Главная  >  Номера газеты  >  №103 (30309) 18—21 сентября 2015 года  >  Когда же придёт Настоящий день?

Когда же придёт Настоящий день?

№103 (30309) 18—21 сентября 2015 года
1 полоса
Автор: Алексей ПАРФЁНОВ. Рабочий, кандидат в члены ЦК КПРФ. г. Дмитров, Московская область.

Восьмого августа Дмитровское районное отделение КПРФ провело митинг протеста. На нём собравшиеся выражали недовольство ростом цен и тарифов на услуги ЖКХ, резким повышением имущественного и земельного налогов и отменой бесплатного проезда подмосковных пенсионеров по Москве. Каждая из этих проблем касается ежедневной жизни абсолютного большинства моих земляков. Однако из ста пятидесяти тысяч жителей города и района выражать свой протест вышли тридцать пять человек. Увы, подмосковный Дмитров совсем не исключение. А много ли приходит на подобные акции протеста в столице? В лучшем случае одна-две тысячи человек из многомиллионного мегаполиса. Может быть, проблема в оповещении людей? Я точно знаю, что в Дмитровском районе было расклеено почти двести объявлений о митинге и его требованиях и о нём были проинформи-рованы по крайней мере многие сотни людей. В Москве и области об акциях протеста знают десятки тысяч сограждан, а суммарный счёт выходящим на акции протеста приходится вести на скромные тысячи, а иногда и сотни. Проблема с информированием о мероприятиях, проводимых КПРФ, есть, но она — не главная.

ПОЧЕМУ НАРОД не выходит на улицу? Почему приходится с горечью говорить о его пассивности? Почему не идёт на наши митинги, допустим, санитарка, получающая чуть больше 10 тысяч рублей на руки? Ведь жить на такую зарплату невозможно, можно лишь — да и то с трудом —выживать. А в стране десятки миллионов даже не бедных — нищих. Между тем на наши митинги выходят хорошо если десятки тысяч.

Ответ на эти вопросы-занозы не может быть универсальным, одним-единственным. Но из ряда причин выделить хотя бы некоторые, думаю, можно. Первая из них: у сегодняшних соотечественников за четверть века не выработалась привычка к коллективным действиям. Каждый живёт — а точнее, выживает — самостоятельно. А как человек, за копейки продающий свою рабочую силу, может в одиночку решить свои проблемы — жилищные, материальные и прочие? Да никак. И знаем мы об этом не только из ленинских работ (а в начале ХХ века он писал об этом много и часто), но прежде всего из собственной каждодневности.

Значит, выход — в сплочении, в рабочей солидарности. Если низкая заработная плата, то выгодно объединиться работникам предприятия или представителям определённой профессии (например, санитаркам) в независимый профсоюз, начать переговоры с капиталистом-работодателем о повышении зарплаты, наконец, объявить забастовку — и добиться повышения оплаты труда. Поскольку у значительной части населения не хватает денег на полноценное питание, то можно — и нужно! — всем выйти на улицу и потребовать от правительства: «Цены на продовольствие и тарифы на услуги ЖКХ — под контроль народа!» Кстати, именно это требование было одним из лозунгов Всероссийской акции протеста 29 августа.

Но пока что чаще рабочий человек выбирает другой вариант поведения: он максимально ограничивает удовлетворение своих первейших потребностей. Например, можно покупать самые дешёвые и, как правило, самые вредные продукты, и он идёт на это. Социально-экономический строй капитализма обрёк миллионы россиян на крайне скудную жизнь. Однако очень тревожит, что такое поведение начинает входить в привычку. Замечу, что народ наш ест самые вредные продукты не только от бедности. Когда говоришь людям, что следует избегать опасной пищи и напитков, часто следует ответ: «А, всё равно умирать». Моя жена в таких случаях говорит: «И ты хочешь с таким народом сделать революцию?» С «таким» — это совсем не с плохим, а с поддавшимся чувству обречённости, не видящим перспективу победоносной борьбы за свои права и интересы.

ИЗГНАТЬ ИЗ ДУШИ обречённость, раскрыть перспективу социально-экономического переустройства общества призваны — историей, нашей классовой убеждённостью, владением марксистско-ленинской теорией — мы, коммунисты. На этом направлении нашим поколением партийцев пока сделано не слишком много. Но необходимость такой работы для КПРФ всё очевиднее, что убедительно показал прошлогодний октябрьский пленум ЦК КПРФ. Он так и постановил: «Президиуму ЦК, региональным и местным комитетам КПРФ, первичным партийным отделениям считать своей первоочередной задачей укрепление связей с рабочим классом и внесение социалистического сознания в пролетарские массы».

