в глубоком тылу, нужно вести планомерную зафронтовую разведку. Но как? «Собрали группу добровольцев-разведчиков, — пишет в воспоминаниях Терентий Николаевич Данилов, политрук роты разведчиков. — Группа тыловых разведчиков состояла из восьми человек: младший лейтенант Данилов, сержанты Цыплаков, Трефилов, Быченко, младшие сержанты Яглинский и Усачёв, старшина Симоняк, красноармеец Лагутин».

Чтобы перейти оборону противника, путём разведывания и наблюдения несколько дней искали его слабое место. Был выбран район Мокрой Мечётки, который слабее контролировался врагом. Здесь можно ночью незаметно перейти линию обороны, используя гражданскую одежду, потому что в этом районе проживало много населения. Было замечено: противник всё чаще принуждает жителей к ведению оборонительных работ в ближайшем тылу и даже непосредственно вблизи переднего края. «После перехода линии обороны, — писал в своих воспоминаниях Данилов, — замечаешь, чем занимается гражданское население, проживающее в тылу противника, и под видом гражданского начинаешь свободно и смело действовать по тылам врага».

Данилов в докладной записке командованию, в частности, писал: «Ходил в тыл к противнику пять раз, был в районе Тракторного завода, Орловки, Городища, Верхнего посёлка. Ходил в гражданской одежде, без документов. Проходил по Мокрой Мечётке и возвращался по этому же месту. …Дошёл до Верхнего посёлка, присоединился к гражданским, проживающим в посёлке. Познакомился с одним гражданином — инвалидом, участником Гражданской войны, был танкистом, орденоносцем (имел орден Красного Знамени). По его словам, понял, что человек он преданный. Временно остановился на его квартире. Узнал, что немцы облазили всё вокруг, отобрали ценные вещи… Ещё узнал, что гражданские ходят повсюду, собирают конину для еды. Я тогда взял пустой мешок и топор и стал ходить повсюду, чтобы узнать, где расположена артиллерия, где находятся танки, тылы. Всё это мне стало известно. Но дёшево это не обошлось: работал на немцев, копал окопы, рубил дрова для кухни, возил железо для блиндажей».

…Разведроте 124-й бригады была поставлена новая задача: провести глубокую разведку в тылу врага, собрать сведения о наличии войск в районах посёлков Орловка, Городище, вдоль береговой балки Мокрая Мечётка. Холодный дождь моросил целый день. Шёл он и ночью, когда два наших разведчика, одетые в гражданское, покинули передний край бригады. На спинах холщёвые мешки с продуктами. На этот раз с Терентием Даниловым на трое суток в немецкий тыл шёл Михаил Яглинский. Родом из Акмолинской области, он считался уже опытным разведчиком.

Во вражеском тылу было неспокойно. Вспышки ракет, команды на чужом языке, выкрики заставляли разведчиков сливаться с мокрой травой. У моста они едва не наткнулись на немцев. По мосту на Верхний посёлок двигалась колонна из 24 грузовиков с фашистской пехотой. В посёлке было много немцев, по улицам ходили усиленные патрули. Уже рассвело, когда огородами, ползком и перебежками разведчики добрались к знакомому домику, где жила бабушка Саввы Лагутина. Было темно, но Данилов не разрешил зажигать свет. Лагутина узнала парня, приходившего с Саввой. Он передал ей привет от внука, а от его матери — продукты. Разведчики наскоро выжали мокрую одежду. По улицам посёлка проехали вновь грузовики с гитлеровцами, а потом прошло несколько танков. Обогревшись, стали прощаться с хозяйкой. Узнав, что они направляются в Орловку, женщина сообщила, что там живут её знакомые, объяснила где и как разыскать их дом. Сказала, что на Захара Наумовича, так звали хозяина, можно положиться.

В Орловке вместо дома, указанного Лагутиной, нашли землянку. Сутуловатый старичок колол дрова. «Как бы нам увидеть Захара Наумовича?» — спросил Данилов. Это оказался он сам. Представились, что они от Лагутиной. Старик позвал гостей в землянку, познакомил с хозяйкой. Она принесла одежду, чтобы переодеться. Когда Данилов объяснил, кто они и какова цель их прихода в посёлок, старика словно подменили. «Ах вот оно что! — воскликнул радостно Захар Наумович. — А нам-то тут немец все уши прожужжал: Сталинград в их руках, Красная Армия разбита. А мы и верили, и не верили. Живём как на острове, ничего не знаем».

