Гражданское противостояние преступной власти

Гражданское противостояние преступной власти

№109 (30752) 5—8 октября 2018 года
1 полоса
Автор: Лариса ЯГУНКОВА.

Со времени трагических событий октября 1993 года в Москве прошла четверть века

«ТРАГИЧЕСКИЕ СОБЫТИЯ» — таково общепринятое определение кровавой расправы, учинённой власть имущими над безоружным народом только за то, что он не хотел поспешно вводимых капиталистических реформ, запущенных в ход после контрреволюционного государственного переворота в августе 1991 года. Народное возмущение произволом ставленников международного капитала, захвативших власть, вылилось в мощный гражданский протест. Тысячи людей встали на защиту Верховного Совета РФ, объявленного Ельциным вне закона. Именно этот орган государственной власти, избранной народом ещё в советское время, представлялся людям последним гарантом их конституционных прав.

Но и тех, кто был далеко не искушён в текущей политике, подняла волна народного возмущения: власть, как говорится, достала. Постоянный рост цен, разгул преступности, повсеместный развал производства, порождавший безработицу, не давали никаких гарантий на будущее. Люди встали на защиту своих жизненных интересов, которые уважала и поддерживала Советская власть. Страна к середине 1970-х годов только оправилась от ран, нанесённых войной, и начинала достойно жить. А тут — роковой август 1991 года, распад всех государственных институтов, ниспровержение всех моральных и нравственных ценностей и вытекающая отсюда угроза голода. Как было не возмутиться всем честным людям, видя обнищание масс?

К стенам опалённого Верховного Совета на Краснопресненской набережной стекались гонцы со всех концов страны — от Риги до Владивостока. Ни у кого из собравшихся здесь, в центре Москвы, не имелось оружия — это было мирное гражданское противостояние антинародной власти, засевшей в Кремле.

Но с первых же дней этого противостояния власть повела себя чрезвычайно агрессивно. Этого надо было ожидать, потому что все предшествовавшие два года ельцинская клика безжалостно расправлялась с митинговавшими и демонстрантами. Доходило до применения дубинок, брандспойтов и даже слезоточивого газа. На протестовавших изливался грязный поток несусветного вранья: прикормленные в средствах массовой информации слуги капитала из кожи вон лезли, чтобы угодить своим хозяевам. «Останкино» стало для непокорного народа средоточием глобальной лжи.

У стен Останкинского телецентра не раз проходили протестные акции, как правило, кончавшиеся кровопролитием. Удивительно ли, что после десяти с лишним дней защиты Верховного Совета, сопровождавшихся чудовищными избиениями людей, митинговавших на улицах и площадях столицы и требовавших отставки ельцинского правительства, возмущение народа лицемерной и угодливой позицией СМИ достигло предела.

Ни один из печатных органов («Правда» в те дни была уже закрыта) не возмутился тем, что в здании Верховного Совета были отключены электричество и вода, а все прилегающие территории вместе с баррикадами и палатками протестовавших оцеплены колючей проволокой, запрещённой к применению международной конвенцией. И потому, когда 3 октября 100-тысячная демонстрация, прорвавшая на Крымском мосту сопротивление ОМОНа, подошла к Крымской набережной и, осыпаемая пластиковыми, а затем и боевыми пулями из здания мэрии, буквально подмяла под себя проволочное оцепление, ни у кого из восставших не было сомнения в победе. Милиция и ОМОН куда-то отступили, началось братание демонстрантов с защитниками баррикад.

Эта победа абсолютно безоружных людей над до зубов вооружёнными карателями опьянила демонстрантов. Никому и в голову не пришло, что готовилась масштабная провокация. Естественно, нашлась сотня восставших, готовых брать «Останкино». Вот так же — без оружия, без единого выстрела, только силой духа и сознанием своей правоты. Благо тут же оказались брошенные милицией грузовики с ключами зажигания наготове.

Может быть, слово «провокация» на минуту и повисло в воздухе, но его заглушило русское «ура!». Велик был праведный энтузиазм. Колонну возглавил генерал Макашов со своей группой охраны — там было несколько стволов. Но стрелять строго запрещалось — это была установка Верховного Совета: только мирный конституционный путь.

...ЧЕТВЕРТЬ ВЕКА спустя мы идём к Останкинскому телецентру тем же путём, что прошли когда-то мирные демонстранты, обрастая сочувствующими и любопытными.