Однако хороших, красивых, правильных лозунгов для изменения народных настроений явно недостаточно. Надо иметь максимально полный ответ на вопрос: почему наш народ не готов к активным социальным действиям? На него можно правильно ответить, только помня слова Ленина о том, что «широкие массы…

гораздо легче учатся на своём собственном практическом опыте, чем из книг».

А опыт народа не всегда говорит в нашу пользу.

Во второй половине 1990-х годов я собирал подписи для регистрации кандидата от КПРФ на выборах. В городе Яхрома есть дом, где тогда проживали одни ветераны труда. Идя к ним, я был уверен, что необходимые мне 100 подписей я соберу сразу: ведь люди это были наши, советские.

Я собрал здесь не больше 10 подписей. Эти пожилые женщины — в прошлом ткачихи Яхромской прядильно-ткацкой фабрики, — в своей молодости хлебнули лиха в послевоенной деревне. В колхозе тогда было голодно и холодно и выполнять приходилось тяжёлую работу. Советская власть была озабочена прежде всего восстановлением промышленности и созданием атомной бомбы, в те годы она брала у деревни куда больше, чем могла ей дать. На процесс строительства в стране социализма наложили отпечаток относительная отсталость дореволюционной России, разорение страны не только гитлеровцами, но и после империалистической и Гражданской войн, а также враждебное капиталистическое окружение. К тому же, как мудро заметил А.С. Пушкин, «опыт, сын ошибок трудных». А ошибки у правившей Коммунистической партии были. Были и крайности ускоренной коллективизации, и политические репрессии…

Но самой страшной, чудовищной ошибкой и коммунистов, и беспартийных — всего народа! — было то, что мы допустили реставрацию капитализма. Мы отдали в чужие хапучие руки наши заводы и фабрики, нашу землю. Посадили себе на шею олигархов и всероссийского, и районного масштабов.

Страна откатилась назад, и даже не в начало XX века — тогда было сильное рабочее движение: массовые забастовки, в которых по стране иногда участвовали сотни тысяч рабочих, революционные демонстрации, куда выходили десятки тысяч пролетариев.

Россия по уровню общественной активности откатилась куда-то в XIX век, чуть ли не во времена правления Николая I (1825 — 1855 годы). А он в людях, особенно в чиновниках, как сообщает учебник «История России», больше всего ценил исполнительность, покорность, готовность к подчинению. Николай Палкин стремился, в первую очередь, обеспечить устойчивость существовавших в стране порядков. От себя замечу: те порядки были основаны на эксплуатации человека человеком.

Это вам сегодня никого не напоминает?

ПАССИВНОСТЬ И РАВНОДУШИЕ, какими бы ни казались они массовыми, живут по соседству с жаждой правды-справедливости. Но соседства недостаточно, нужно ещё, чтобы стремление к правде-справедливости победило безысходность и обречённость. А для этого надо обязательно что-то делать.

Считается, что вопрос этот — что делать? — перед русским обществом первым поднял Чернышевский, однако это не совсем так. Этот «русский вопрос» чётко поставил до него Добролюбов в статье «Когда же придёт настоящий день?»

В центре статьи Добролюбова — образ героини романа Ивана Тургенева «Накануне» русской девушки Елены. «Вся душа Елены загорелась жаждой деятельного добра, и жажда эта стала на первое время удовлетворяться обычными делами милосердия, какие возможны были для Елены. Нищие, голодные её занимали, тревожили, мучили… Даже все притеснённые животные, худые дворовые собаки, осуждённые на смерть котята, выпавшие из гнезда воробьи находили в Елене покровительство и защиту…»

Но шло время, и подаяние милостыни, уход за щенками и котятами не могли удовлетворить её, «когда она стала побольше и поумнее, она не могла не видеть всей скудости этой деятельности».

Спасение и защита животных, поиски пропавших детей, собирание денег на лечение, волонтёрское движение — в этом, как и 150 лет назад, находит приложение своих сил, ищет себя заметная часть современной молодёжи. Наверное, лучшая её часть, как и Елена, одержимая жаждой деятельного добра. Эти люди наивно надеются, что филантропия — оказание помощи нищим, увечным, слабым, лицам, потерпевшим жизненную катастрофу, — и есть то, что надо делать, если ты хочешь быть порядочным человеком и настоящим гражданином. Так ли?