После беседы хозяин сказал, что за посёлком в овраге располагаются какие-то немецкие части. Вскоре он вооружил разведчиков топорами, верёвками, и втроём они отправились за кустарники «на заготовку» дров. Идею эту подал Захар Наумович. Наблюдения подтвердили слова старика. Сомнений не оставалось. В длинном овраге располагалась крупная немецкая часть. Затемно возвращались в посёлок с дровами.

Утром хозяин проводил разведчиков огородами и наказал почаще наведываться к ним. Погода благоприятствовала хорошему настроению. Вчера моросил холодный дождь, а сегодня небо сияло ярким солнцем. Надо было как можно быстрее добраться до посёлка Городище. От Орловки прошли пять километров. Впереди показались две женщины. Они сидели на обочине дороги с узелками в руках. Подозрительно оглядывали идущих парней. Разведчики решили тоже отдохнуть. Достали из мешка варёную картошку и сало, стали есть. Постепенно разговорились с женщинами. Оказалось, те возвращались в Городище домой. Были дотошными, всё выспрашивали, кто они такие, зачем идут в Городище, где живут. В посёлок вместе с женщинами разведчики пришли во второй половине дня. Попутчицы привели их в свой «дом» — утеплённый сарай. Вскипятили чай.

Разведчики пошли по посёлку. Чтобы не вызвать подозрений, они разделились. От Городища осталось одно название. Куда ни посмотришь — одни развалины. Прошли мимо каменного здания церкви, где размещался немецкий госпиталь, а вокруг вся земля покрыта могилами с крестами. По улицам разъезжали немецкие автомашины, автобусы, бронетранспортёры. В здании школы, вероятно, располагался штаб. Возле него стояли легковые автомашины, мотоциклы. Сюда же с разных сторон тянулись телефонные провода. На склонах оврага находились десятки тщательно замаскированных танков. Разведчики, петляя по кустарникам балки, дошли до Разгуляевки. С железнодорожной насыпи хорошо просматривалась дорога, идущая из Гумрака на Сталинград. Недалеко от здания вокзала под конвоем ремонтировали пути более пятидесяти военнопленных.

Разведчики вернулись в Городище, переночевали у знакомых женщин, а перед утренней зарёй отправились в обратный путь. День выдался солнечным. Идти по старой дороге через Орловку было нельзя: задержат и разговаривать не станут — пристрелят. Решили пробираться кустарником по балке, напрямую, чтобы выйти на просёлочную дорогу между Разгуляевкой и посёлком Тракторного. Преодолели около десяти километров, отдохнули в небольшом овражке и вышли на знакомую дорогу. Время было за полдень. Из-за поворота внезапно показался мотоцикл с коляской. Встреча нежелательная, но прятаться в кустарнике было поздно. Управлял мотоциклом полицейский, а гитлеровец с автоматом сидел в люльке.

Они приказали остановиться и стали обыскивать вещи разведчиков. Полицай, опередив изрядно пьяного немца, зло принялся первым обыскивать Данилова. По поведению противника разведчику стало ясно, что задержание ничем хорошим не кончится. Улучив момент, кивнул головой Яглинскому, указывая на автомат. Тот всё понял. Кинулся к люльке, схватил автомат, и через мгновение гитлеровец, не успевший ничего сообразить, упал на землю, скошенный очередью. Полицай с выпученными от страха глазами бросился к ногам Данилова и стал умолять о пощаде, мол, он русский… Коротко взмахнул рукой Данилов. Яглинский только и ждал команды. Очередь автомата прошила предателя. Разведчики, понимая ценность собранных сведений, пошли на огромный риск, расстреляв гитлеровца и полицая. Мотоцикл и трупы оттащили в кустарник, забросали ветками. Убедившись, что немцев поблизости нет, спустились в балку Мокрая Мечётка. Просидели там до вечера и с наступлением темноты стали пробираться к своим.