— День-то был тёплый, воскресный, — вспоминает участник тех страшных событий Алексей Михайлович Петрейков. — Мне было тогда под сорок, я работал на частном производстве, мой завод «Динамо», которому я отдал почти 20 лет, рушился, зарплату не выплачивали месяцами. Не знаю, как другие, но такие, как я — рабочие, инженеры, учителя, — шли спасать свою страну, которая разваливалась на глазах. В группе поддержки генерала Макашова был мой родственник Слава Журавский — в недавнем прошлом офицер, тогда работавший проводником. Мог ли он мириться с разрушением армии, поруганием святынь? Славу я уже давно не видел, сотовых телефонов тогда не было. Он находился в Доме Советов, за колючей проволокой омоновского оцепления, а я на воле — бегал на митинги с работы после смены. И вот сейчас мы были рядом. Я держался левой стороны, продвигаясь в направлении АСК-3. Вся широкая улица была запружена народом от края до края, я был совсем близко от здания, когда раздался страшный взрыв со вспышкой, хорошо видной в первых сумерках. И немедленно из основного здания — а тогда казалось, что со всех сторон, — ударили выстрелы. Потом выяснял у командира охраны Макашова и полковника Маркова обстоятельства гибели Славы. Я узнал, что провокатор взорвал у входа в АСК-3 светошумовую гранату. Это послужило сигналом к повальному расстрелу. Оказывается, нас поджидали вооружённые бойцы группы «Витязь». Огонь скоро стал ураганным, а тут ещё подошли бэтээры и тоже ударили по толпе. Убитых и раненых прямо у меня на глазах были десятки. Не хочу представлять себя героем — я никого не спас; двое раненых, которых я вытащил из-под огня, умерли прямо у меня на руках. А меня, как говорится, пуля миновала. Не знаю, кого я пытался спасти — это было, как на войне: живому не до мёртвых. Вечная им память!

И вот мы стоим у креста, воздвигнутого там, где пали первые жертвы «показательного» расстрела. Идёт православная панихида. В шеренгу выстроились с портретами погибших молодые ребята, рождённые много позже страшных событий. За каждым портретом — честная, безвременно оборвавшаяся жизнь, иногда совсем короткая, но неизменно полная, насыщенная мыслью и делом. Можно с уверенностью сказать: Россия потеряла лучших своих сынов. Мы знаем их не только по именам: нам постепенно открываются их судьбы.

Вот Станислав Хайбулин — он работал фельдшером и мечтал стать фармацевтом, составлять чудодейственные лекарства, чтобы спасать людей. Он недавно женился, они с женой через два месяца ожидали дочку. Проведя счастливый воскресный день со своей любимой, он ушёл в Останкино вечером, узнав, что там гибнут люди. Откуда идёт эта способность к самопожертвованию — конечно, от воспитания, от семьи. Родители Станислава — Марат Генатулович и Галина Леонидовна — заслуженные учителя, отдавшие всю свою жизнь школе. Нельзя не сказать, что отец немедленно отправился вслед за сыном. Семь пуль на двоих получили они от ельцинских бандитов.

А вот рабочий Сергей Зотов, наоборот, пошёл в Останкино вслед за матерью, активисткой «Трудовой России». «Новая жизнь», в которой всё решали деньги, унижала и оскорбляла их. Мастер на все руки, семейный человек, отец двух подраставших дочерей, Сергей Зотов никогда прежде не занимался политикой, но политика занялась им, лишив его постоянного рабочего места и стабильного хорошего заработка. Он пошёл в Останкино, потому что ощущал силу народного возмущения и понимал, что дело миром не кончится. Зверские избиения митинговавших на улицах Москвы — это только подготовка к большой карательной акции. Оказавшись в котле между двух огней — из телецентра и бэтээров, — он повёл себя как должно: вытаскивал людей из-под огня, пока пуля не настигла его самого.

Мать в этом котле чудом уцелела. Много лет потом приходила на эту панихиду, рассказывала людям, что назвала сына Сергеем в честь великого Лемешева, мечтала, чтобы он стал певцом — у них в роду у всех был хороший голос, а вот он пошёл по другой стезе, стал рабочим: мол, на рабочих весь мир держится. У каждого погибшего своя единственная неповторимая жизнь, своя оборвавшаяся песня. Но самое страшное, что мы не знаем поимённо всех, не знаем даже, сколько убитых было на самом деле. Очевидцы свидетельствуют, что трупы укладывали в крытые машины штабелями. Но Останкино было только началом широко задуманной операции.