Мы видим, что ещё 150 лет назад Елена не могла быть удовлетворена такой деятельностью: «ей надо было чего-то больше, чего-то выше».

Но что может быть больше и выше человеколюбия, как с греческого переводится филантропия? Добролюбов не мог по условиям цензуры прямо ответить на этот вопрос, но русский читатель того времени прекрасно понимал, что в условиях крепостного права, эксплуатации, непосильного труда, жестоких наказаний, полного бесправия улучшить жизнь людей могли только полное освобождение крестьян и передача им всей земли, то есть аграрная революция. Но коренное изменение отношений земельной собственности невозможно без революции политической. Её-то Добролюбов иносказательно и назвал: «Настоящий день».

В сегодняшней России цензуры вроде нет (хотя есть уголовная статья об экстремизме), и я честно скажу читателю: миллионам тружеников, не лентяям и пьяницам, а труженикам, получающим 12—15 тысяч (по последним данным Росстата, как писала «Правда», средняя начисленная месячная заработная плата ниже 12 тысяч рублей примерно у 70% россиян), особенно семейным, с детьми, в их нищете не помогут никакие филантропы. А кто поможет семье, купившей по ипотеке квартиру, лишившейся её за долги после потери кормильцем работы и живущей сейчас в съёмном жилье?

Национализация промышленности, введение прогрессивного подоходного налога, контроль за ценами и тарифами, новая индустриализация и создание рабочих мест — вот что поможет людям. А это возможно после прихода к власти народно-патриотических сил во главе с рабочим классом, с КПРФ.

Кто читал Тургенева, знает, что Елена, не найдя применения своих сил в России, вышла замуж за болгарина Дмитрия Инсарова, боровшегося за независимость своей родины. Она готова разделить с ним трудную судьбу и следует за ним в Болгарию.

Не так ли российские юноши и девушки, оставив родных, отправились в наше время защищать Донецкую и Луганскую республики? Понятно стремление людей участвовать в благородном деле. Но ведь есть в нём и то, что было 150 лет назад: люди не видят применения своим благородным стремлениям и силам на родине. Ко многим сегодняшним соотечественникам применимы слова Добролюбова из статьи «Когда же придёт настоящий день?» А он писал: «Желание деятельного добра есть в нас, и силы есть; но боязнь, неуверенность в своих силах и, наконец, незнание: что делать?»

ОТВЕТ НА ЭТОТ ВОПРОС ещё в конце 70-х годов XIX века нашёл мой земляк, крестьянин деревни Высоково Дмитровского уезда, затем ткач московских фабрик Николай Васильев. Он стал членом одной из первых в нашей стране пролетарских революционных организаций — «Северного союза русских рабочих», который ставил задачу «ниспровержения существующего политического и экономического строя государства как строя крайне несправедливого». Н. Васильев был неграмотным, но любил слушать, как читают его товарищи по союзу, и использовал это в пропаганде среди рабочих. Верил, что ещё немного — «и наступит царство мастеровщины». Закончил свои дни, увы, на царской каторге.

Но мы-то с вами грамотные, и можем сами прочитать работы, отвечающие на этот главный вопрос современной России. Прежде всего две книги «Что делать?» — Николая Чернышевского (1863 год) и Владимира Ленина (1902 год). Для нашего времени, времени реставрации капитализма в России, ответы на этот вопрос дают Программа КПРФ и материалы последних пленумов ЦК партии.

И тут я слышу голоса скептиков: «Может быть, программа ваша правильная, и мы видим, что вы, коммунисты, действительно желаете блага народу, только всё равно люди за вами не пойдут. Вы же видите, сколько приходят на ваши митинги, сколько людей за вас голосуют. Перед вами стена».

Давайте вспомним уроки истории.

Лето 1940-го. Оккупация Франции гитлеровскими войсками. Поначалу французы пассивно восприняли и оккупацию, и иноземное иго. Не потому, что в большинстве были сторонниками фашизма — нет, просто французы были деморализованы чудовищной военной и карательной машиной Германии. Под её прессом они поверили в неизбежность «нового порядка», который нёс «тысячелетний рейх», и каждый думал лишь о своём выживании. Только коммунисты, жестоко преследуемые оккупантами (Французская коммунистическая партия потеряла 75 тысяч человек, её называли «партией расстрелянных»), да небольшая группа офицеров и представителей интеллигенции и национальной буржуазии, объединившихся в движение Сопротивления, начали антигитлеровскую борьбу за возрождение.