Молодёжная группа разведчиков

Был в разведроте 124-й бригады и уроженец Сталинграда молодой разведчик Севастьян Лагутин. Ему едва исполнилось 16 лет. Все звали его Саввой или чаще — Севкой. Отец Севастьяна, Ипполит Андреевич, работал на Тракторном, когда фронт приблизился к заводу, сражался в ополчении, был рядовым разведроты в 124-й бригаде. Погиб 15 октября 1942-го. Мать, Степанида Карповна, и Савва переехали в Спартановку, где жили с 1931 года, к родственникам. Дома, на Верхнем посёлке, осталась одна бабушка, оказавшаяся впоследствии в оккупации. Однажды Савва решил ночью перейти линию фронта, чтобы проведать бабушку, но был задержан разведчиками и доставлен в роту. Выяснилось, что парнишка знает в районе, где хозяйничали немцы, каждый овраг и балку, каждый двор и закоулок, как свои пять пальцев. Командиру и политруку роты понравился живой, русоволосый паренёк, так и рвавшийся в разведку. Севка вместе с командирами упросил мать, и сын стал разведчиком вместо отца.

Севастьян Лагутин был зачислен в штат роты разведки бригады и прошёл с ней боевой путь до победы в Сталинграде. Севка ходил в тыл врага 7—8 раз. Он числился в разведвзводе, но бывал в нём мало, так как работал по заданиям начальника разведки бригады капитана Старощука. К нему же возвращался с собранными сведениями, а тот вёл его к Горохову или Черноусу. День-два Севка отдыхал во взводе, потом снова получал задание и уходил на 2—4 дня для его выполнения. Работа заключалась только в хождении в тыл врага для сбора сведений о передвижении войск и об огневых средствах.

Лихими разведчиками были и двенадцатилетние спартановские подростки — школьники Геннадий Шипаев и Борис Щуков. Много раз они переходили линию фронта и приносили ценные сведения о противнике. Щуков подорвался на мине и погиб. Шипаев был в бригаде до конца 1943 года.

По воспоминаниям Г.С. Голика, в группу войск для организации работы в тылу врага прибыл начальник агентурной разведки 62-й армии полковник Герман. Он сообщил командованию, что Военный совет армии приказывает возложить это задание на одного из комиссаров группы войск. Старший политрук Голик выполнял тогда обязанности комиссара тыла 124-й бригады. На него Горохов и возложил выполнение этой задачи. Комиссар Греков предупредил его, что времени на размышление нет, приступить срочно — ни минуты промедлений. Голик прошёл инструктаж по новому для него делу и стал готовить разведчиков для работы в тылу у немцев. «Гену и Бориса я несколько раз переправлял через линию фронта в тыл к немцам, и они приносили нам очень ценные сведения. Они были настоящие герои», — писал Г.С. Голик. Боря и Гена большинство заданий выполняли вместе и были настоящими боевыми друзьями.

Геннадий Шипаев в письме к генералу Грекову вспоминал: «Меня и Бориса Щукова Григорий Степанович (Голик) подобрал на переправе Красная Слобода — Сталинград. Он переправлял свою часть. Когда переправлялись, мы от Григория Степановича не отставали и так прижились у него. …Когда у него выдавалась свободная минутка, он нас знакомил с винтовкой, автоматом, потом рассказывал о фашистах, показывал немецкую форму, знаки различия, чтобы мы могли определить, какая часть, род войск.

…Перед первой ходкой в тыл он очень много с нами занимался. Мы с Борисом переходили линию фронта левее высоты 64.7. Дошли до дороги Дубовка — Тракторный, а там нас схватили немцы. Но немцам мы говорили так, как нас учил товарищ Голик. Нас отправили в штаб (что нам и было надо). Это было где-то в районе Орловки. Там нас допросили и направили работать на кухню при лагере военнопленных, а также делать уборку в штабе. Первое время нам не доверяли, ходили только под конвоем убирать штаб. Но потом на нас перестали обращать внимание, и мы перемещались свободно и по лагерю, и в штаб. С недоверием к нам относился только староста. Он был русский, злой, как зверь. Его признал Борис. Он проживал у школы в Спартановке. Староста первое время доказывал начальнику лагеря, что мы разведчики. Потом мы вошли к нему в доверие. Он даже просил меня провести его жену через линию фронта. В тот раз мы вывели из лагеря старшего лейтенанта и ещё одного нашего военнослужащего.