На утро 4 октября Москву разбудили пушки. Акция усмирения набирала обороты. Не случайно все больничные морги, кладбища и крематории заранее получили предупреждение: готовьте места. То, что народ был абсолютно безоружен, как видно, придавало особый кураж палачам. Убивали, как безумцы, не щадя ни женщин, ни стариков, ни детей. Вся земля вокруг горевшего три дня Дома Советов была пропитана кровью.

И ОПЯТЬ ДУМАЕШЬ, сколько замечательных людей потеряла Россия — честных, ответственных, способных к самопожертвованию ради общего дела! Для тех, кто из года в год бывает на скорбных акциях, они стали близки как родные, их лица впечатались в память, их судьбы вошли в наше сознание.

Михаил Челышев, учёный-физик, глубоко преданный науке и вместе с тем также страстно и серьёзно заинтересованный политикой. По его убеждению, социализм был единственным путём к процветанию России.

Анатолий Сурский, бывший майор, вынужденный оставить службу после разрушительных армейских реформ. Человек широкого кругозора, увлечённый восточной философией и притом русский патриот, страдающий оттого, что его страна в кратчайший срок оказалась в вассальной зависимости от Запада. Уходя на защиту Дома Советов, он сказал жене: «Не хочу, чтобы мы были неграми в своей стране. Иду за тебя, за свою семью, за наших детей».

Юрий Пименов, начальник охраны Дома Советов. Он не подчинился приказу Ельцина покинуть свой пост и остался охранять опальный Верховный Совет. Дома его со дня на день ждали жена и две маленькие дочки. Он мог уйти в любую минуту, но оставался на своём посту даже тогда, когда в его адрес посыпались угрозы. Не дрогнул даже после ночного бандитского нападения, когда его пытались избить.

Все трое были захвачены карателями и подвергнуты страшным пыткам перед смертью. Какое-то мрачное средневековье обуяло Россию! Но само существование этих людей, их осознанный протест против подлости и лжи внушают веру в человека.

А вот отважные мальчишки — Юра Песков, Серёжа Кузьмин, Олег Иванов, эти русские Гавроши. Какими-то неисповедимыми путями они проникли за оцепление; когда началась блокада Дома Советов — приносили еду, лекарства, записки «с воли». Это была игра — и не игра: так расширился за эти дни их кругозор, так обогатился круг общения, так обострились чувства. По всем своим задаткам это были лидеры, спортсмены и верные товарищи. Их жизнь оборвалась в 17—18 лет. «Я потеряла сына, а Родина — бойца», — сказала потом мать Олега Иванова.

ЧЕТВЕРТЬ ВЕКА прошло с тех пор. Всё чаще раздаются голоса, что пора бы забыть о давно минувших страшных событиях: мол, нет уже того президента и того правительства, милиция это уже полиция, да и армия тоже не та. Но так ли это? Страна идёт прежним курсом капитализации, пренебрегая интересами народа. Сбываются все опасения людей, вставших в те октябрьские дни на защиту Советской Конституции: со всеми означенными в ней человеческими и гражданскими правами сегодня практически покончено.

Тем дороже память о тех, кто пытался спасти нас от капиталистического хищничества. Эту память хранят участники и свидетели тех исторических событий, родные и близкие погибших. И не только они. На страже памяти стоят коммунисты. Их заботами четверть века поддерживаются народные мемориалы в Останкине и на Красной Пресне. Каждый год в Москве и многих городах страны проходят траурные митинги в традиционный уже День скорби и памяти о жертвах народного восстания.

Вчера, 4 октября, у памятника восставшим рабочим — героям 1905 года по традиции прошёл митинг. Сотни людей собрались, чтобы почтить память тех, кто пронёс идеи социализма через весь ХХ век и погиб, защищая свой гражданский выбор.

После митинга состоялось шествие к мемориалу на месте массового расстрела восставших. Вновь под удары скорбного колокола мёртвые шли в одном строю с живыми.

Подробнее об этом событии мы расскажем в следующем номере.