Через четыре года, летом 1944-го, после сокрушительных поражений, нанесённых Германии Красной Армией, и высадки союзников в Северной Франции в Париже победило начатое по призыву коммунистов вооружённое восстание. Движение Сопротивления победило во всей Франции.

В начале 1990-х к нам тоже пришёл «новый порядок». Не такой кровавый, как нацистский, но в его бесчеловечности и жестокости по отношению к трудящемуся человеку граждане России убедиться уже успели. Нам внушили веру в незыблемость буржуазных порядков — новый «тысячелетний рейх»? Так ли? Прошло 25 лет, и ощущение неуверенности августовских победителей и неизбежности каких-то перемен охватывает всех — сверху донизу.

И — второй исторический пример.

1887 год, ночь с 4 на 5 декабря. Полицейский чин доставляет арестованного за участие в студенческих волнениях Владимира Ульянова в тюрьму. По дороге он говорит ему:

— Ну что вы бунтуете, молодой человек, ведь перед вами стена.

— Стена, да гнилая — ткни, и развалится!

Семнадцатилетний студент был всё же не совсем прав: да, стена была гнилая, но всё-таки царский режим сумел продержаться после того диалога ещё 30 лет.

И всё-таки пришёл в Россию Настоящий день, установилось «царство мастеровщины».

Да, в начале 1990-х контрреволюция победила и в России установились буржуазные порядки. Но у всё большего числа людей возникает ощущение, что стена-то — гнилая. Сама по себе она не рухнет, но знание истории и понимание теперешнего положения дел в стране позволяют быть уверенным: придёт он, Настоящий день.

Просмотров: 626

Другие статьи номера

Руки прочь от символов города-героя!

В Волгоградской областной думе прошёл «круглый стол» на тему «О символике города-героя Волгограда и попытках её изменения». Инициатором его проведения выступила фракция КПРФ. Программа включала вопросы легитимности существующей символики Волгограда, её оценки с учётом исторической, геральдической и патриотической точек зрения.

В защиту «Ветерана»
Ныне ветеранское движение страны переживает, что называется, смену вех. Средний возраст поколения победителей — организаторов этого движения после Великой Отечественной войны — достиг числа, которое произносишь и с глубоким почтением, и с некоторой грустью — 90.
Кот Джимми встречает посетителей
Галерея «Музей кота» открылась в Минске. Как сообщила корреспонденту БЕЛТА куратор проекта Алла Наровская, среди посетителей больше всего детей в сопровождении родителей.
10 дней календаря

21 сентября

— 165 лет назад на Красном холме Куликова поля был открыт монумент, увековечивший память героев Куликовской битвы (1380 г.).

Смерть на дороге
Мороз пробегает по коже, когда ежедневно слушаешь сообщения, как в тех или других дорожно-транспортных происшествиях гибнут наши соотечественники.
Унять толстосумов
Меня просто коробит, когда читаю, какие суммы отбирают у народа олигархи. За такое воровство в Америке посадят на электрический стул, а в Китае даже виновных в мелких кражах (по сравнению с российскими) ожидает расстрел, какую бы вор ни занимал должность.
Позаботились о памятнике

Как и во многих городах страны, в Харцызске стоит величественный памятник Владимиру Ильичу. После развала великой страны в городском бюджете не оказалось средств для поддержания монумента в надлежащем виде.

Меморандум Глазьева: «Лево руля?!»
Западные специалисты подчёркивают, что замысел Барака Обамы превратить российскую экономику «в руины», неосуществим. Поэтому авторитетные эксперты с особым вниманием вглядываются в циркулирующие по московским властным коридорам аналитические разработки, в которых прогнозируется предстоящий успешный выход России из «зоны кризиса».
Вызов правящему классу
В политическом ландшафте Британии произошли заметные перемены. Недавно новым лидером оппозиционной Лейбористской партии был избран человек левых убеждений Джереми Корбин. Свою оценку происходящему в политической жизни страны даёт газета британских коммунистов «Морнинг стар».
Мятеж подавлен, вопросы остались
Таджикские силовики заявили о подавлении мятежа Абдухалима Назарзоды. По данным МВД, последние участники вооружённого выступления, включая самого генерала, ликвидированы в Рамитском ущелье.
Все статьи номера