Много раз мы ходили вместе в разведку. Боря погиб, подорвался на мине при переходе линии фронта. И я ходил один, а позже с Ваней. Ваня тоже погиб. Это было при переходе. Немцы нас обнаружили и забросали гранатами. Тогда и я был ранен. Тяжело ранило и сопровождавшего нас переводчика из штаба бригады. Потом я подлечился и ходил с разведчиками за «языком». Затем был в разведке и после Сталинграда — под Ярцево, на реке Царевич».

Целое созвездие зафронтовых разведчиков выросло под руководством Д.Ф. Старощука в бригаде Горохова. Но далось это большими трудами и немалой кровью. Во время одного из рейдов в глубокий тыл противника разведчик Михаил Яглинский был схвачен абверовцами. Истязания патриот выдержал. Воспользовавшись благоприятным стечением обстоятельств, Яглинский ускользнул от своих мучителей. Ночами он пробивался к передовой. Достигнув её, условным сигналом Яглинский обозначил себя. Его узнали и помогли добраться до передовых окопов. В конце войны М.В. Яглинскому было присвоено звание Героя Советского Союза.

Не раз совместно переходили через передний край, занятый врагом, разведчики Трефилов и Симоняк, достигали города Калачин, информируя командование о положении дел от Сталинграда до Калача. Они углублялись на захваченную территорию на расстояние до 100 км. Как-то раз с высоты 71.0 они ночью столкнули в наше расположение деревянное корыто со связанным, с кляпом во рту фельдфебелем 267-го пехотного полка 94-й пехотной дивизии. Он оказался прекрасным «языком». Обоим разведчикам довелось дожить до победы.

«Тяжело вспоминать о боевых товарищах, которые ещё вчера жили, шутили, мечтали о разгроме немцев на Волге, а сегодня ушли в разведку и не вернулись, — писал Т.Н. Данилов. — Что творилось в душе Саши Трефилова из Казахстана, когда его задержали гитлеровцы? Произошло это на моих глазах. …Уже вторые сутки разведчик сержант Трефилов, облачённый в гражданскую одежду, как и я, находился в тылу врага. На дорогах станции Разгуляевка — Сталинград гитлеровцы сосредоточили большое число солдат и техники. Новые части продолжали прибывать. С трудом нам удавалось находить места для укрытия. Днём наблюдали, а ночью уходили в другой район. Были собраны ценные сведения. Стали пробираться к линии фронта. Вышли на дорогу Городище — Орловка. Двигались по заснеженным оврагам, в сотне метров друг от друга. Соблюдали осторожность, чтобы не быть вместе задержанными. Всё было бы ничего, да Трефилов не заметил, как обнаружили его гитлеровцы, проезжавшие по дороге на машине. Прятаться было поздно. Гитлеровцы задержали разведчика и увезли в сторону посёлка Городище. Трефилов был опознан как партизан. Его выдал один из немецких прислужников. Трефилова долго допрашивали, избивали, но он ничего не сообщил о себе. Разведчика Сашу Трефилова расстреляли в числе других арестованных».

Не дожил до нашей победы на Волге и разведчик лейтенант Иван Шепета. В праздничном номере газеты 62-й армии «На защиту Родины» за 7 ноября 1942 года была опубликована статья «Разведчик Шепета», посвящённая его боевым подвигам. Сам герой скончался от тяжёлых ран, полученных при выполнении очередного разведзадания, за 4 дня до выхода этого номера газеты.

Дуся Дмитриева добровольно пришла в разведку бригады из сандружинниц МПВО. Под видом местной жительницы она работала в столовой для немецких офицеров в Латошинке. При переходе линии фронта разведчица подорвалась на мине. Посмертно она была награждена орденом Ленина. Именем Дуси Дмитриевой названа одна из улиц Волгограда.

С помощью бригадных разведчиков в декабре в окружённую группировку были переправлены специально обученные сталинградские партизанки Надежда Клёва и Людмила Иванова. Им было по восемнадцать лет. Выдавая себя за местных жительниц, они собирали разведывательную информацию. На обратном пути немцы смертельно ранили Людмилу. Разведчица Клёва ещё дважды переходила линию фронта. В декабре установились морозные дни. В последний раз, возвращаясь с задания, Надежда всю ночь ползла по снегу и обморозила ноги. Ей ампутировали отмороженные пальцы обеих ног.

Разведчики-гороховцы внесли большой вклад в общую победу над врагом в Сталинграде. Огромными трудами, мужеством высшей пробы и великими жертвами был отмечен их боевой путь.