Просмотров: 1513

Другие статьи номера

Народная «Энергия»
Старожилы сёл Туринского района Свердловской области помнят времена, когда жизнь в округе кипела и била ключом. Работали совхозы. Строились новые дома. По дорогам проносились грузовики и автобусы, а в полях гудели тракторы и комбайны. Молодые семьи рожали детей и строили планы на будущее.
Путин познал, что такое народный гнев
Слияние молодёжного и социального протеста достигло нового качества на фоне недовольства российского общества анонсированной пенсионной «реформой», пишут западные СМИ. Некоторые аналитики призвали не воспринимать результаты недавних выборов как поражение Кремля, однако признают: жёсткая зачистка избирательного поля от либеральных партий усилила коммунистов как главных оппозиционеров. До революционной ситуации далеко, но Кремлю пора задуматься: россияне не будут мириться со всем без исключения.
У высоких круч
Днепр — река героев! Эту крылатую фразу я много раз слышал и от своих однополчан — участников битвы за великую реку, и от других фронтовиков. Есть и цифры, подтверждающие истину этих слов: две тысячи четыреста тридцать восемь солдат, сержантов, офицеров и генералов, принимавших участие в боях за Днепр, удостоены высокого звания Героя Советского Союза. Об одном из них я расскажу.
«Миротворцы» против мира

Ситуация в Афганистане ухудшается прямо пропорционально количеству призывов к миру. Активность вооружённой оппозиции не спадает, внутри политического класса углубляется раскол. Всё это ставит под угрозу проведение выборов.

«Мёртвые души»

28 сентября произошло событие, в возможность которого не верили многие как в самом Афганистане, так и за его пределами. В этот день официально стартовала избирательная кампания по выборам в нижнюю палату парламента (Волуси Джирга). Само голосование пройдёт 20 октября, одновременно с выборами в местные органы самоуправления.

Запретить платки пока не удалось
ШВЕЙЦАРИЯ — одна из тех редких стран, где всевозможные референдумы проходят едва ли не каждую неделю: власти «страны часов и шоколада» предлагают своим гражданам высказываться по самым разнообразным животрепещущим вопросам. Однако есть такие скользкие темы, по которым правительство предпочитает оставаться в неведении относительно чаяний швейцарцев. Так, на днях Федеральный суд страны признал незаконным плебисцит о запрете на ношение головных уборов в школах кантона Вале.
Вербовщиков ИГИЛ нейтрализовали

Сеть вербовщиков организации «Исламское государство» (ИГ), действовавших в 17 тюрьмах страны, нейтрализовали сотрудники Гражданской гвардии Испании, сообщает издание «Гасета».

В ОБЩЕЙ СЛОЖНОСТИ в 17 пенитенциарных учреждениях обнаружили 25 человек, осуществлявших вербовку других заключённых в члены террористического движения. По сведениям испанского МВД, среди 25 вербовщиков было несколько граждан самой Испании. Между собой члены ИГ общались путём переписки.

Марка БМЗ признана в мире
Белорусский металлургический завод (БМЗ) освоил в нынешнем году производство 10 новых легированных и углеродистых качественных марок стали для автомобилестроения, сообщил корреспонденту БЕЛТА пресс-секретарь предприятия Александр Олесик.
Пульс планеты
ГААГА. Международный суд (МС) обязал США снять ряд санкций с Ирана. Речь идёт о введённом Вашингтоном эмбарго на гуманитарные товары, такие как лекарства, медоборудование и продукты питания, а также об ограничениях в области гражданской авиации. Нарушен Договор о дружбе, экономических отношениях и консульских правах 1955 года, заявляют в Исламской Республике. «Принятые США санкции ставят под угрозу безопасность иранской гражданской авиации, а также жизни пассажиров. В частности, Вашингтон препятствует покупке запчастей и другого необходимого оборудования иранскими авиалиниями», — отметил председатель МС Абдулкави Ахмед Юсуф.
Коммунисту въезд запрещён

Литовские пограничники ночью 3 октября запретили въезд в страну депутату Калининградской областной думы, лидеру региональной организации КПРФ Игорю Ревину.

«ПОГРАНИЧНИКИ сказали, что я внесён в список персон, представляющих угрозу национальной безопасности Литвы, и не имею права посещать территорию республики в течение пяти лет. Как оказалось, вышел соответствующий документ в марте 2018 года. Без какого-либо предупреждения меня внесли в этот список, и я стал персоной нон грата», — сказал И. Ревин.

Нацистские кумиры
В последнее время отдельным категориям граждан становится всё опаснее появляться на улицах, находиться в общественном транспорте или в общественных местах. Надо постоянно думать, во что одеться или как общаться, чтобы не стать жертвой агрессии национал-радикалов.
Все статьи номера