Просмотров: 251

Другие статьи номера

КООПерация по Ильичу
На прилавке у Гули Ахметовой только натуральные продукты. Телячья грудинка, лопатка, голяшка на холодец. Много чего. Ценники — 260, 280, 300 рублей за килограмм. Торговля на новом кооперативном рынке в Ульяновске идёт у Гули бойко. И не только у неё — у большинства кооператоров, которые привозят свою продукцию из нескольких районов Ульяновской области. Довольны остаются и продавцы, и покупатели, ведь цены здесь, по крайней мере на мясо, в среднем процентов на тридцать ниже, чем в сетевых магазинах. Почему так получается? В этом разбирался специальный корреспондент телеканала «Красная Линия» Аркадий Медведев.
«Потеряно всё, кроме чести»?
Во вторник и в среду два российских клуба — ЦСКА и «Спартак» — завершили свои выступления в групповом турнире Лиги чемпионов и дружно перебрались в весеннюю стадию плей-офф другого турнира — Лиги Европы. Армейцы уступили в Манчестере местному «Юнайтед» со счётом 1:2, а спартаковцы — в соседнем Ливерпуле проиграли одноимённому клубу. Точнее, были унизительно разгромлены со счётом 7:0, установив тем самым новый антирекорд для российских клубов за всю историю их участия в Лиге чемпионов.
10 дней календаря

11 декабря

— 95 лет назад родился Н.Н. Озеров (1922—1997) — выдающийся спортивный комментатор радио и телевидения, заслуженный мастер спорта СССР (теннис), народный артист РСФСР, лауреат Государственной премии СССР, кавалер Олимпийского ордена МОК.

Революционер из княжеского рода
В погожий день седобородый старец в длинной блузе и валенках вышел прогуляться по тихой дмитровской улице, но через некоторое время, подустав от ходьбы, присел на скамейку возле одноэтажного деревянного домика и задумался о пережитом.
Либерально-фашистское братство
В Бразилии ширится народное движение против либеральных реформ. Напуганное возможной потерей власти правительство Мишела Темера хочет переписать Конституцию и выдвигает вперёд профашистские группировки. Коммунистическая партия призывает к созданию широкого фронта демократических сил на платформе сопротивления реакции.
Приступы ярости, фастфуд и постоянный стресс
«Босс постоянно на всех рычит. Он матерится и угрожает, «чёрт» — одно из его любимых слов. Он питается почти одним фастфудом, он просит молодую пиар-ассистентку погладить ему брюки, не снимая их, и летает вместе со своим штабом под оглушительную музыку Элтона Джона. Зовут этого человека Дональд Трамп».
«Теневая» экономика не сдаётся
По оценке Международного валютного фонда «теневая» экономика в Литве составляет 2 млрд евро, что равно 20—26% валового внутреннего продукта. Об этом не раз заявлял глава министерства финансов республики Вилюс Шапока.
Пульс планеты
ВАШИНГТОН. Президент США Дональд Трамп объявил о признании его страной Иерусалима в качестве столицы Израиля. Таким образом, американский лидер порвал с многолетней традицией, согласно которой США, как и все другие члены ООН, отказывались делать официальные заявления по этому вопросу. Статус Иерусалима, города трёх мировых монотеистических религий, уже много лет остаётся камнем преткновения на пути мирного палестино-израильского урегулирования. Для еврейского государства признание со стороны США — крупная политическая победа, для палестинцев и всего арабского мира — решение провокационного характера.
Будет праздник для детей и взрослых
В БЕЛОРУССИИ всё общество подключается к благотворительной новогодней акции «Наши дети». Об этом журналистам рассказала ответственный работник главного управления воспитательной работы и молодёжной политики министерства образования Елена Головнёва, сообщает корреспондент БЕЛТА.
Рады молодым специалистам
БОЛЕЕ 90 новых рабочих мест будет создано на ОАО «Оршанский инструментальный завод» после модернизации производства, сообщил корреспонденту БЕЛТА директор завода Владислав Бардюков. Завод был основан в 1974 году. Главное направление деятельности — выпуск металлорежущего, вспомогательного и измерительного инструмента для комплектации станков с числовым программным управлением, обрабатывающих центров и автоматических линий.
Все статьи номера